Эдуард Алмазов-Брюликов – Криминальные и судебные истории Эд. Алмазова-Брюликова (страница 15)

Я посоветовал Славке не горячиться, но он стоял на своём: зло необходимо остановить. Не знаю, чем закончилось всё это. Но, Славку Чёрного не посадили, значит, убийства не произошло. Ходили слухи, что эту провокаторшу из КВД всё-таки поймали и посадили. Туда ей и дорога. Юрка Салат вылечился, женился на сестре своего друга Сундука, у него родилась дочь.

К сожалению, один из соседей Юрки по частному сектору был дебилом параноиком. Или – наоборот. Я в этих медицинских терминах не разбираюсь. Этот сосед зарезал Юрку у него же дома, при этом ещё тяжело ранил и тёщу Юрки. Тёща тяжёлых ранений не перенесла и через год от них скончалась. Жена с годовалой дочерью успела выбежать из дома.

Убийцу не посадили. Его сестра с большими связями по блату определила его в психоневрологический диспансер, как психически нездорового. После лечения он вышел из психиатрической больницы и зарезал ещё одного соседа – своего племянника Генку, младшего сына своей сестры, которая ранее спасла его от большого тюремного срока. Отблагодарил сестру. Зачем она спасала от тюрьмы будущего убийцу своего младшего любимого сына, инвалида с детства? У Генки одна рука не работала, у него не было шансов защититься от собственного дяди-убийцы.

Марина вышла замуж, родила двух детей, живёт со своей семьёй в деревне. У меня о ней самые хорошие воспоминания.

Бойтесь данайцев, дары приносящих, опасайтесь провокаций.

Берегите свои жизни и своё здоровье. Будьте осторожней, особенно в сомнительных моментах. И пусть вам встретится в непонятных ситуациях ангел-хранитель. Как мне встретилась и помогла устоять перед наглой провокацией порядочная девушка Марина.

Дай бог ей и её семье здоровья и долгих счастливых лет жизни.

28. О взятках, марихуане и патронах

Когда сейчас с тоской вздыхают о жизни в Советском Союзе, то не все помнят и не все знают, что в СССР не всё было так гладко. Существовал обвинительный уклон, когда любого человека можно было обвинить в любом преступлении, и следствие рьяно бросалось фабриковать «доказательства». Особенно легко было посадить человека за взятки. В частности, можно было любого начальника или чиновника обвинить во взяточничестве, и судьба этого человека была предрешена. Доказательства были не нужны. Их всегда можно было успешно сфабриковать. Достаточно было одному человеку, а лучше двум, заявить, что подозреваемый гражданин взял у них взятку и дать показания (можно ложные – проверить невозможно) под протокол, как подозреваемый автоматически направлялся в следственный изолятор. Без решения суда.

Парадокс был в том, что в Конституции было записано: «Никто не может быть лишён свободы без решения суда», а подозреваемого сажали в следственный изолятор (СИЗО – по сути и содержанию тюрьма) и держали там без решения (приговора) суда по единоличному мнению и постановлению следователя, и держали там не только 2 месяца, отпущенные законом на следствие, но и любой другой срок, который бы пожелал единолично следователь. Сроки содержания в СИЗО под следствием граждан иногда достигали 8–10 лет!

Лукин Владимир Павлович в советское время работал директором «Облсельстроя». Дали ему 8 лет лишения свободы в колонии усиленного режима. Сотрудница, которая хотела быстро получить от организации квартиру, квартиру не получила и написала в милицию заявление, что Лукин предоставил квартиру от организации главному инженеру за взятку. Инженер признал, что после того, как получил квартиру, подвозил Лукина до дома на своих «Жигулях» (у директора «Облсельстроя» Лукина своей машины не было), и дал Лукину конверт, в котором было 100 рублей. Лукин спросил: «За что это?» Инженер ответил: «За всё хорошее».

Но 100 рублей для большого срока было мало. Тогда взяткой назвали стеклянную люстру стоимостью в 50 рублей, которую сотрудники подарили вскладчину Лукину на его 50 летний юбилей. Вообще-то всем сотрудникам их сослуживцы вскладчину дарили подарки на юбилеи. Не только Лукину. Такая практика подарков вскладчину на дни рождения сотрудникам от сотрудников была широко распространена в Советском Союзе. И взяткой это не считалось. Но, Лукин был начальник!

Два эпизода (100 рублей и люстра на юбилей) – взятка, «преступление, совершённое неоднократно из корыстных побуждений» потянуло на 8 лет лишения свободы с конфискацией имущества. Отбыл Лукин в колонии 5 с половиной лет и вышел за хорошее поведение раньше срока. Его снова назначили директором «Облсельстроя», и умер он на производственном совещании за своим рабочим столом от сердечного приступа. Следственный изолятор и колония даром ему не прошли.

