Эдмонд Гамильтон – Звёздные странники (страница 35)
Всё-таки ищут. Ну найдут они меня, и что это даст? — я задумался. — Есть ли навык, способный перекинуть ко мне точку телепорта? Блин, в системе десятки тысяч разнонаправленных умений, многие из которых развиваются симбиотически. Наверное, есть, — по моим прикидкам, шкала восстановится менее чем через пять минут.
Я сорвался назад по коридору, далеко бежать не пришлось, полчище пауков, повинуясь призыву, уже спешило в гнездо. Я не стал тянуть, тонкий луч материи ударил по живым существам, испаряя их во вспышках. Нельзя выстрелить в стену, или, скажем, в статую, потому что там нет жизни — божественная материя настроена только на неё.
Уничтожил тварей в течение нескольких минут, не поленился выловить одиночек, в итоге шкала потеряла двенадцать с лишним тысяч единиц. Что ничтожно мало, максимум через час материя восстановится. Я не собирался этого допускать, припустил по коридору, уворачиваясь от висящих сталактитов. Часть пути была проверена, но я всё равно нарвался на крупного паука, точнее, это он на своё несчастье вылез из какой-то дыры и сгорел в божественном пламени.
Сравнение, несмотря на обстоятельство, меня повеселило.
Не дай система, информация просочится, станут называть богом Кощеем. Может, и к лучшему, меньше грязи будет липнуть.
Размышляя о будущих действиях, я приблизился к следующему сегменту. Мне совершенно перестали нравиться эти стыки, мало того, что неизвестная ранее тварь может выскочить, так ещё в другую часть ядра перекидывает.
Я словно накаркал, в ту же секунду почувствовал начало его движения. Произошло это настолько резко, просто не успел ничего предпринять. Плита ушла вверх, я рванул назад, да недостаточно резво, могучая сила мягко, но неумолимо потянула меня к сегменту. Оторвала от пола, закинула в проём, я зацепился рукой, меня развернуло, дыхание спёрло от сухости воздуха. Сумел удержаться на ногах, на автомате закинув в рот пилюлю альтернативного дыхания. Сегмент ушёл выше и также резко остановился. Я увидел сухой пустынный пейзаж, он тянулся, насколько хватало взгляда. Но не всё было настолько однородно и понятно.
Имелся намёк на светило, светлое пятно на сером, что никак не вязалось с ядром. Вдалеке что-то блеснуло, мелкий блик, словно солнечный зайчик. Я явственно почувствовал чужое внимание, заинтересованный взгляд скользнул по мне в момент, определив врага. Раздался свистящий шум, блик разросся до размеров двухметрового стального шара с идеально отполированной поверхностью.
Тут до меня дошло, он не разросся, а приблизился, я видел своё искажённое закруглением отражение. Человек в чёрном смотрел на шар, шар смотрел на него. Это был не глюк, а моб, странная тварь с не менее странным названием.
Имя твари горело кроваво-красным, не оставляя сомнений в её намерениях. Это хищник, пожалуй, самый опасный из виденных мной. Есть намёки на интеллект, чуждый, алчущий крови и, возможно, чего-то ещё. Понятия не имею, как я это понял, что-то на грани с предчувствиями, цепляло меня, нематериальными крючками.
Шар, не меняя места, трансформировался в прямоугольник, я всё так же смотрел на своё отражение, пока не зная, что предпринять. Уровень неведомой твари производил впечатление, тут не до шуток. Именно поэтому Барьер между нами, я всё же выставил, многослойный с пустым пространством между каждым слоем. Энигма вновь преобразовалась, из прямоугольника в неровный овал, на глазах трансформируясь, отсекая лишнее, повторяя контуры моего отражения. Преображение завораживало, такого я точно не видел.
И вот я уже вижу человеческую фигуру, выполненную из блестящего металла, похожего на ртуть. Энигма подняла и опустила руки, как бы проверяя функциональность, в следующее мгновение последовала атака. Ртутный человек размазался в пространстве и, прежде чем ударить в Барьер задержался в Капкане.
Да, я успел его выставить, задержка вышла в доли секунды. Можно было решить, что не сработало, но нет, как раз таки помогло — энигма не смогла пробить Барьер, удар был страшен. Казалось, сотряслось само пространство, многослойное творение пошло трещинами.
Не желая быть атакованным тварью, в ту же секунду я активировал Сбой сознания. Навык, который ещё ни разу меня не подвёл, задержал энигму на какие-то мгновения. Тварь растворилась в воздухе, так могло показаться, на самом деле переместилась.
