Эдуард Поляков – Гражданин (страница 36)

Я не первый день занимаюсь подобными операциями, Технократ Герц. Сначала я удивился выбору импланта, сказал, что без нейроинтерфейса он будет бесполезен, но пациент настоял. Даже начал угрожать, – пояснил медтехник.

И что было дальше? – Герц приостановился, вспоминая необходимый поворот к лаборатории.

Ничего. Начал процедуру вживления. И когда имплант обнаружил нейроинтерфейс, мне показалось это странным и согласно инструкциям я решил уведомить об этом вас.

Вы правильно сделали, Лир. Какой из модулей он выбрал?

Нейропорт на восемь слотов, – ответил медтехник.

Странный выбор для шпиона, – произнес господин Герц, толкая дверь.

Он обернулся и замер, наблюдая за ужасающей картиной: медтехник висел под потолком, дергая конечностями, а его голова увязла в потолке. И потолок двигался!

Герц рванул за дверь, хаотично шаря в карманах в поисках заветного пульта. В этот момент позади упало что-то тяжелое и Технократ знал что это было. Кожа Хамелеона мимикрировала под окружающие предметы, но его обладатель шел на Герца, держа в сверхсовременной усиленной экзо мышцами руке широкий нож. Позади него лежало изломанное, окровавленное тело медтехника Лира.

Наконец, рука нащупала овал пульта и большой палец лег в выемку сканера отпечатка. Силовое поле раскрылось вокруг Технократа шаром отсекающим любой огонь. Но некто в полиморфной броне и не думал стрелять. Одним рывком он приблизился к Герцу, а затем медленно вошел под силовой купол.

В этот момент сзади раздались трели очередей. Силовой купол засветился в местах попадания, гася кинетическую энергию пуль. Герц обмер, понимая что последует дальше и сжался, прикрыв голову руками. Короткий удар в тело, затем еще и еще. Нападавший целил в печень, почки, бедренную артерию и только когда достал последнюю, бросил свою жертву. После чего вышел с другой стороны силового поля и скрылся за стеллажами с нераспакованным оборудованием.

Дим лежал в медицинском модуле в десятке шагов, но не видел произошедшего. Не видел истекающего кровью Герца. Медтехника, что изломанной куклой валялся в коридоре. Не видел даже того, как по медкапсуле прошелся веер очередей, чудом не оборвав его жизнь. Сейчас его сознание было растворено в черноте общей анестезии.

Дим открыл глаза и сразу понял где находится, несмотря на то, что в этом помещении не был ни разу. Белые матовые стены и запах препаратов красноречивее табличек говорили о том, что Дим находится в мед блоке. В обе руки воткнуты капельницы, а тело пристегнуто к кушетке. Однако, в другой нашелся пульт для вызова медработников.

Вместе с медиками в палату вошел сам шехзаде Селим, а также старый наставник.

Что ты видел, Улус? – произнес молодой шехзаде, не обратив внимания на приветствие своего подданного.

Ничего, господин. Медтехник уложил меня в непонятную капсулу, затем я уснул. А когда открыл глаза, то оказался здесь, – Дим не соврал. – Что произошло?

В моём доме, под моей крышей, на моего гостя было совершено покушение, – Селим сжал губы в тонкую нить. Подросток, который еще только начал бриться, внушал ужас своей холодной яростью. – Господин Герц находится в критическом состоянии. Также был убит один из его медтехников. Поэтому тебя пришлось экстренно вынуть из медкапсулы, чтобы спасти ему жизнь. Операция по вживлению твоего импланта прошла успешно.

Вы поймали того, кто это сделал? – последние слова вызвали боль в горле Дима и один из медиков тут же подал ему питье через трубочку.

Воинствующего дервиша сложно убить, еще сложнее поймать живым. Когда у меня будут доказательства, один из моих братьев, кто бы он не был, хоть сам Мехмед… – Селим не договорил о том что будет, когда он вычислит предателя и переключился на другую тему. – Мне интересен другое, Улус, почему тебе не делали обрезание?

Что? – Дим не понял, о чем говорит шехзаде.

Обрезание, Улус. Разве дервиш твоего прошлого хозяина ослеп или же остался без рук? Почему ты до сих пор носишь крайнюю плоть на своём члене?

Я, я… Я не знаю! – неуверенно ответил Дим, лихорадочно соображая о чём может говорить шехзаде. И зачем, вообще, нужно обрезать член?

Селим, мальчик мой. Может, не стоит искать предателей среди ближнего круга своих слуг? Ты знаешь закон: умрешь ты – умрут и они. Может, на вопрос, на который не может ответить Улус, ответят его лекари?

Последние слова были адресованы к медикам, которые были укутаны в белые балахоны так плотно, что из-под колпака выглядывали только глаза.

Для отказа от ритуала может быть не так много причин, – он замолчал, углубляясь в планшет, очевидно, проверял в нём данные анализов. – Я вижу целый спектр хронических заболеваний, забитых в чипе, но такой предрасположенности, как плохая свертываемость крови в них нет. Возможно, в Девятый день у него была инфекция, например песчаный тиф или актеотома и дервиш решил не рисковать.

