Е.З. Менц – И вдруг она исчезла (страница 10)
Около двенадцати Максим заснул.
***
Понедельник, одиннадцать часов утра.
В небольших ресторанчиках в центре города только что начался бизнес ланч. Основная масса посетителей еще не появилась. Они придут в час, может быть в два. Непрерывным, скучным потоком хлынут в щедро распахнутые двери. Все закажут суши-бокс с зеленым чаем. Кто-то попросит хлеб, кто-то дополнительную чашку кофе, кто-то австралийский бифштекс средней прожарки с трюфелями.
Обязательно пошутят с замотанными официантками, задержат их, тщательно пересчитывая сдачу, погонят в другой конец кафе за десятью рублями, которые забыл доложить кассир. Потом засунут мелочь в самый тугой отсек книжечки со счетом и отправятся по своим делам, проклинаемые как за свои мелкие чаевые, так и за их отсутствие. В общем, пока самая горячая пора не началась. Можно было насладиться относительной тишиной, приятным обслуживанием, полезной компанией.
Нужного человека Нина увидела еще с улицы. Он сидел, уткнувшись в ноутбук, полностью игнорируя реальность. На столе выстроилась батарея тарелок и чашек, которые почему-то никто не убрал.
Девушка проскользнула мимо стеклянной витрины. Действовать нужно быстро, чтобы не дать себе опомнится. Обмануть здравый смысл.
Момент был по-настоящему тяжелый. Она только что закончила очередное дело о разводе. Получила гонорар. Получила одобрительный взгляд судьи. Злобный, полный ненависти взгляд от поверженной стороны и вялое рукопожатие стороны выигравшей. Никакого удовлетворения от проделанной работы не наблюдалось. Ожидать его было странно, учитывая, что в последнее время люди, расставаясь, грызлись даже не за квартиры. Нет, прошли времена, когда москвичей портил квартирный вопрос. Теперь это был вопрос мебели. И не той мебели, которая стоит как некоторые квартиры, а совершенно обычной, только что не икеевской.
Нину аж передернуло от воспоминаний. До сих пор перед глазами стояло глубоко возмущенное лицо ответчицы, уверяющей, что она никогда бы не посмела царапать почти новый кухонный гарнитур в целях снижения его продажной стоимости. Невыносимая мелочность бытия угнетала.
Возможно, по этой причине весь вечер и все утро ее мысли не покидал вчерашний странный гость.
Не давая себе опомниться, Нина потянулась к двери. Она уже придумала железные аргументы, чтобы оказаться здесь. Отступать никаких сил не осталось.
Колокольчик на двери звякнул. Майское тепло сменилось уютной кондиционированной свежестью и нежной, льющейся с потолка, музыкой.
Подошла хостес, мило интересуясь, куда гостья предпочитает присесть. Нина указала на занятый столик, попросив, чтобы сразу принесли самую большую чашку кофе.
К столику тем временем робко направилась официантка. Определенно это был не первый ее маневр в ту сторону. Но стоило ей приблизиться, молодой человек хватался за чашку, словно это была его последняя надежда.
Нина усмехнулась и подошла.
– Можно присесть?
Максим дернулся.
– Что? – Несколько секунд он моргал. – Что вы здесь делаете?
Нина не ответила.
Не дожидаясь приглашения, она опустилась в кресло.
Кофе подали тут же.
– Вы выглядите как-то по-другому… – Молодой человек нахмурился.
Юрист была одета дорого и со вкусом, наличия которого он в ней никак не подозревал. Светлая шелковая блузка, приталенный жилет, юбка-карандаш, классические лодочки на высоком каблуке.
– Вам нравится?
– Не уверен. – Выглядела она просто восхитительно. Сдержанный макияж, выпрямленные, длинные волосы, забранные в аккуратный хвост. Вчера, в джинсах и кедах она производила впечатление человека, с которым легко работать вместе. Но, вроде бы они так и не стали работать вместе. – Это ради нашей встречи?
Девушка улыбнулась, покачав головой.
– Какая самонадеянность. Ради судьи. Утреннее заседание. Для нашей встречи стоило бы, наверное, только шубу на голое тело накинуть.
– О, давайте сразу договоримся на вечер по адресу…
– Вы, кажется, не понимаете сарказм. – Девушка презрительно вскинула подбородок.
– Понимаю. А вы? – Максим приторно улыбнулся.
На минуту над столиком повисло осязаемое ледяное молчание.
– Ладно. – Молодой человек сдался первым. – Чем обязан? Вы выбрали неудачное место для ланча или это подстроенная встреча?
– Почему подстроенная? Просто встреча. – Нина пожала плечами, однако, было заметно, что она немного смущена.
