18+
реклама
18+
Бургер менюБургер меню

Эд Гринвуд – Королевства Эльфов (страница 47)

18

ТАКИЕ БЕЛЫЕ СЛЁЗЫ

Эд Гринвуд

Алтуриак, Год Грозовых Штормов (1374 ЛД)

Свет камина играл в нежном танце на старой, выцветшей карте Фаэруна, нарисованной на потолке кухни Шторм Серебряной Руки. Ратан Тентравер опустил взгляд от праздного изучения знакомых береговых линий и лесов и радостно прорычал:

- Аххх, это было чудесно! Соус...

Отрыжка, прорвавшаяся сквозь рапсодию Ратана, была столь же внезапной, сколь и непреднамеренной. Поэтому он на мгновение потерял дар речи.

Его лучший друг Торм сидел у его локтя - а Торм, безусловно, самый хитрый из Рыцарей Миф Драннора, был человеком, которому никогда в жизни не требовалось более полуминуты, чтобы что-то начать.

- В этом определенно что-то есть, Шторм, - усмехнулся он, закончив фразу захлебывающегося священника. - Не хочешь поделиться одним секретом котелка?

Их хозяйка улыбнулась ему через плечо, не отрываясь от раковины.

- Вареные змеиные глаза - две полные горсти, и они должны быть свежими. Только гадюки, имейте в виду.

Вокруг сверкающего стола добродушно хихикали полногрудые рыцари, уютно расположившиеся над кружками горячего зеленого чая. Все, кроме Дав и Мерит, которые красноречиво вскидывали брови, зная, что бард из Сумеречной долины говорит чистую правду.

Торм тоже был человеком, который мало что упускал из виду. Он заметил их обменявшиеся взглядами, и его ухмылка немного померкла.

- Ты ведь не шутишь, правда?

Шторм обернулась, длинные серебряные локоны заиграли на ее плечах, словно множество беспокойных змей, и ответила: - Нет.

Флорин вздрогнул, Ратан изумленно вытаращился, а Джессайл вздохнула и посмотрела на потолок.

Следующая отрыжка Ратана, последовавшая в наступившей тишине, была менее довольной.

- И справедливо даже по отношению к вам, мастер Тентравер, - ответил ему старый и ворчливый голос, добавив еще одну отрыжку - почти перед тем, как ее обладатель скрылся из виду. Рыцари за столом переглянулись, но никто не ругался и не хватался за оружие. Говоривший был слишком хорошо знаком.