Эдмунд Гуссерль – ВЕЩЬ И ПРОСТРАНСТВО. Лекции 1907 года (страница 2)
– Активная и пассивная локомоция: Различение между движением, инициированным Я (активный синтез), и движением, которому подвергается тело (пассивный синтез) (Приложение XIII).
– Пустое пространство: Анализируется как горизонт возможных заполнений, конституируемый через невозможность восприятия и мотивированные ожидания (Приложение VII).
Трудные моменты и разъяснения:
1. Reell vs. Intentional: Представьте картину на экране. Пиксели и их свечение – это `реальные (reell)` компоненты изображения на экране. Изображенный пейзаж – горы, река – это `интенциональный` компонент. Он "является" через пиксели, но не сводится к ним. Аналогично в восприятии: ощущения – реальны, воспринимаемая вещь – интенциональна.
2. Пассивный Синтез: Это дорефлексивная, автоматическая работа сознания по организации потока данных в связные единства (например, группировка похожих звуков в мелодию, объединение визуальных паттернов в узнаваемый объект еще до того, как мы о нем подумали). Пример из науки: гештальт-психология показала законы группировки (близость, сходство), которые можно рассматривать как проявления пассивного синтеза.
3. Активный Синтез: Это направленная, часто волевая деятельность сознания. В восприятии – это "осуществление" движений тела (поворот головы, фокусировка взгляда, ощупывание) для исследования объекта и наполнения интенциональных предвосхищений (например, чтобы проверить, твердый ли предмет, нужно "активно" постучать по нему). Ссылка на философа: Кант говорил о "синтезе схватывания в созерцании" как активности рассудка, Гуссерль переносит акцент на телесную активность и ее мотивирующую роль.
4. Кинестезис и Мотивация: Кинестезис – не восприятие движения объекта, а ощущение "собственного" движения. "Мотивация" здесь – не причинность в физическом смысле, а феноменологическая закономерность: "если" я осуществляю кинестетическую последовательность K (например, поворачиваю голову вправо), "то" с необходимостью следует определенная последовательность изменений явлений А (визуальное поле смещается влево). Эта закономерная связь (K -> A) позволяет отличить движение объекта (где изменение А "не" мотивировано моим K) от моего собственного движения.
5. Конституция Пространства: Гуссерль отвергает представление о пространстве как готовой "коробке". Пространство конституируется "из" опыта телесного движения и связанных с ним систематических преобразований явлений. Приближение (экспансия), удаление, обход (вращение) – эти кинестетически управляемые операции позволяют "прощупать" трехмерность и протяженность. Пример: восприятие перспективы в живописи использует правила экспансии/сжатия, описанные Гуссерлем, но как статичную иллюзию. Реальное восприятие пространства динамично и кинестетично.
6. Неадекватность Восприятия: Вещь всегда дана только "односторонне" (абсхаттиг). Это не недостаток, а сущностная черта восприятия пространственных объектов. Полнота данности – это регулятивная идея, к которой стремится процесс восприятия через бесконечные возможные кинестетически мотивированные восприятия. Ссылка: Это предвосхищает идею "горизонта" у позднего Гуссерля.
Источники для углубленного изучения (с разъяснениями и рекомендациями):
1. Гуссерль, Э. Идеи к чистой феноменологии и феноменологической философии. Книга I (1913): "Обязательно". Основополагающий труд, где вводятся ключевые понятия: интенциональность, феноменологическая редукция, ноэзис/ноэма, чистое сознание. Развивает метод, примененный в "Вещи и пространстве". Читать "после" "Вещи…" для систематизации. (Husserl, E. "Ideen zu einer reinen Phänomenologie und phänomenologischen Philosophie. Erstes Buch").
2. Гуссерль, Э. Анализы по пассивному синтезу (Тексты из наследия 1918-1926): "Ключевой для темы". Глубоко разрабатывает концепции пассивного синтеза (ассоциация, привычка, темпоральность), предвосхищения (протенции) и их роль в конституции. Показывает, как активные синтезы (суждения, воля) основаны на пассивных. Содержит критический анализ Канта. Читать для углубления в механизмы пассивности. (Husserl, E. "Analysen zur passiven Synthesis. Aus Vorlesungs- und Forschungsmanuskripten 1918-1926". Husserliana XI).
3. Гуссерль, Э. Картезианские размышления (1931): "Важно". Содержит знаменитое "Пятое размышление" о конституции интерсубъективности и объективного мира. Показывает, как конституированное "мое" пространство (из "Вещи…") соотносится с конституированным "Другим" для формирования единого объективного пространства. Читать для понимания социального измерения объективности. (Husserl, E. "Méditations cartésiennes").
