Эдгар Грант – Неестественный отбор. Тандем (страница 3)
– Да, еще… У тебя наверняка есть пара крутых ребят в самолете, – уже спокойнее продолжил полковник. – Так не бери в голову дурных мыслей. У меня здесь рота спецназа, полдюжины захваченных на базе БТРов и два вертолета огневой поддержки. Не надо делать резких движений.
– Твою мать! – выругался по-английски Морган, который за всю свою долгую оперативную карьеру никогда не попадал в такую ситуацию. – Мне надо связаться с…
– Надо, так связывайся, – перебил его полковник. – А мы пока займемся делом.
Сухо клацнул болторез, срезая замок контейнера, и боец раскрыл металлические створки. Внутри на амортизирующей подушке в фиксирующем крепеже покоились продолговатые ящики из толстой фанеры.
– Вскрой крышку, – скомандовал полковник и, когда фанерная крышка одного из ящиков упала на пол, медленно проговорил: – Знакомая хрень… Так вот вы куда замахнулись. Теперь я понимаю, почему вас не пустили в киевские аэропорты.
Эсбэушник задумчиво поскреб подбородок, рассматривая бронированный контейнер с усиленной защитой от радиации. Всего таких ящиков в контейнере было четыре.
– Ну спасибо за подарочек, американец. Ребятки, грузите все это в первый борт, – сказал он и оглянулся на Моргана, который что-то быстро говорил по спутниковому телефону.
В это время в США в оперативном центре контроля ЦРУ лихорадочно пытались связаться с контактным лицом в Киеве, чтобы подтвердить полномочия полковника Руденко и получить хоть какое-то объяснение, почему он действует с нарушением инструкций. Контактное лицо в виде председателя СБУ что-то долго мычало в телефон, но, наконец, сообщило, что Руденко можно полностью доверять и, если он что-то предпринимает, то значит так и надо.
Чувствуя, что контроль над ситуацией полностью потерян, Морган спрятал спутниковый телефон и подошел к Руденко:
– Полковник, я надеюсь, вы знаете, что делаете. Меня только что заверили те, кто вас сюда послал, что вам можно доверять.
– Конечно. Мне можно доверять, – все еще раздумывая, согласился Руденко. – А вот можно ли доверять тем, кто послал меня принять четыре ядерных заряда, нихрена мне об этом не сказав, я пока не знаю.
– Послушаете, вы сами понимаете, насколько опасен этот груз. Надо, чтобы он был доставлен по назначению.
– Хм… Если он так опасен, нахрена вы его сюда притащили? – Руденко снова в нерешительности поскреб подбородок, и агент почувствовал, как по его спине пробежал неприятный холодок.
– Полковник, не делайте глупостей, – перешел на настойчивый шепот Морган. – Контейнеры вы сами не вскроете. Они снабжены устройством самоуничтожения, управляемым со спутника. Более того, это устройство сработает через сутки, если не ввести код безопасности, который знают только те, кто вас сюда послал.
– Вот вы суки! Все продумали, – сквозь зубы процедил эсбэушник. – Ладно… Раз влез в это дерьмо, буду теперь разгребать его до конца. Слушай меня внимательно,
– Хэй! Я должен доставить ооновский груз. Это часть легенды прикрытия, – с сомнением в голосе сказал Морган.
– Слабоватая у вас легенда. Видно, фантазии поубавилось. Слушай сюда… Взлетай как можно быстрее и бери курс на Киев. В Борисполе не садись – его контролирует один из местных батальонов. Проси посадки в Жулянах – это в городе. Аэропорт контролирую я. Мы тебя посадим. Там и разгрузишься.
– Но это не соответствует карте полета! – возмутился агент.
– Какая нахрен карта? У вас там что, мозги совсем отсохли? Это Украина, мужик! Здесь твои карты всем до сраки. Все. Хорош трепаться. Решай сам. Мне пора, – эсбэушник развернулся и зашагал вниз по аппарели.
– Слава Україні! – чуть помедлив, бросил ему вслед Морган, хотя сейчас ему больше всего хотелось разрядить в спину полковника свой пистолет.
– Да пошел ты! – не оборачиваясь, ответил Руденко и зло сплюнул на бетон взлетной полосы.
Этим же вечером оперативный дежурный ФСБ, сопровождающий операции по плану «Невод»2, получил отчет, подготовленный аналитиками Центра обработки и анализа данных ФСБ. Отчеты такого уровня приходили довольно редко, потому что масштабных операций, охватывающих на глобальном уровне все виды информационной разведки и практически всю агентурную сеть, даже в лучшие времена проводилось мало. А вулканическая зима, продлившаяся почти четыре года, и вовсе заморозила деятельность разведок по всему миру.
