Е. Побежимова – Леди Стерва (страница 7)

— Леш, — почти шепчу, потому что голос меня не слушается. — я не могу. Просто не могу. Позволь мне помочь тебе иначе, только не делай того, о чем потом пожалеешь...

Он дернулся, будто от удара, и обмяк. Повернулся ко мне и опустился на колени, уткнувшись лицом мне в живот. Нежно поцеловал в пупок и кивнул:

— Прости. Делай, что считаешь нужным, только не прогоняй.

Тяну его вверх и веду к постели. Лешка покорно ложится и позволяет привязать свои руки с спинке. Конечно, если он по-настоящему заведется, это его не удержит, но...я успею сбежать, пока он будет крушить мою постель. Я не стала раздеваться. Просто опустилась между его ног и обхватила жаждущую разрядки плоть губами. Как только мой язык коснулся головки, Лешка громко застонал и взорвался. Но этого было явно мало. Мне понадобилось больше часа, чтобы он обессиленно откинулся на подушку и задышал ровно.

Я с трудом сползла с постели и поплелась в душ. Никогда в жизни я не чувствовала себя настолько грязной! До мужа у меня был парень с которым мы расстались друзьями. Я даже пару раз после этого ночевала у него. Но у нас изначально были другие отношения. Сейчас же...это было предательство. Я предала саму себя. Друзей не надо иметь! С друзьями надо дружить! Примеряло с действительностью только одно — если бы я не поимела его, то он поимел бы меня и это было бы в сотни раз хуже. Я не оправдываюсь, просто констатирую факт. Я пала низко, но не окончательно.

Собрав разбросанную одежду и отвязав Лешку от постели, я ушла спать во вторую спальню, почти уверенная, что утро будет отвратительным. Но несмотря на это уснула мгновенно и впервые за долгое время спала без сновидений. Будто падала в бездонную пропасть...очень долго падала. А утром я обнаружила в своей спальне аккуратно заправленную постель и записку, которая гласила: "Анахсунамун, я был не прав. Как только будешь готова меня выслушать — позвони!". Я хмыкнула, убрала записку в стол к остальным нужным, и не очень, бумажкам и отправилась умываться. Как оказалось, спала я непростительно долго, так что повезла Руса на танцы на голодный желудок. Проводила ребенка до зала и помчалась в кафе. Кофе! Я хочу кофе! Помимо черного напитка я запаслась творожниками, котлетой и картофельным пюре. Собрала разбегающиеся мысли в кучку, сфокусировала взгляд и погрузилась в общественное право.

— Стерва, — раздалось сверху минут через сорок.

Я подняла голову и вздернула левую бровь:

— Обоснуй.

— Что ты сделала с моей Ксюшкой?! — рявкнул он так, что остальные посетители оторвались от тарелок и разговоров и с интересом на нас уставились.

Я поставила локти на стол, положила подбородок на сцепленные пальцы и стала разглядывать Сергея. Похоже, у кого-то была бессонная ночь и отвратительное утро.

— Что, быть женатым на женщине, вместо тряпки тебе не понравилось? Не способен соблазнить собственную жену? — ухмыльнулась я. — Ксюша...с клушей рифмуется...так ты к ней относился? А тут вдруг Оксана...и привлекательная, и желанная, но почему-то такая чужая!

Я откровенно над ним потешалась, а мужчина багровел от злости, но...сделать ничего не мог! Сжал кулаки и вперил в меня полный ненависти взгляд. Я улыбнулась еще шире, чуть повернула голову и постучала указательным пальцем по челюсти, предлагая ударить. Естественно, он не стал этого делать. Резко выдохнул сквозь сжатые зубы и сел напротив.

— Чего ты хочешь? — выдавил он.

— Я? — я выпучила глаза. — Ничего. Я это делала не для себя или тебя, а для нее. Пусть почувствует себя желанной. Ты же столько от нее гулял! Как-то добивался всех этих женщин...попробуй соблазнить свою жену. Заодно от меня отвяжешься.

— Значит все же для себя... - тихо сказал Сергей, но с явной неприязнью в голосе.

— А я ничего не делаю просто так, но в данном случае я старалась больше для нее. Моя свобода от тебя явилась побочным эффектом. Приятным, но не обязательным.

— Стерва, — повторил он и ушел.

Я облегченно вздохнула. Одной проблемой меньше. Только настроение безвозвратно испорчено. Захлопываю ноутбук и иду курить. После третей затяжки набираю номер и считаю гудки. На пятом мне ответили:

— Не думал, что так скоро тебя услышу... - я молчу. — Я бы приехал, но занят очень. Давай вечером? — все еще молчу. — Понятно. В семь буду.

— В девять, — и вешаю трубку.

Совершенно не хочу чтобы он извинялся при Русе.

До вечера я успела и поработать, и поучиться, и ужин приготовить, и даже накормила сына с Дашкой. Прогулялась по дому и расположилась на балконе с чашкой чая и книгой (правда электронной, но кто-же виноват, что мои любимые авторы не печатаются, а читать хорошие книги с экрана неприятно?), ожидая друга. Хочется верить, что все еще друга. На дороге появился уже знакомый Grand Cherokee 11-го года выпуска и я нажала на пульте кнопку, открывая ворота, а затем закрывая их. Спустилась вниз и впустила мужчину в дом. Лешка вошел, не поднимая головы и не поздоровавшись. Мы расположились в той же гостиной. Дашка принесла чай, я кивнула ей, отпуская, и стала ждать.