Одно время ложные доносы по взяткам широко практиковались в новой России после развала СССР. Это беззаконие резко сократилось после уголовного дела мэра Владивостока Черепкова. Чтобы убрать мэра Владивостока Черепкова конкуренты затеяли провокацию. Черепкову два переодетых сотрудника милиции под видом коммерсантов на приёме в кабинете подбросили «котлету» (пачку денег), засунули за шкаф. И сразу зашли сотрудники ОБЭП и арестовали Черепкова.

Черепков сидел в следственном изоляторе, но сумел не только доказать свою невиновность, но и посадить провокаторов – переодетых милиционеров. Теперь, после «дела Черепкова», чтобы доказать факт взятки, необходимо предоставить аудиозапись, видеозапись, следы краски на руках от банкнот и многое другое. Одного ложного доноса маловато.

Но, по делам, связанным с провокациями – подбросом наркотиков и боеприпасов, дело обстоит гораздо хуже. Подбросы оружия, патронов, пороха, боеприпасов, марихуаны и плана продолжаются. Наглядный пример тому – нашумевшее дело сотрудников МУРа, которые несколько лет назад подбрасывали оружие и наркотики богатым людям с целью вымогательства у них крупных сумм денег и отбора бизнеса, а также подбрасывали оружие и наркотики бомжам, с целью показухи «успешной работы по раскрытию преступлений».

Пока любому человеку могут подбросить оружие, боеприпасы и наркотики с целью их «обнаружения» и обвинения в их хранении. Нового Черепкова в этой отрасли пока не появилось.

29. Городские забавы – массовые драки

Когда сейчас говорят, что в советское время всё было тихо, спокойно и безопасно, то это явное преувеличение. Всё было далеко не так. В советские времена были в моде массовые драки советской молодёжи «район на район». Обычно они происходили осенью, и участвовали в них молодые неженатые парни 17–20 лет и парни чуть постарше – женатые, но разочаровавшиеся в семейной жизни. Парни, у которых были романтические отношения с девушками, обычно в драках не участвовали. Любовь и романтика были дороже разборок. Если даже парень приходил в чужой район и гулял с местной девушкой – его не трогали, считалось, что позорить парня при девушке не по понятиям.

Драки обычно возникали осенью. Летом парни беззаботно гуляли, искали себе девушек и надеялись, что найдут. Но лето кончалось, а девушки в личной жизни отсутствовали. Появлялось недовольство, которое у особо активных и агрессивных парней превращалось в нападение на себе подобных. Таким способом молодёжь выпускала пар своих личных неудач.

Историю одной серии массовых драк в 80-е годы я проследил и разобрал детально. Для этого мне пришлось пообщаться со свидетелями и участниками с обеих сторон. Вот что они рассказали……….

Шла осень 1982 года. Алексей 25 лет и Геннадий 18 лет после танцев возвращались в свой район «Пироговка» из парка культуры Ленинского района, известного в просторечии как «ЖИМ» (живых и мёртвых), разбитый советской властью на месте старого городского кладбища. Оба на танцплощадку не заходили и не танцевали, а просто гуляли поблизости, слушали музыку, встречались и общались с друзьями и знакомыми.

На улице, ведущей к своему району, они встретили двух местных братьев «Степанов». Фамилия их была Степановы. Младшего из них 18 лет звали в районе Сашка Степан, а старшего 20 лет звали Вадик Степан. Старший из братьев Вадик Степан был бывший штангист, небольшого роста, но крепкого сложения. Выпив, он обычно подходил к кому-нибудь из ребят и приставал с предложением ударить его кулаком в живот, чтобы показать всем прочность мышц своего пресса. Если его ударяли в живот, то после он предлагал: «А теперь я тебя давай ударю». Желающих получить от штангиста удар в живот не находилось.

Однажды Вадик Степан подошёл с таким предложением к Алексею. У Алексея было хорошее чувство юмора. Он, не раздумывая ударил Вадика Степана в солнечное сплетение. Вадик упал и минут 5 корчился на земле от боли. Он никак не ожидал, что с ним так быстро согласятся и мгновенно исполнят его просьбу. Он не успел напрячь мышцы пресса.

В этот вечер Вадик и Сашка выглядели странно. У одного из них была разбита губа, а у другого был разбит нос. На лицах обоих было написано сильное удивление. Они никак не ожидали, что им набьют морду лица в своём районе. Братья Степаны пожаловались Алексею и Геннадию на свою беду. Оказывается, они подошли к парню, шедшему в сторону «Пироговки» посреди дороги, попросили у него закурить, а когда сигарет у парня не оказалось, Вадик ударил незнакомца кулаком в лицо. Парень ударил в ответ. И тут из-за деревьев на тротуаре выскочили ещё три парня и начали обрабатывать обоих братьев Степанов по полной программе. Оказывается, четверо ребят с улицы 9 Января («Девятки») провожали двух девушек с «Пироговки» до дома. Трое шли с девушками по тротуару в тени деревьев, а четвёртый шёл один под светом фонарей посреди дороги. Трое активно заступились за четвёртого и навешали братьям Степановым фонарей.