Е. Побежимова – Леди Стерва (страница 25)

— Если ты о похищении, то я...

Она поморщилась и перебила:

— Нет. Скляр объяснил мне, что произошло.

— Тогда о чем ты? — глухо спросил я.

— Я понимаю, что Иностранный Легион — это не увеселительное заведение и там приходится убивать, но пытки. Совесть не мучает? Кошмары не снятся?

Черт! А об этом она откуда знает?! Эндрю! Убью гада! Скотина болтливая! Так, стоп. Не о том думаю. Тщательно подбирая слова, я медленно ответил:

— Он собирался продать твоего сына на органы, а тебя беспокоит, что он страдал перед смертью?

— Плевать мне, что он испытывал перед смертью! — рявкнула она.

Наконец-то! Первая сильная эмоция за утро. Такая Леди мне нравится больше.

— И в чем же проблема?

— В тебе! Как я должна реагировать на присутствие рядом такого человека, как ты? — теперь все понятно, но легче не стало, скорее, наоборот.

Интересно, она узнала обо всем до того, как залезла нагишом ко мне под одеяло, или после? Надо будет спросить у Андрюхи. Или проще у самой Элис?

— А было бы лучше, если бы я его просто грохнул? Или надо было взять его измором? Или сдать властям? — в ее глазах что-то промелькнуло и выражение лица изменилось, теперь она выглядела усталой и подавленной. — Если бы я не сделал то, что сделал, он бы ни за что не сказал где Руслан. Об этом ты не думала?

Она опустила голову и принялась внимательно разглядывать стол. Плечи опустились и я заметил, что малышка мелко дрожит. Осторожно встал и подошел к ней, дотронулся до плеча. Элис вздрогнула и отстранилась.

— Не трогай меня... - сдавленно прошептала она, с трудом сдерживая слезы. — никогда меня не трогай.

А потом вскочила и убежала в свою комнату. Сухо щелкнул замок и я понял, что она еще и заперлась.

И как все это понимать? Она узнала обо всем пока я спал и теперь жалеет о случившимся? Или мне все приснилось? Ага, и исцарапанная спина, и укус на плече, и ее стоны...все приснилось!

"А чего ты ожидал? — ехидно поинтересовался внутренний голос. — Что она сразу в тебя влюбится? Что ей будет плевать на твое прошлое? Что она простит тебе сына?". Я стукнул кулаком по столу и глухо зарычал от отчаяния.

Через пол часа, слегка придя в себя, я взял кусок бисквита и отправился к себе. Жрать хотелось зверски, а жаренные яйца я не возьму в рот, даже под угрозой смерти. В детстве ими отравился и полтора месяца провел в больнице. Больше не хочется.

Надо позвонить Эндрю и узнать, что он рассказал моей (а моей ли? Уже не уверен.) Леди.

— Элис, только не говори, что мне опять придется ехать в аптеку!

— Это я.

— Мишель? — обрадовался он. — Пришел все таки в себя? Это хорошо.

— Не сказал бы, — недовольно буркнул я.

— А что так? — настороженно спросил Эндрю.

— А сам не догадываешься? — не выдержал я. — На хрена ты ей рассказал, что я сделал с Волковым?!

На том конце провода замолчали. Я терпеливо ждал. Минут через пять Андрей осторожно уточнил:

— Ты меня за идиота держишь, или в предатели записал? Я никогда не болтаю о таких вещах и ты это знаешь.

— Тогда откуда она узнала?! — рявкнул я.

— Не знаю, но я ей ничего не говорил! — в тон мне ответил он и отключился.

Я с чувством выругался по-французски, не успев перейти на родной язык после разговора. Потом побился головой об стену и повалился на постель. Отправил Эндрю SMS-ку с извинениями и задумался. Откуда она могла узнать? Следила за мной? Исключено. Догадалась сама? А как? Я ведь ничего не говорил о том куда ездил. Предположила и попала в точку? Может быть. Черт! Ну, почему я не попытался от всего отпереться? Потому что думал, что она знает точно! Идиот! Стало холодно. Я завернулся в одеяло и попытался уснуть. Получилось.

Проснулся от того, что мне было нестерпимо жарко. Повернулся, не открывая глаз, собираясь скинуть одеяло на пол, и понял, что рядом кто-то есть. Сердце забилось быстрее и я с удовольствием обнял свою Леди. Потерся лицом о ее плечо и поцеловал в ключицу. Даже если я все еще сплю, просыпаться нет никакого желания!

Повернул малышку к себе лицом и впился в губы. Боже, как я соскучился! Элис потянулась в моих руках и обняла за шею, отвечая на поцелуй. Одна моя рука туже опустилась чуть ниже поясницы, а вторая зарылась в шелковистые пряди на затылке, не давая девушке отстраниться. Услышал слабый стон моей Леди и понял, что больше не могу сдерживаться. Подался вперед и громко застонал, чувствуя, как проникаю в ее жаркое лоно. Девушка выгнулась сильнее и закинула на меня ногу, впуская еще глубже. Одно легкое движение и она уже подо мной. Обхватив меня за бедра ногами и впившись ногтями в плечи, малышка сладко стонет и выгибается навстречу бешеному ритму моих толчков.

