Эдмонд Гамильтон – Легион Лазарей (страница 14)

С той стороны иллюминатора на противоположной Солнцу стене из ничего материализовалась огромная тёмная форма и зависла рядом с яхтой.

Хирст услышал в своем разуме сильный и ясный голос Шеринга.

— Разве я не говорил тебе, что братство своих не бросает? Кроме того, не могли же мы сделать из тебя лжеца, ведь правда?

Хирст рассмеялся, немного истерично. Он заговорил с Беллавером:

— Вот твой звездолёт. И Шеринг говорит, что если я не буду жив, когда он явится за мной на борт, они не станут так же осторожничать с деформацией пространства при уходе, как при появлении.

Беллавер не сказал ничего. Он, не разговаривая, сидел на палубе, куда его отбросил удар. Он так и сидел там, когда Хирст прошёл через шлюзовую камеру в шлюпку звездолёта, и не шелохнулся даже тогда, когда громадный корабль бесшумно исчез в гиперпространстве, которое отворил разум лазарей, уходя в безграничную свободу Вселенной, где вечно мчат сквозь бесконечность вращающиеся галактики, и ярко горят звёзды, и нет ничего, что остановило бы марш Легиона Лазарей. И кто знает, кто мог бы сказать, где закончится этот поход?..

А за миллион миль оттуда на борту звездолёта Хирст сказал Кристине:

— Когда они вернули меня из-за двери, это было пробуждением. Но это… это — родиться заново.

Она не ответила. Но взяла его за руку и улыбнулась.