– Потому что для просто встречи вам понадобилось бы позвонить в мой офис, узнать, где именно я предпочитаю перекусывать, а это тоже не просто, секретарша у меня – кремень. И все вместо того, чтобы позвонить на сотовый, который записан на визитке прямо под рабочим.
– Прекрасно, мистер Холмс. Вы меня уделали! – Девушка покраснела и от этого разозлилась. Дурацкая идея произвести впечатление оказалась очень дурацкой. – Теперь можно перейти к делу?
– О Боже, да! Я рад, что есть какое-то дело. – Он улыбнулся, призывая к примирению. – Давайте на «ты», если можно. Мы вроде в пятницу достаточно успели друг друга оскорбить, чтобы считаться близкими знакомыми.
– Согласна. – Нина тряхнула головой, приводя мысли в порядок. – Значит, по существу: Дарья Соломатина на самом деле пропала.
Максим беспомощно развел руками.
– Мы ведь сейчас не будем ваше самолюбие тешить? То есть, можно чуть-чуть попозже?
– Не слишком оттягивайте. …вай. Оттягивай.
– Хорошо. Я узнала это следующим образом. Позвонила ее родителям в Канны. Ее родители живут в Каннах. – Девушка проследила за тем, как он кивнул, усваивая информацию. – Сказала, что мы учились вместе и собираемся на встречу выпускников. Просила номер мобильника. Мама продиктовала номер, но предупредила, что дочка уехала в командировку в США, на конференцию. И… Внимание, это ей сказала не сама дочь, а представители ее фирмы. Правда, не известно кто конкретно.
– Круто! А она не удивилась, что номер телефона в Каннах оказалось найти легче, чем мобильник известного юриста.
– Не удивилась. Святая женщина.
– Нда…
– Дальше. Я позвонила в «МЮК», представилась кем-то с Рублевки и пожелала говорить с госпожой Соломатиной о своем самом дорогостоящем и секретном разводе в истории разводов. Личный помощник так же сказал, что она в отъезде. В Швейцарии, о чем неделю назад его уведомило руководство. К сожалению, так же неизвестно, кто именно. На просьбу перезвонить, как-то связаться и прочее, я получила кучу рекомендаций к другим юристам этой компании. Странно, да?
– Что странно?
– Ну, я же взбалмошная девица с кучей денег и твердым желание говорить только с Соломатиной, ведь она делала развод моей подруге, которая теперь отделывает раковину на кухне кристаллами Своровски. Таким людям не отказывают. По-хорошему, Дарье должны были передать мой телефон сегодня же. Она бы позвонила и порекомендовала самого лучшего юриста фирмы. Понимаешь?
– Понимаю. Все что угодно, лишь бы не сорвалась с крючка.
– В точку. А тут, можно сказать отфутболили. Получается, госпожа Соломатина слишком стремительно перемещается между США и Швейцарией.
Молодой человек задумчиво кивнул.
– И Канарами.
– А?
Максим кратко пересказал обстоятельства встречи с Любовь Петровной и сделанных выводах.
– Отлично, уже между тремя странами. Ладно, последнее – определенно плод воображения, но первые две прозвучали из официальных источников. Однако, ни на одном рейсе, начиная с прошлой пятницы по сегодняшний день, Соломатина не была зарегистрирована.
– Ты и это проверила? – Максим был искренне поражен.
Нина внимательно посмотрела на него.
– Ну да! Ты только подумай, продолжив свои рассуждения прямо сейчас, я обвиню очень влиятельных, богатых людей, по меньшей мере, в сокрытии человека. А может быть, в чем похуже. Это нужно делать на основе твоей интуиции или по предсказаниям рун, может быть?
– Ладно-ладно. Я понял. – Он показал, что сдается. – Вывод сделан. Был человек, нет человека.
– Да. Но мы не будем драматизировать. – Нина закусила губу. – Я позвонила своим знакомым в полицию. Они сообщат если кто-нибудь подаст заявление о ее пропаже. Или если обнаружат неопознанный, подходящий труп.
Максим шумно вдохнул.
– Как же я рад, что мы не драматизируем.
– А что? – Нина пожала плечами. – Ты понимаешь, что кроме какого-то человека в «МЮК» о том, что она пропала, знаем только мы.
– Какого-то человека…
– Да. Того, кто позвонил ее родителям. Того, кто предупредил личного помощника. Того, который подстраховался вроде бы со всех сторон. Не предусмотрел только пронырливого, приставучего поклонника.
– Я не поклонник! – Максим возмущенно зашипел. – Просто неравнодушный человек. А ты сама, кстати! Что случилось за два дня, отчего Нина Покровская так рьяно взялась искать акулу юридического бизнеса из самой презираемой на свете фирмы?