Желание поцеловать ее стало почти невыносимым и я наклонился к ее губам, одновременно выскальзывая из тела. Она такая маленькая! Поцелуй оказался соленым. Раздвинул нежные губки языком и нашел место укуса. Осторожно лизнул ранку и сильнее прижал малышку к себе. Она вздрогнула и попыталась сместиться вниз. Приподнявшись, переворачиваю такое желанное и родное тело на животик и медленно погружаюсь, с трудом сдерживаясь и думая только о том, чтобы не сделать ей больно. Правой рукой намертво вцепился в спинку кровати, а левой осторожно поддерживаю лисичку под плоский животик. И тут она сделала подлость. Резко подалась назад, впуская меня на всю длину и громко закричала. Здравый смысл и самоконтроль обнялись, дружно махнули ручкой и свалили в неизвестном направлении. Я потонул в ощущениях и с рычанием опять сорвался на бешеный ритм. Элис билась подо мной и кричала в голос пока не охрипла.

Я взорвался, чувствуя, как она дрожит и пульсирует вокруг меня. Реальность разлетелась вдребезги. Единственное, что я точно знал — в руках у меня самый драгоценный подарок судьбы и я ни за что его не потеряю, чего бы мне это не стоило.

— Je t'aime, ma chanterelle! — прошептал я, надеясь, что эту фразу она поймет, и покрепче прижал к себе, твердо намеренный в этот раз проснуться рядом с ней, а не в одиночестве. (Я люблю тебя, моя лисичка!).

Глаза я открыть так и не решился, боясь, что все это сон. А вдруг он испуганно испариться под моим взглядом?

Через несколько минут усталость взяла свое и я провалился в черноту.

Дыхание Майкла стало размеренным и глубоким. Я полежала еще чуть-чуть и аккуратно высвободилась из сильных рук. Подхватила с пола разорванную майку и ушла в свою комнату. Подумала немного, залезла в ванную и задумчиво уставилась на желто-синие разводы по телу, медленно наливающиеся чернотой.

Что это было? Почему я не попыталась его остановить? Почему мое тело так остро реагирует на его близость? События двух последних суток не давали покоя, а собственное поведение я могла охарактеризовать одним емким словом — дура.

Ну, ладно. Первые сутки все было относительно нормально. Ключевое слово — относительно. С чего бы начать? Самокопание вещь сложная и на курсах психологии всегда повторяли, что если не знаешь с какого места все полетело к чертям, вернись к самому началу. Вот с начала и начнем. Только нужно определиться каких именно чертей я собираюсь раскапывать.

Окунулась в воду, вынырнула и задалась вопросом, что именно меня беспокоит. А беспокоит меня Майкл. Сын, конечно, тоже беспокоит, но тут все понятно и дергаться пока не стоит. Так что вернемся к нашим баранам. Точнее, Бесу. С какого момента начать? С того, с которого все запуталось. Запуталось все после секса...стоп! Запуталось все, после его признания. Судя по его сегодняшней реакции, Беседин этого разговора в упор не помнит. С этим все понятно. То есть понятно, что он думает, что я сначала с ним переспала, потом узнала о Волкове и теперь жалею о случившимся. Интересно, как бы он отреагировал, если бы узнал, что все было с точностью наоборот? А вот это я узнаю утром.

Едем дальше. Секс. Это было...было...было и было! И хватит об этом. Стоять! С собой нужно быть честной и откровенной. Всегда и во всем. Секс был восхитительным. Последний раз, после такого головокружительного оргазма я узнала, что беременна...упс! Так, а когда?..за день до отлета. Уф, отлегло. Так и знала, что надо было тогда еще и трубы перетянуть, так нет же! Испугалась, что не то перетянут, или напортачат. Ладно, не важно.

Потом я отрубилась и проснулась на его груди. Это было...потрясающе! Сразу захотелось повторить ночной марафон, но...в туалет хотелось сильнее. Именно там я и обнаружила, что Майкл не в состоянии контролировать свою силушку. Ходить в синяках я не люблю. Они долго у меня проходят и болят нещадно. Так что я схватилась за телефон и попросила Эндрю снова смотаться в аптеку и купить мне мазь от синяков. Мою через таможню не пропустили бы. С лекарствами вообще строго при вылете за границу, тем более негерметичными. Надо отдать Эндрю должное, он не ворчал. Просто уточнил название и свойства, хмыкнул и сказал, что приедет через час. Я забрала коробочку, вручила спасителю торт, поблагодарила и умчалась обратно в ванную. Хорошо, что на спине синяков не оказалось.

Чтобы не шокировать Майкла, я нацепила на себя максимально закрытые вещи. Заглянула к Бесу и обнаружила, что он все еще дрыхнет. Присмотрелась и поняла, что ему опять стало хуже. Вколола жаропонижающее и обезболивающее и пошла готовить. Впихнула в мужчину тарелку мясного бульона с овощами и ушла к себе. Целый день занималась подготовкой к следующей сессии. Вечером опять накормила Майкла, поела сама и вернулась к учебе.