Эдияр Муканбетов – Вечное ожидание папы, старый Чоно (страница 2)
– И в этот раз наши кыргызы, что-то тянут с оплатой, – Токтобек опустил голову, мелкий снег прилипал к его открытой шее.
– Ты уже полгода там, обещал через два месяца забрать к себе, а высылаешь – всегда мелочь!
– Нас ведь кинули пару раз, оказывается, на стройке много «кидалова», – он не договорил.
– А здесь я сама вынуждена работать и покупать еду для дочери! Ты там в Москве никто! Ты просто лох! Я устала ждать! По телефону дай мне мусульманский развод, скажи мне три раза «Талак4»!
– Айжан с этим не шутят, ты в своём уме?! – Токтобек повысил голос.
– Я серьёзно: больше не беспокой нас, ты не мужик, я устала от тебя!
– Послушай Айжан…
– Дочке тоже не звони, ты не обеспечиваешь нас!
– Что ты несёшь?
– Дай мне устный развод, и всё, расходимся!
Связь исчезла, слышались обрывистые гудки. Айжан небрежно бросила телефон на стол и удалилась в соседнюю комнату. Токтобек остановился в недоумении, украдкой оглянулся, те трое были на расстоянии, виднелся лишь их силуэт.
Глава 1 часть№4
Айжан отошла от столика, Алтынай рисовала папу и маму, а между ними девочку. Рядом на столике лежала маленькая светлая плюшевая игрушка, медвежонок. Айжан из другой комнаты обратилась к дочке:
– Алтыша, я скоро приду.
– Хорошо-о, мама!
Айжан оделась и вышла наружу, послышался скрежет ключа в замке, а девочка соскочила и понеслась в другую комнату. Алтынай увидела мамин телефон на столе, схватила кнопочный Nokia. По клавиатуре заскользили детские пальчики: команда набор.
Глава1 часть№5
Токтобек шёл по тёмной улице, раздался звонок его телефона. От неожиданности старенький аппарат чуть не выпал из рук, он удивился:
– Алло?!
– Папа здравствуйте! Я так сильно скучаю по вам, я слышала ваш разговор, мама не хочет с вами жить! Она говорила, что теперь у меня будет другой папа, а я не хочу другого! Я вас си-ильно люблю, па-ап, а па-ап, вы когда приедете? – она, торопясь, продолжила, – мама забыла свой телефон, и, может, сейчас вернётся!
– Доченька моя?! И я тебя си-ильно люблю, ты не переживай, всё будет хорошо, я приеду..! – Токтобек не успел договорить, пошли короткие гудки.
В дверях снова послышался звук открытия замка. Алтынай бросила мамин телефон обратно на место и убежала к себе, схватила плюшевого мишку и продолжила своё рисование. Одной рукой сильно прижала к груди мягкую игрушку, а другой стала обводить буквы. Слово «папа» становилось толще. Донесся шум, захлопнулась дверь, а затем и тяжёлые шаги в прихожей. Алтынай встала и выглянула: в прихожей стояла улыбающаяся мама, а за ней разувался высокий, бородатый незнакомый мужчина.
Токтобек рассерженный, пробовал набрать номер, но звучало лишь: «У вас недостаточно средств».
Он хочет выкинуть телефон, но остановился, обернулся: то место, где стояли его спутники уже, опустело. Он сжал в руках свой потрёпанный жизнью, как и он сам, телефончик, засунул его в карман и ускорил шаг.
Глава 1 часть№6
Большой предрассветный город, морозная зима, холодные цвета, кое-где разбавляла оранжевая снегоуборочная техника. Появились ранние уборщики улиц, авто и редкие спешащие люди.
Токтобек шёл один, почти по пустынной улице, снег, не переставая, нагонял грусть, в ушах ещё отзывались голоса: «Ты в Москве никто! Ты просто лох! Я устала ждать! По телефону дай мусульманский развод, скажи мне три раза «талак», – ему казалось, что это звучит везде, во всём городе. Ему думалось, что где-то в снежной и морозной предрассветной мгле смотрят на него глаза её маленькой дочери: «Папа, я скучаю по тебе». Он шёл по надземному крытому пешеходному переходу через автомагистраль. Неожиданно до его слуха донёсся женский визг:
– А-а-ай, помогите-е, гра-абя-ят!, – Токтобек вернулся в реальность, отчётливо услышал, – а-а-ай сво-олочь…., – дальше голос оборвался.
Из-за угла лестничной площадки показались мельтешащие тени. Тишину снова пронзил истошный женский крик: «Помогите-е-е… хоть документы оставьте, гады!». Из-за угла выбежал парень в куртке с капюшоном. Токтобек даже не успел среагировать. Незнакомец врезался в него вскользь, споткнулся о его ногу и полетел кубарем по бетонному полу. При падении у него выпала белая женская сумочка. У Токтобека с плеча сорвалась сумка, он, кое-как удержал равновесие, обернулся на упавшего. В следующую секунду из-за угла выбежал второй грабитель, низко натянувший на голову чёрную спортивную шапочку. Второй спотыкнулся об упавшие пожитки и летит лицом на бетон. Пока двое приходили в себя и поднимались, Токтобек подобрал женскую сумочку.
