Эдгар Уоллес – Похищенная картина. Убийство у школьной доски. Обожатель мисс Уэст. Рубины приносят несчастье (страница 56)
— Ваш собственный свидетель заявил, — сухо заметил судья Хартли, — что это было частью плана, который…
— Да-да, я знаю, — нетерпеливо перебил Бергер. — Но планы далеко не всегда венчаются успехом. Прыгнуть в океан с борта парохода — затея весьма рискованная…
— Прошу вас, господин обвинитель, в дальнейшем не перебивать судью, — резко оборвал его Хартли. — Из показаний вашего собственного свидетеля вытекает, что все это было частью запланированного представления, имевшего целью создать видимость самоубийства Манро Бакстера. В свете закона человек считается живым до тех пор, пока факт его смерти не будет неоспоримо доказан. Я принимаю возражение защиты.
— Хорошо, ваша честь. Я сформулирую вопрос иначе, — поспешно согласился Гамильтон Бергер. — Мистер Джилли, вы были знакомы с Манро Бакстером?
— Да.
— Близко знакомы?
— Встречался несколько раз.
— Вы знали Ивон Манко? Женщину, которая давала показания перед вами?
— Да.
— Скажите, чем вы занимались шестого июня этого года? Я имею в виду вашу профессию.
— Я давал напрокат лодки.
— А до пятого июня?
— Давал напрокат лодки.
— Вы дали кому-нибудь напрокат лодку пятого июня, около семи часов вечера?
— Да.
— Кому?
— Если честно, не знаю.
— Может быть, какому-нибудь мужчине, которого раньше никогда не видали?
— Да.
— Этот человек сказал, что ему от вас нужно?
— Он заявил, что его направили ко мне, так как…
— Минутку, — прервал Мейсон. — Возражаю против пересказа бесед, происходивших в отсутствие обвиняемого и не имеющих к нему отношения.
— Я намерен доказать, что эта беседа имеет отношение к личности обвиняемого, — сообщил Бергер.
— В таком случае вы сперва должны представить аргументы.
Судья Хартли кивнул головой:
— Протест принимается.
— Слушаюсь, ваша честь, — проворчал Бергер и вновь обратился к свидетелю: — Вы дали напрокат лодку незнакомому человеку?
— Да.
— Вы это сделали под влиянием того, что он вам сказал?
— Да.
— А когда этот человек воспользовался лодкой? То бишь когда он за ней явился?
— На следующее утро, около пяти.
— Как это произошло?
— Мы вместе стояли на пристани. Со мной был мощный бинокль. Когда я увидел, что экскурсионный пароход приближается к порту, я сказал об этом незнакомцу. Он вскочил в лодку и поплыл.
— Он включил мотор?
— Мотор пришлось включить часом раньше, иначе бы он не успел как следует разогреться.
— И как поступил этот человек?
— Повел лодку прямо в сторону канала.
— Минутку, — вмешался Мейсон. — Ваша честь, предлагаю вычеркнуть все эти показания из протокола, поскольку они не имеют ни малейшего отношения к обвиняемому.
— Мои последующие вопросы докажут, что все это имеет к обвиняемому непосредственное отношение, — быстро возразил Бергер.
— Суд оставляет решение за собой, — заявил судья Хартли. — Мне кажется, это всего лишь предисловие.
— Что вы сделали, вручив незнакомцу лодку?
— Ну-у-у… Мне стало любопытно, и я захотел увидеть…
— Ваши мысли и эмоции никого не интересуют, — перебил Бергер. — Что вы сделали?
— Моя машина стояла недалеко от пристани. Я сел за руль и отправился на портовую набережную, чтобы наблюдать за происходящим.
— За чем именно?
— Ну… за лодкой, которую дал напрокат.
— Что же вы увидели?
— Экскурсионный пароход, медленно входивший в порт.
— Что еще?
— Я видел, как Бакстер прыгает за борт.
— Откуда вы знали, что это Бакстер?
— Я… в этом меня убедили последующие события.
— Вы его узнали?
— Гм… Он был похож на Бакстера, но с такого расстояния и при таком освещении… я не мог бы поклясться…
— Тогда лучше не клянитесь, — рявкнул Гамильтон Бергер. — Вы видели человека, который выбросился за борт?
— Да.
— Его внешность напомнила вам кого-нибудь из знакомых?
— Да.
— Кого?
— Манро Бакстера.
— Я понял вас так: этот человек был похож на Бакстера, но вы не можете присягнуть, что это был Манро Бакстер. Вы это хотели сказать?
— Так точно.
— Что случилось потом?
— По палубе судна забегали люди, стали кричать, требовали спустить шлюпки. Спасательная лодка начала кружить около парохода.