Увидев тему отчета, дежурный оживился.
Вчера в первой половине дня разведывательный спутник зафиксировал необычную активность в районе базы армейской авиации ВСУ Украины в Львовской области. По картинкам выходило, что взлетную полосу взяла под контроль группа вооруженных людей, приземлившихся на двух военных транспортниках. Судя по тому, что операцию поддерживали два вертолета, работала либо армия, либо одно из расплодившихся во множестве за последнее время спецподразделений. Такое в Украине случалось часто. Разношерстные местные полуофициальные вооруженные формирования постоянно резались друг с другом. Когда крови лилось слишком много, Киев посылал армию или спецназ, чтобы немного остудить страсти или просто накрывал всех бомбовым ударом с воздуха, чтобы не терять своих военных.
Система определила уровень важности события как не достойный внимания, передала сводку аналитикам, пустившим ее по команде наверх, и поставила объект на контроль.
Вечером из львовской области пришли агентурные сведения, что на базе в Калинове высадился спецназ СБУ, разогнал охрану, персонал и фактически ее захватил. При этом ничего особенного, что могло спровоцировать появление киевского спецназа, да еще при поддержке боевых вертолетов, в районе не происходило. После анализа этих данных статус объекта повысился, и он был переведен в режим постоянного наблюдения.
Ночью из Львова в направлении Калинова вышла колонна с бойцами территориального батальона, но в пяти километрах от базы была остановлена заслоном спецназа СБУ. К этому моменту агентура сообщила, что в Калинов из Польши ожидается прибытие транспортного самолета ООН с гуманитарной помощью. Поскольку любое упоминание Польши для украинского отдела ФСБ действовало как красная тряпка (если поляки сунулись в Украину, то ничего хорошего не жди), был выделен специальный оперативник, который начал целенаправленно отслеживать информацию и координировать работу с агентурой.
Около полудня, когда приземлился ооновский борт, на него уже была направлена не только мощная термооптика разведывательного спутника, но и несколько разнокалиберных камер коптеров запущенных местными агентами и дающих картинку в довольно хорошем разрешении с разных точек украинской базы.
Поначалу все это было очень похоже на захват груза. В этом тоже не было ничего необычного. Армия, нацгвардия, полиция, территориальные батальоны нещадно грабили гуманитарную помощь, посылаемую в обнищавшую Украину. Спецназовцы сразу заблокировали самолет БТРами и начали разгружать паллеты. Но разгрузка быстро закончилась. К транспортнику подкатил бортовой грузовичок, видимо, реквизированный на базе, в него вкинули четыре небольших продолговатых фанерных ящика и перегрузили их в спецназовский транспортник. После этого часть бойцов погрузилась в самолет, и он благополучно улетел на базу спецназа СБУ в Киеве.
Сразу после этого, оставив на стоянке несколько уже выгруженных паллет, ооновский борт в спешке вырулил на полосу и, взлетев, тоже взял курс на Киев. Через пятнадцать минут на БТРах примчался спецназовский заслон, блокировавший до этого местных отморозков. Они вместе с остатками бойцов, до сих пор державших взлетную полосу, спешно погрузились в ожидающий их второй транспортник, и он вместе с парой вертолетов прикрытия тоже исчез в затянутом хмурыми облаками небе.
Вся операция заняла чуть больше часа и была похожа на передачу спецназу СБУ какого-то очень секретного и ценного груза. По имеющимся изображениям ящики, забранные спецназом, опознать было невозможно, но искусственный интеллект системы, проанализировав все данные, присвоил событиям в Калинове приоритетный статус и методично по крупицам начал вытаскивать из глобальной сети информацию, имеющую отношение к произошедшему. А после утери контроля США над интернетом, возможности по доступу даже в самые закрытые сети у него были практически безграничны.
Первым делом ИСИН поднял все имеющиеся данные на самолет и партию лекарств, поставляемую по линии гуманитарной помощи. Транспортник принадлежал частной компании, давно работающей с ООН. Груз комплектовался в краковском аэропорту в Польше при непосредственном участии специалистов ООН. Все паллеты можно было отследить по электронным документам. Здесь не было ничего сложного, большая часть груза шла со складов в Швейцарии, где был центральный хаб ООН по обеспечению медикаментами Европы, Ближнего Востока и Севера Африки. Паллеты комплектовались там же. Только несколько контейнеров пришло из центра ООН в Юго-Восточной Азии, но их тоже комплектовали ооновцы. Были еще два контейнера с лекарствами, собранными благотворительными фондами, но их содержимое тоже проверялось перед загрузкой.