Эдгар По – Ворон (страница 36)

Прочь людей увлек раздор, И лишь зорких звезд дозор С синих башен, с высоты По ночам стерег цветы, Меж которых, нежно-ал, Днем свет солнца почивал. Но теперь, в долине стоя, Видит странник: все – иное, Нет в ней более покоя, Только воздух недвижим Над простором нежилым. Ах, нет, не ветер шелестит В листве, что дышит и дрожит, Как волны у брегов Гебрид[59]. Ах, нет, не ветром здесь гонимы Облака, что мчатся мимо, Тревожно, неостановимо. Фиалки тысячью очей Озирают дол ничей, Лилии в печали странной Льнут к могиле безымянной. Взмах – с качнувшихся стеблей Медленно течет елей, Всхлип – слезой скользит вослед Дивный росный самоцвет.

The City in the Sea[60]

Lo! Death has reared himself a throne In a strange city lying alone Far down within the dim West, Where the good and the bad and the worst and the best Have gone to their eternal rest. Their shrines and palaces and towers (Time-eaten towers that tremble not!) Resemble nothing that is ours. Around, by lifting winds forgot, Resignedly beneath the sky The melancholy waters lie. No rays from the holy heaven come down On the long night-time of that town; But light from out the lurid sea Streams up the turrets silently — Gleams up the pinnacles far and free — Up domes – up spires – up kingly halls — Up fanes – up Babylon-like walls — Up shadowy long-forgotten bowers Of sculptured ivy and stone flowers — Up many and many a marvellous shrine Whose wreathed friezes intertwine The viol, the violet, and the vine. Resignedly beneath the sky The melancholy waters lie. So blend the turrets and shadows there That all seem pendulous in air, While from a proud tower in the town Death looks gigantically down. There open fanes and gaping graves Yawn level with the luminous waves; But not the riches there that lie In each idol’s diamond eye — Not the gaily-jewelled dead Tempt the waters from their bed; For no ripples curl, alas! Along that wilderness of glass — No swellings tell that winds may be