4. Гуссерль, Э. Кризис европейских наук и трансцендентальная феноменология (1936): "Контекстуально важно". Вводит понятие "жизненного мира" (Lebenswelt) как дотеоретического горизонта всех значений, включая пространственность. Показывает, как научное (геометрическое) пространство коренится в пространственности жизненного мира. Читать для понимания места феноменологии пространства в более широкой философской программе Гуссерля. (Husserl, E. "Die Krisis der europäischen Wissenschaften und die transzendentale Phänomenologie").
5. Мерло-Понти, М. Феноменология восприятия (1945): "Очень рекомендуется". Берет идеи Гуссерля (телесность, кинестезис, интенциональность) и развивает их в мощную философию воплощенного сознания. Пространство и восприятие вещей анализируются через призму "феноменального тела". Читать как блестящее развитие и "очеловечивание" гуссерлевских интуиций, особенно по кинестезису и телесности. (Merleau-Ponty, M. "Phénoménologie de la perception").
6. Сарр, Ж.-П. Бытие и ничто (1943): "Контрастно". Хотя Сартр критичен к Гуссерлю, его анализ "бытия-в-мире" и пространственности (через понятия "ситуация", "инструментальность", "плоть") интересно сопоставить с феноменологическим анализом конституции. Читать для альтернативного (экзистенциалистского) взгляда на пространство и тело. (Sartre, J.-P. "L'Être et le néant").
7. Комментарии:
– Sokolowski, R. "The Formation of Husserl's Concept of Constitution" (1964): Классический анализ развития понятия конституции у Гуссерля, включая период "Вещи и пространства".
– Marbach, E. "Das Problem des Ich in der Phänomenologie Husserls" (1974): Хорошо разбирает роль Эго и телесности в конституции, включая кинестезис.
– Lohmar, D. "Erfahrung und kategoriales Denken" (1998): Современный глубокий анализ гуссерлевской теории восприятия, пассивного синтеза и их роли в познании, часто обращается к "Вещи и пространству".
Рекомендации к прочтению:
1. Начинающим: Сначала "Вещь и пространство" (фокус на Введении, Главах 1-3, 5-6, 9-10, 13), затем "Идеи I" (особенно Разделы II и III), затем "Феноменологию восприятия" Мерло-Понти для "оживления" идей.
2. Углубляющимся в пассивный/активный синтез: "Вещь и пространство" (особенно Главы 5, 9-10) -> "Анализы по пассивному синтезу" (Hua XI) -> Комментарии Марбаха (Marbach) и Ломарa (Lohmar).
3. Интересующимся пространством и телесностью: "Вещь и пространство" (весь Раздел IV-V) -> "Феноменология восприятия" Мерло-Понти -> "Картезианские размышления" (Размышление V) -> "Кризис" (часть о жизненном мире).
Работа Гуссерля "Вещь и пространство" остается фундаментальным текстом, показывающим, как из потока сознания и телесного опыта рождается устойчивый мир пространственных объектов. Анализ взаимодействия пассивного (организующего, ассоциативного, мотивированного) и активного (волевого, исследующего, идентифицирующего) синтеза является ключом к пониманию этого чуда конституции.
Введение.
§1. Мир естественного опыта и мир научной теории.
В прошлой лекции мы завершили общее введениеsup. Мы прояснили необходимость и смысл феноменологии и теперь не будем теряться при встречающихся терминах вроде «феноменологическая редукция», «чистое явление» и т.д. Прежде всего, нам следует уяснить и общий смысл проблемы феноменологии познания, т.е. конституирования объекта познания внутри самого познания.
Я могу кратко обозначить тему последующих лекций. Они будут посвящены основополагающим частям будущей феноменологии опыта, т.е. прояснению сущности опытной данности – по крайней мере, в её низших формах и уровнях, – прояснению, исходящему из непосредственных и первичных начал и оттуда проводимому как можно глубже и шире. Если бы мы целиком заимствовали терминологию из современного жаргона, мы сказали бы, что речь идёт о теории опыта. Однако, с одной стороны (как, например, в случае термина «теория познания»), меня уже смущает это слово «теория», уместное для типа объяснения и обоснования, практикуемого в математике и естественных науках, но совершенно неприменимое там, где речь идёт об объяснении и обосновании "ничего подобного". Слово «теория» уже неуместно для процедуры морфологизирующих или типологизирующих наук, а тем более – для феноменологии. Кроме того, название «теория опыта» со времён Когена и Марбургской школы, применивших его к кантовской критике опытного знания, приобрело такую широту, что практически охватывает все проблемы чистого теоретического разума. Мы не столь самонадеянны, чтобы полагать, будто можем сейчас поставить и рассмотреть все эти проблемы. Для решения проблем конституирования реальности естествознания в контексте многообразных познаний и познавательных связей последнего нам потребовалось бы урегулировать проблемы, поставленные логико-математическим мышлением, и прояснить – со стороны опытного познания – не только низшие уровни опыта, лежащего до всякой дедукции и индукции, короче говоря, до всего логически опосредованного познания в обычном смысле, но и, тем более, высшие уровни.