Эдуард Геворкян – Правила игры без правил (страница 25)
Девочка выковыряла из песка щепку, воткнула в песок и, глянув на тень, сказала:
— Скоро начнется.
— Что начнется?
— Карнавал!
— Слушай, так как все это, — Аршак широким жестом обвел рукой берег и склон, — ну, город этот, море, как называются? Это… Земля?
— Ты спятил, — удивилась девочка. — Это Луна. — И захихикала.
Аршак готов был поверить и этому. Но тут девочка громко рассмеялась, и он почувствовал себя дураком. Говорят они все-таки по-русски. Хотя он читал про телепатию…
— Перестань ржать! Понимаешь, я вроде тут влип, мне срочно нужно домой. В Москву, понимаешь, или в Ереван.
— Так тебе в Москву или в Ереван?
— Да не важно, меня похитили, ясно?
Аршак сделал страшные глаза, и девочка сразу посерьезнела.
— Да, похитили, и не только меня, но и моего дядю. Они его сейчас пытают, а ты мне здесь мозги пудришь!
— Ой, — девочка вскочила и уставилась на Аршака, — что же мы сидим! Побежали к моему папе, он скажет, что делать. Он поможет, он сильный.
— Далеко?
— Да нет, здесь рядом, неподалеку.
Они некоторое время пытались бежать, но вскоре перешли на шаг, потому что в кроссовки Аршака набился песок. Он прислонился к деревянному столбу, снял обувь, вытряхнул.
— Тебя-то хоть как зовут? — спросил Аршак, завязывая шнурок.
— Ты что, шпион? — Девочка опять нахмурилась.
— Шпион! — злобно рявкнул Аршак.
— Тогда не скажу, — снова захихикала девочка. — Жарко!
И сбросила с себя длинную синюю ткань. Больше на ней
ничего не было. Аршак ахнул. Мало того, что она была голая, подумаешь, всех дел, но тело ее покрывала разноцветная татуировка — змеи, драконы обвивали со всех сторон, мелкими печатными буковками шли непонятные тексты, а вокруг пупка располагался глаз.
— Ты… чего? — хрипло спросил Аршак.
— Не ходить же голой! — пожала она плечами. — Ну, что ты встал, идем, сам же просил. Разбудим папу, он тебе поможет. Берегись!
Она резко дернула его за руку, упала. Аршак повалился на нее. Деревянный столб-гриб с большой фанерной нашлепкой беззвучно рухнул на место, где они только что стояли.
— Все сгнило, — удрученно сказала девочка.
Аршак перевел дух, поднялся, стряхнул с себя песок.
— Спасибо тебе, — сказал он, — ты меня спасла.
Она ничего не ответила. Татуированной ящерицей извиваясь по песку, она подобралась к рухнувшему столбу. Край «гриба» уперся в большой камень и образовал что-то вроде навеса.
Девочка заползла под навес.
— Иди сюда, — гулко срезонировала фанера.
Аршак пожал плечами, огляделся по сторонам и полез к ней.
Надежда
Она плескалась в воде у самого берега, а он валялся на песке. Было совсем не так, как в прошлом году после вечеринки у одноклассника. Тогда у него почти ничего не получилось, чувствовал себя дурак дураком, а мысль «и это все?» мучила его несколько дней. Потом он благополучно забыл свою растерянность и в похвальбе, естественно, выглядел богатырем.
А сейчас он действительно чувствовал себя если не богатырем, то парнем что надо. Ему захотелось, чтобы приключения еще не кончались. Но теперь уже он будет ее спасать. Они долго будут идти пляжем, а потом вдруг возникнет лес или горы…
— Догоняй! — крикнула она и побежала вдоль кромки берега. Аршак вскочил, схватил кроссовки и помчался за ней. А когда почти догнал ее, она резко остановилась и ткнула рукой вперед.
— А вот и папа!
На песке стоял топчан, а на нем кто-то лежал, накрытый рогожей.
— Иди к нему, — шепнула девочка, — он со сна добрый.
Аршак побрел к топчану. Ему было немного досадно —
сейчас отец девочки выведет его, ну, куда надо, и он ее больше не увидит. Хотя, может, она пойдет с ними? Мало ли еще какие приключения их ждут!
Лицо спящего было закрыто. Аршак постоял немного, затем обернулся назад, спросить, удобно ли будить. Но на всем пляже никого! Пусто. Татуированная девочка сгинула, словно ее вовсе не было.