Страшный по силе удар толкнул меня в спину, слетели сразу все щиты, я не растерялся, тут же создал Капкан, следом Барьер, попытался захватить тварь Синхронным резонансом. Сработал только Барьер, задержал энигму на краткий миг, я успел за это время сместиться, толку с того было мало. Ртутный человек материализовался рядом, едва уловимое движение рук, удар в грудь, я всё же успел активировать Барьер. Удар получился сквозь него, смягчаясь ровно настолько, чтобы не пробить грудную клетку. Меня спасла крепость тела.
Я просто не успевал реагировать, толчок отправил меня в недалёкий полёт, а там опять удар, мелькание верха-низа. Удар. Боль прострелила всё тело. Я рухнул на неровную поверхность, голова оказалась приподнятой, я очень хотел подняться, но тело не слушалось, изо рта, носа, ушей и, наверное, глаз текла кровь. Я чувствовал липкую влагу на всём теле, и вряд ли это пот, я истекал кровью.
Тварь между тем не спешила, понимая, что я уже не соперник, приближалась, медленно склоняя ко мне безликую голову. Было в ней что-то кошачье, но умиления это не вызывало, скорее животный страх, который приходилось держать в узде.
Кажись, всё, отбегался я, придётся начинать сначала, — мелькнула мысль, разочарования я не чувствовал, меня должны были остановить, слишком гладко шло.
Вглядываясь в склонившуюся энигму, я заметил постепенно проявляющиеся черты лица, пробивался страх, я боялся увидеть своё лицо. Это будет уже не клон, а нечто другое, чуждое, и оно станет мной, что не приведёт ни к чему хорошему. Неожиданно мелькнуло сообщение, раскрылось перед глазами, частично перекрывая обзор.
О-о, ну надо же… А не глюк ли это?
Бесполезными, говоришь! А что у меня есть? — соображал я с большим трудом, словно что-то тормозило мозговую деятельность, не давало толком сосредоточиться. — От призмата толку не будет, может Разломом шарахнуть… Погоди-ка, я же не всё использовал, забыл о своём главном козыре, такое бывает.
Я взглянул в лицо твари, оно почти проявилось, нос, очертание губ, провалы глаз. Я улыбнулся, чувствуя боль в разбитых губах, произнёс несколько слов.
— Привет тебе от Аксимора! — светлый луч толщиной в запястье ударил в металлическое лицо, оно пошло волнами, как реальный жидкий металл.
Вот тут я, наконец, услышал голос твари, орала не пастью, раздирающий душу визг звучал на ментальном уровне. Энигма, испытывая дикую боль, отскочила назад со скоростью метеора, верхняя часть тела, если её можно так назвать, полыхала белым пламенем, жар чувствовался даже на расстоянии. Первый удар тварь пережила, я ударил вновь, и тогда она побежала, петляя, падая, пытаясь увернуться от смертоносного луча.
Я так и не узнал, что произошло дальше, сдохла энигма, или всё же сбежала, сегмент пришёл в движение, неведомая сила вышвырнула меня, будто мешок с картошкой в открывшийся проём. Покатившись по каменному полу, я ударился в стену, что радовало, я чувствовал боль всем телом.
Значит, я жив и происходящее — реальность, — это была последняя мысль, я провалился во тьму.
Бред, ведения, тьма — эти явления не бывают однородными, всегда происходят какие-то действия. Погони, драки, если замешено на сне, то боли не бывает. Но я чувствовал боль, слабость и холод.
В какой-то момент я увидел над собой склонившееся лицо Таи, беспокойный взгляд, эльфийка вливала что-то мне в рот. Это вполне мог быть бред во сне, вкуса я не чувствовал. Возможно, и боль ушла, мысли были заняты другим, мысли заняты бредом, созерцанием того, чего обычно не бывает. Меня жрали, грызли, глотали, в промежутках между этими действиями были погони. В основном гнались за мной.
Картинка сменилась, мне в глаза светило солнце, или другая звезда, их множество, миллиарды, триллионы. Лучи ласкали как настоящие, но они не могут быть таковыми, потому что я в бреду. Снова смена локации, я увидел звёздное небо, фонарики далёких светил сложились в причудливую форму. Губы, жёсткая линия губ, злая, кривая ухмылка, они раскрылись, показывая мне вечную тьму. Там не может быть ничего хорошего, загляни туда и придёт конец всему, закончится беготня, цели, к которым стремился, перестанут иметь значение.
— ИГНАТ… ТЫ ЗДЕСЬ, ИГНАТ…
Даже в бреду я понимал кто это. Воспалённое сознание сглаживало негативные эффекты, меняло картинку за картинкой. Я видел Коллекционера, на голове неизменная шляпа, он склонился надо мной, взгляд задумчивый. Затем он вдруг заговорил, голос звучал прямо в голове, в бреду такое бывает.