А вы сможете произвести обрезание сейчас? – не считаясь с мнением Дима, спросил у медика Селим.

Да, господин, – поклонился человек в белом балахоне.

Тогда приступайте, – после этих слов, сын султана покинул палату Дима.

Ильхами эфенди пожелал спокойной ночи уходящему шехзаде и подошел к кровати Дима, когда дверь закрылась.

У тебя два-три дня, чтобы прийти в себя. Селим решил больше не медлить и идти на Черный утес. Шехзаде Мехмед заберет господина Герца и переправит через границу, как только его состояние стабилизируется. И ещё: я уезжаю с ним. Селим дал добро. Через три дня будем прощаться и ты станешь Улусом эфенди – личным поваром будущего султана.

Глава 14

Вопреки возражениям медиков, Дим начал вставать уже в первый день, во второй – покинул медицинский блок приходя лишь на перевязки и капельницы. Противоестественная мужскому началу операция прошла относительно неплохо.

К вечеру Дим начал осваивать свежеприобретённый имплант. Для начала, попробовал на том, что ему казалось проще всего. Кондиционер и робот-уборщик подчинился без малейших трудностей, даже пароль на них не стоял. Покопавшись в программном коде, не нашел ничего интересного.

Благодаря новому импланту, Диму больше не был нужен компьютер, всё делалось через интерфейс. Если в устройстве имелись камера, микрофон или сенсоры, то Дим видел все, что видит и улавливает подключенный объект. Если же нет, то отображалась обычная консоль с редактором кода или возможностью ввода команд.

Во второй день Дима выпустили из палаты только под присмотром Ахмада, которого Ильхами эфенди передал в подчинение Диму. Так что теперь Ахмад был рабом шехзаде Селима, приписанным к Диму. Но Дим этому не сильно обрадовался, ведь Ахмад скорее надзор, нежели помощник. Да и в чём ему нужна помощь? Поддержать забинтованный орган, когда Диму захочется справить малую нужду? Да и как с ним “на хвосте” найти Рома?

Дим не придумал для себя ничего лучше, как отправиться в ангар робототехников. Кольцо шехзаде на мизинце открывало двери во все помещения Нарын-Кала и снимало любые вопросы о допуске. Каково же было удивление молодого повара, когда посреди техников, ремонтирующих Ифрита и другие боевые боты перед походом, Дим обнаружил шехзаде Селима.

Молодой господин сидел тише воды, ниже травы в дальнем углу ангара и колдовал с грудой стеклянных колб.

Уже на ногах? Это хорошо! Зачем привел тебя Пророк? – поприветствовал Дима шехзаде Селим, оттирая руки от масла. За его спиной на спиртовке кипела жидкость в колбе.

Добрый день, господин, – Дим и Ахмад поклонились практически одновременно. – На кухне мне пока нельзя работать. Врач запретил нагрузки на сердце, поэтому я здесь. Мне всегда были интересны…

Роботы, я помню, – договорил за него младший сын султана, а затем указал рукой на другой конец ангара. – Иди. Смотри, спрашивай, – он кивнул на руку Дима. – С этим перстнем тебе вряд ли здесь кто-то откажет.

Дим с Ахмадом, что следовал за ним как тень, в который раз обходили Ифрита. Боевой колосс впечатлял. Платформа на двенадцати ховер-двигателях держала человекоподобное тело с четырьмя вооруженными руками. Вокруг мастодонта сновали техники и Дим не рискнул заходить за ограждение. Тем более, это было незачем и так понятно “откуда родом” эти высокомощные плазменные двигатели и шасси. Табличек на ховерах не осталось, но точно такие же агрегаты лежали сейчас в одном безымянном контейнере на окраине Нового Ковчега.

Поинтересовавшись у одного из механиков по поводу местонахождения кучи с ненужным ломом, Дим двинулся в указанном направлении. Тут и пригодился Ахмад. Правда, как грузчик, но хоть какая то польза. Одной просьбы с демонстрацией кольца хватило, чтобы старший мастер безропотно выделил ему рабочее место с инструментарием. Молчаливый кинн сносил к рабочему месту Дима указанные детали, а он начал колдовать над своим новым творением.

В конце дня у Дима появился первый миньон – восьмиколесный дрон из лома. Говоря начистоту, нельзя назвать кучу, из которой он брал агрегаты для бота – ломом. В Новом Ковчеге ему приходилось работать с откровенной рухлядью и хорошо если удавалось собрать один рабочий узел из двух-трех нерабочих. Здесь – совершенно другое дело: отбракованые детали имели поломки, но вполне подлежали ремонту без донорства.

Дрон получился так себе, но ему было важно проверить нейропорт. Прошивку Дим скопировал со стандартных транспортировочных платформ и немного подкорректировал ее. Всего-то нужно было прописать возможность переключения между камерами, которых он воткнул целых восемь штук! По две на каждое направление. Да ещё и поставил стандартный замок с паролем при подключении.