Эдуард Новорепинский – Рыжий. Этот мир - мой! (страница 3)
– Что-то интересное? – без особого энтузиазма отозвался второй гулким басом
– Скорее заурядное. Самая популярная точка. Но любопытно, что практически без всплеска. Минимум возмущений . Догадаешься с трёх попыток где?
– Снова СССР?! И наверняка из первой четверти двадцать первого, по новому времени?! Чего они к нему привязались?! Всё равно ни одной приличной ветви, одни тупики. Ну почему не во времена первой, или хотя бы второй коррекции?! – только приподнятая правая бровь намекала на какие-то эмоции собеседника, – Прогноз? Новая линия?
– Всё грезишь реваншем? Забудь, вторая коррекция практически полностью исключила наше существование , как богов, хоть в одной из вероятностей. А вот по поводу новой линии непонятно ! Прогноза просто нет. Слишком аккуратный прокол. Протокол деления вероятностей не сработал! – в голосе первого контролёра впервые с начала разговора поскользнулась озабоченность
– Неужто неизвестный дикий оператор?!
– Что?! Не болтай чепухи. В том временном диапазоне даже адептов не рождается. А Олег отошёл от дел.
– Жаль! Невезучий недоумок забрел в какую-то аномалию и провалился?!
– Возможно и так! Но никакой аномалии я не вижу . И не могу отследить личность нарушителя.
– Ну попробуй по генетическим линиям старых родов той области.
– Издеваешься?! Мы тот метод больше тысячи стандартных лет не применяли. В нашем кусте пространства не осталось сильной крови. Только техническое развитие. А на этот уровень технологий Босс им выйти не даст. Чур, оставь свои фантазии, чуда не будет.
– Знаю, – отрубил второй контролёр, – Но не надеяться хоть на что-то не могу! Просто выбрось из головы этот прокол. Если нового прогноза нет, значит это ничтожество ничего не изменит. Тогда и помнить об этом не стоит.
И прикрыв глаза подумал, а было бы здорово, если бы это был оператор уровня старых родов. Может он и пращуров бы растолкал. Но , правильно сказал Радомысл, чудес не бывает.
Уборка много времени не заняла, это зимой, когда скотина постоянно находится в хлеву, навоза много. А сейчас только в свиных клетках немного задержался. Сразу натаскал воды, чтоб маме не пришлось и пошел в дом, умывшись под летней колонкой и переодевшись в сенях
Теперь можно и позавтракать, да и Ирку, возящуюся с магнитофоном усадить за стол.
Притащив нашу новую игрушку на кухню, и таким образом заманив туда же сестру, налил ещё почти горячего чая ей и себе в два граненых стакана, щедро сыпанув туда сахара, порезал толстыми ломтями хлеба, намазал густой сметаной и с удовольствием вгрызся в это! Вах! Это вам не магазинная дрянь из двадцать первого века! Это своё, настоящее! Вкуснотища!
– Я не буду это есть! – отхлебнув чая заявило белобрысое чудо
– Чё это не будешь?– вопросил я с набитым ртом, рискуя подавиться
– Не буду и всё! Дай печёнки!
Назревал очередной бунт, которые раньше в детстве, я обычно гасил подзатыльником! Господи, ведь это было! После чего Ирка обычно, обозвав меня каким-нибудь обидным по её разумению, словом, надувалась и тогда всё. Могла попытаться дать сдачи, могла просто перестать разговаривать и просто ни в чем не слушаться, но точно есть уже не стала бы. Но мне ведь уже не тринадцать.
– Ладно. Если хочешь, доставай печенье. Оно в столе. Там и пряники есть.
– Пряники жесткие. Буду печенки.
– Ладно. Как хочешь! Но тогда ты не будешь мне помогать готовить обед!
Я один всё приготовлю, и мамка похвалит только меня.
– Ну и пусть! – не повелась она, – Ты ни разу даже суп не варил. У тебя ничего не получится, а я всё расскажу, что ты продукты испортил, – и показала язык.
– А вот и получится! Я знаю как приготовить кое-что вкусненькое! И всем понравится!
Несколько секунд сестра размышляла стоит ли ввязываться в эту авантюру, но любопытство всё же победило.
– Ладно уж! Помогу тебе, а то настряпаешь!
– А бутерброд?
– Бутерброды с колбасой, а это хлеб со сметаной. Давай уж.
– Ничего, – улыбнулся я, – Скоро сама будешь есть сметану и ещё просить.
– Мечтай!
Посмотрим-посмотрим, что ты скажешь, когда я сбацаю йогурт с клубникой или малиной!
А сегодня я решил замахнуться ни много ни мало , на жаркое в горшочке.
Благо подходящие для этого керамические изделия видел в стенке на полках. Для красоты! Смешно же. Это ведь просто посуда. Но вот так сейчас! И простояли они у нас без дела, дай бог памяти, ещё лет тридцать.