— Я все испортил? — наконец спросил Лешка, когда я уже допивала чай.

— Смотря что...я не хотела бы терять нашу дружбу.

— Значит испортил, — вздохнул он.

— Леш, объясни по-человечески. Я тебя не понимаю, — чуть не хныча, попросила я.

Попросила и получила. Из Лешки слова сыпались градом, а я слушала и не верила, что все это происходит со мной. И если сначала друг(?) говорил громко, то постепенно голос становился все тише и последние фразы он почти шептал. На продолжении всего монолога так ни разу и не взглянул на меня, даже в мою сторону старательно не смотрел.

— Ты для меня сплошная тайна! Я с первого дня знакомства пытался хоть как-то привлечь твое внимание и все в пустую! Я был просто другом! Пустым местом! Ты меня обнимала, целовала, но будто не замечала. Я улыбался только тебе, только для тебя все бросал и мчался утешать, только тебе рассказывал все, был настоящим, никогда не прятался за масками и все впустую. Сначала ты будто не замечала особого к себе отношения, потом просто воспринимала его как должное, а потом взяла и вышла замуж. Я повесится был готов. Но вспомнил наш разговор о суициде и борьбе за счастье и отказался от этой идеи. Я ждал когда ты наиграешься в семейную жизнь и придешь ко мне плакаться. Долго ждал. Когда я узнал, что ты родила — это был конец. Мой мир рухнул. Я впервые в жизни умудрился напиться. Пол года старался и у меня получилось. А потом сел за руль пьяным и поехал к тебе чтобы во всем признаться или попрощаться...

Лешка замолчал. Словно был не в состоянии продолжать. У меня в голове возникла дикая мысль, но я не могла в это поверить. С трудом выдавила одно слово, но его хватило:

— Леша?..

— Я знаю. Пьяный, ночью, за руль и к тебе...это был верх глупости. Я даже не заметил фары встречной машины. Мы свернули одновременно, но в разные стороны. Я просто съехал с дороги, а он попал лобовым стеклом на ветку. Водитель умер мгновенно. Я просто сбежал. Сел в машину и уехал. Я не мог не узнать водителя. И опять ждал. Ждал случайной встречи. Даже с девушками встречался. Мне правда нравилась та рыжая девчонка. И только сидя в больнице перед операционной, я понял как сильно она похожа на тебя. Тебя прежнюю. Вот только мне плевать, как ты выглядишь. Я всегда любил тебя...и всегда буду любить...

Последние слова доносились до меня, как сквозь вату. Ветка в лобовое стекло. Мгновенная смерть. Господи, только не это!!!

Меня затрясло, по щекам покатились слезы. Потерять любимого мужа больно и потерять друга больно, но потерять их обоих одновременно...невыносимо. Я так не могу! Не могу и не хочу! Не хочу в это верить! Не хочу знать! Не хочу слышать! Не хочу жить так! Не хочу!!!

Дальше я помню все обрывками. События будто вспышки...

Вспышка. Я начинаю рыдать в голос. Меня колотит, как в лихорадке, а из горла вырываются нечленораздельные звуки и дикий вой...

Вспышка. Лешка меня обнимает, что-то шепчет и гладит по голове, а я стараюсь вырваться и продолжаю орать. Колочу его кулаками в грудь. В этот момент я его ненавидела. Больше всего на свете, мне хотелось, чтобы это он свернул не туда и напоролся на эту чертову ветку. Кажется, именно это я и кричала...

Вспышка. Испуганное лицо Дашки. Лешка что-то ей объясняет и девушка кидается к телефону...

Вспышка. Мне делают укол. Вокруг люди в белых халатах. Лешка качает головой и что-то им объясняет. Я постепенно успокаиваюсь, тело наливается тяжестью. Наверное, так действует лекарство...

Вспышка. Я лежу в своей постели, а Лешка гладит меня по голове, его губы шевелятся, но слов нет. Я просто не хочу его слышать и не слышу. Да, и зачем мне пустые слова? Сергея этим не вернуть. Мою жизнь уже не склеить из осколков...

Вспышка. Я падаю в черноту без надежды увидеть свет. А внутри разрастается пустота. В моей жизни ничего не осталось. Незачем больше жить. Не за что бороться. Издалека слышу тихий, жалобный голосок. Руслан...

Вспышка. Я распахиваю глаза и вижу Лешку. Снова закрываю глаза. Лучше беспросветный мрак, чем его лицо. Что угодно, только бы не видеть его. Никогда его больше не видеть...

За окном день. Я лежу в своей постели. Рядом в кресле сидит Леша. Глаза закрыты, дышит ровно. Спит. Осторожно выбираюсь из-под одеяла и бреду в ванную. Мне нужна вода. Я хочу смыть с себя прошлое. Смыть настоящее. Смыть будущее в котором мне придется жить, зная правду. Это больно. Вот теперь мне по-настоящему больно. Знать, что твоего любимого человека, человека, который изменил твою жизнь, убил лучший друг, друг, который не давал утонуть в боли и страхе прежней жизни. Теперь мой мир рухнул окончательно. Я снова сгорела. Смогу ли я вновь возродиться из пепла и жить дальше? А это будет жизнь? Или иллюзия? Подобие жизни. Существование ради сына. Опять. Все с начала. Несколько фраз отбросили меня на два года назад и умножили мою боль в несколько раз.