– Быстро ушли отсюда, – прокричал Токтобек, оттаскивая свои вещи. Но первый грабитель достал нож и пошёл на него:
– Ты старый козёл, борзый да-а?!
Перед лицом Токтобека влево-вправо мелькнул нож. Он кое-как увернулся, благо было куда отступать. Бывший майор принял защитную стойку, попятился назад. Грабитель шагнул вперёд, замахнулся ножом в живот. Токтобек поймал двумя руками атакующего за кисть, и сразу же ударил ногой ему в пах. Ловко выкрутил пойманную руку в рывке, отчего тот ткнулся лицом в землю. Нож грабителя оказался у Токтобека. Но в это мгновение второй налётчик отпихнул ногой его в спину. Бывший майор от сильного толчка очутился на земле. Напавший сзади пытался добить его. Но Токтобек отмахивался их ножом. А второй, вырвал скрученную руку, усердно отбрыкивался от Токтобека, попал ему пару раз в туловище и голову. В это мгновение из-за угла выбежала женщина средних лет, с растрёпанными светлыми волосами :
– Вы уроды, я полицию вызвала! – она держала в руках телефон.
Лицо напавшего с ножом затекало кровью от падения на бетон, он держался за пах, прихрамывал и догонял дружка. А он уже давно скрылся за углом.
Женщина подбежала к сидящему Токтобеку:
– О Боже мой, вы целы? Ой, выбросьте этот нож, – она подсела к нему, достала носовой платок, стала вытирать ему кровь с лица, а сама тяжело дышала.
– Это не мой нож, – он взял у неё платочек из рук. Быстро вытер лезвие и рукоять, выбросил его. Подобрал упавшую сумку, продолжил, – вот ваша?
– Да, спасибо огромное, как я вам благодарна! – она взяла свою сумку, – вы кто, откуда?
– Я Токтобек, из Кыргызстана, – он поднялся на ноги.
– А я Катерина, а-а, я хотела узнать, простой человек не рискнул бы против двоих амбалов пойти, а вы такой худенький и смелый? – она попыталась отряхнуть его спину.
– А-а, я это, бывший мент, оперативник, навыки остались ещё, видимо, – он наспех отряхнул брюки, стал поднимать свою большую сумку.
Катерина, приятной внешности, миловидная женщина, скромно одетая, немного растерянно:
– Если бы не вы, Токто-о, Токтобоо…
– Токтобек!
– Да, да, извините, Токтобек, как мне отблагодарить вас? Я вам обязана спасением моих документов и кошелька, я вам заплачу, – и она полезла к себе в сумочку.
– Я денег у вас не возьму. Это у меня случайно, – он был серьёзен. Они встретились взглядами. Катерина предложила ему:
– Я с ночной смены иду домой, здесь недалеко живу. У тебя одежда вся грязная, я тебя в таком виде не отпущу.
Токтобек стряхнул с плеча грязь, посмотрел на часы:
– Да, не привычно мне грязным ходить. Время ещё есть, я успею на работу.
– Ну идём, Токто-о-бек, – Катерина широко улыбалась, – а у тебя чистый русский язык!
– Я в детстве рос в этой среде, а ты сама …?
– А-а, мои родители в восьмидесятых приехали с Украины, здесь обосновались.
– Так ты украинка?
К этому времени они уже спускались по ступенькам сооружения надземного перехода.
– У меня отец русский, а мать, украинка.
– А-а, тогда в душе кто?
– А в душе я осталась в СССР!
– И я считаю себя родом оттуда, из поколения, у кого кумиром был Павел Корчагин, а Пушкина и Лермонтова до сих пор помню.
– Ну прям?
Токтобек на ходу, ни сколько не смущаясь, начал с эмоциями, торжественно:
– Пока свободою, горим, пока сердца для чести живы, – Катерина шла и смотрела на него с восхищением, а он продолжал, – мой друг, отчизне посвятим души прекрасные порывы! – он остановился и обычным тоном продолжил:
– Той отчизны теперь нет, но всё равно эти строки актуальны всегда.
– Ты интересный человек, а нашему поколению, если не приспособиться к сегодняшнему времени, то вовсе не выжить, – они шли по тротуару. Катя иногда посматривала на него, о чём-то рассказывала, активно жестикулируя.
От крепкого утреннего мороза их дыхание превращалось в обильный пар. Посветлело, огромный город просыпался, прохожих и людей в жилетах с лопатами становилось больше. Маленький трактор, уборщик тротуаров посигналил им сзади, попросил уступить дорогу и поехал дальше.