«Куда же она спряталась?» — подумал Аршак, но в этот момент спящий зашевелился, выпростал руку и стянул с лица дерюгу.
— Рад тебя видеть, мой пронырливый друг, — сказал Кошкодав-Ракоед.
Аршак попятился и сел на песок.
Кошкодав-Ракоед сладко зевнул и зажмурился.
«Все, — решил Аршак. — В гробу я видал эти чудеса и тайны». Он медленно поднялся и пошел. С каждым шагом ему все больше и больше хотелось оглянуться, но он был уверен — стоит бросить взгляд назад, как злодей сорвется с места и длинными прыжками понесется за ним. Он не мог сказать, откуда такая уверенность, он знал одно — даже если сейчас Кошкодав-Ракоед снова ухватится за него холодными пальцами, то церемониться он, Аршак, с ним не будет, сковывавшее его непонимание прошло, и совершенно наплевать, где он и что с ним делают. Он плюнет в мутные глаза Кошкодава, а потом врежет коленом куда надо, на этот раз мерзавец не увернется. В конце концов даром, что ли, он ходил целый год в секцию борьбы? Ну а там ребята друг другу много хитрых приемов показывали, к борьбе не имевших отношения.
Через сотню шагов боевая злость в нем так взыграла, что Аршаку даже захотелось, чтобы преследователь догнал его. И желание стало таким острым, что он остановился, плюнул на песок и оглянулся.
Но Кошкодав-Ракоед и не думал нестись за ним длинными прыжками. Не шел он и короткими шажками. Он лежа махал рукой оторопевшему Аршаку. Потом снова натянул на себя дерюгу.
Аршак растерялся и обрадовался одновременно. Если его оставили в покое, то пора выбираться отсюда. Откуда?
Он еще раз посмотрел на топчан, одиноко украшавший пляж, и пошел по склону вверх, иногда цепляясь за кусты, когда ноги скользили по траве.
Город
Это и впрямь был тот самый город. Старые дома, ухоженные палисадники, мощенная брусчаткой мостовая, резные деревянные ворота… Хорошо идти по улице города своего сна, и все было как во сне — пусто, тихо и уютно. За углом узкого трехэтажного дома (по одному окошку на каждом этаже) Аршаку открылась маленькая площадь, а за площадью из-за домов невеселой серой громадой вырастал замок.
Аршак свернул влево, вскоре кривой переулок вывел его к рынку.
Прилавки ломились от фруктов и овощей. Такого изобилия он не видел даже у себя, в Ереване. А вот мясной ряд — туши, обернутые в марлю, свисали рядами, и тут же мясницкие топоры, воткнутые в большие, обитые железными обручами колоды. Сбоку распахнули толстые двери магазинчики, а в центре базарной, площади прямо на пыльном грунте возвышались горы арбузов, дынь и всего-всего-всего…
Людей не было. Это уже начинало пугать Аршака. Несколько раз он судорожно оглядывался, даже влезал на скамейки, пытался заглянуть в окна. Никого!
Только на рынке Аршак понял, как он голоден. Взяв с прилавка огромную желто-красную грушу, он, внутренне готовый к истошному крику «Держи вора!», впился зубами в сочную мякоть.
Потом он прошелся по фруктовому ряду и перепробовал все. А когда, сыто отдуваясь, размышлял над горкой фиников — есть или не есть, над прилавком поднялась голова и спросила:
— Не наелся еще?
Аршак вскрикнул и отскочил. Но это был не Кошкодав- Ракоед. Вылезший из-под прилавка человек был без усов и вообще лыс до блеска, не худ и выглядел добродушно. Глаза, правда, у него были с тухлинкой, как у Кошкодава, но мало ли у кого какие глаза.
— Как ты сюда попал, бедный мальчик? — участливо спросил Лысый.
Аршак шмыгнул носом и поведал незнакомцу о своих приключениях в логове злодея и на берегу.
— Ай-ай-ай, — незнакомец погладил Аршака по голове. — Как тебя прокрутило! Так ты говоришь — Кошкодав-Ракоед? Ты его так прозвал? — Лысый рассмеялся.
— Ага. Меня Аршак зовут. А вас как, извините, называть? — спросил Аршак.
Лысый задумался. Подвигал бровями, пожевал губу.