Готовить я умею и люблю. Пришлось в своё время освоить сие ремесло . Женат я был не всегда, да и обзаведясь семьёй, пришлось помотаться по командировкам и очень часто длительным. А уж на зоне (был, к сожалению, такой момент в моей биографии) пришлось освоить искусство сварганить что-то съедобное из практически ничего!
А тут всего то, делов, что правильно обжарить мясо перед тушением, да составить правильные пропорции. Это блюдо, как и борщ, очень трудно испортить. Тут главное не торопиться.
– Мамка тебя убьёт! – резюмировала Ирка, когда я объяснил, для чего достал горшочки.
– Но ты же меня спасешь? – парировал я
– Возможно! – задумалась та.
– Тащи картошку, а я займусь мясом.
И понеслось
Все ингредиенты нашлись в холодильнике и погребе, в который Ирке пришлось лазать дважды. Капуста, конечно же прошлогодняя, была прям не фонтан, но срезав верхние гнилые листья мы добрались до съедобной части. Порадовали замороженные грибы. И совсем не порадовало отсутствие твёрдого сыра. Но ничего! Наличие плавленых сырков
«Дружба» нивелировало эту потерю.
Ещё, конечно, жутко бесило отсутствие водопровода и канализации в доме. Поэтому часть процесса проходила во дворе под колонкой. Этот вопрос тоже нужно было решать в ближайшее время. Мы со смехом и шутками, а иногда и с Иркиным визгом (когда я брызнул на неё водой (она кстати отомстила, плеснув в меня прямо из кастрюли с чищенной картошкой, вместе со всем содержимым), быстро нарезали, нашинковали и заготовили всё, что нужно (в основном, конечно я, рано ей пока ножом орудовать) и после обжарки мяса на сковороде, загрузили в три горшка (один оказался лишним) и отправили в духовку. До прихода мамы вроде успеваем.
– Это точно можно будет съесть? Чёт я не видела никогда, чтоб мамка сырки жарила, – скепсис, прозвучавший в Иркином голосе, мог сквасить даже парное молоко.
– А вот и увидим, как будет готово. И мы не жарим, а тушим!
Видимо мой ответ был недостаточно убедительным и, залезая с ногами на старый выцветший диван и убавив звук очередной песни Юры Шатунова она предложила :
– А давай пока не будем говорить, что мы вместе это варили, а?
Ну что сказать?! Маму мы действительно удивили.
Когда она вошла во двор, мы убирали у колонки следы своей деятельности на поле кулинарии. Остатки разделки картошки, моркови, капусты и другой мусор. Всё отправлялось в мусорное ведро, а потом в компост.
– Что это у вас тут?! Сейчас быстренько приготовлю обед, – она вообще не ожидала увидеть меня дома в это время дня. Каникулы, лето.
– Мам, а Дрюшка горшки красивые из стенки достал. И в духовку засунул. И говорит, что вкусно будет. А они же не железные, как кастрюля.
Она аж опешила :
– Зачем? Ну что ты ещё придумал?
И пока не началось светопреставление, я подошёл, взял её за руку
– Айда, сама увидишь.
Немного успокоенная моим уверенным видом, она дала себя завести в сени, где у нас и стояла газовая плита с духовкой. На её глазах, я перекрыл газ, по времени уже должно быть готово, и открыл дверцу духовки.
Когда она увидела чуть подкопченные бока глиняных посудин, мне на мгновение показалось, что заплачет. Глаза стали влажными, дыхание сбитое, на лице обида и только она что-то хотела сказать, я самым наглым образом перебил. Моё жизнерадостное:
– Сейчас попробуем, что получилось! – немного сбило маму с толку и пока она не вспомнила, как красиво эта посудина стояла за стеклянной дверцей в стенке, взяв полотенцем, достал один горшок, поставил на стол и открыл крышку, – С виду вроде получилось. И тебе не придётся обед готовить. И на ужин ещё останется!
Запах из-под крышки ударил сногсшибательный!
– Пахнет очень вкусно, – озадаченно протянула она, чуть наклонилась над парящей посудиной, – и перевела взгляд на меня, – Но горшки то зачем? Есть же кастрюли.
– Ну не получилось бы так ни в кастрюле, ни в казане.
– Ну пойдемте тогда пробовать, что вы тут наготовили! – с явным сомнением протянула она, потихоньку смиряясь с потерей
Жаркое зашло на ура! Даже Ирка, видимо с силу того, что принимала активное участие в готовке, не капризничая съела целую тарелку.
Мама очень хвалила, даже дала себя убедить, что глиняный расписной горшок, это просто посуда (– Мам, ну ты же не ставишь в стенку алюминиевую кастрюлю!) и всё не могла поверить, что мы это приготовили сами. Да ещё как!