Е. Побежимова – Леди Стерва (страница 27)

— И кто из нас ненасытный? Или это сорок лет воздержания так пагубно на тебе сказались?

— Почему сорок? — изумился я.

— Ну, тридцать семь, — отмахнулась она. — не суть важно.

— Милая, а откуда такие цифры взялись? — все еще не понимал я.

— А когда у тебя последний раз был секс? — уточнила она.

Я взглянул на часы и ответил:

— Вчера.

— До меня.

— Последний раз я просыпался в обществе особи женского пола около года назад, — честно ответил я. — Но не могу с уверенностью сказать, что у нас был секс. А что?

— А до этого? — продолжила она допрос.

— Может сразу перечислить тебе все случаи, когда я просыпался не один? — буркнул я.

— А их было много? — хихикнула она.

— Не очень, — сник я, а потом слегка разозлился. — Только я все равно не понимаю, зачем тебе это нужно и какое отношение имеет к названной цифре.

— Ну... - она сделала вид, что задумалась. — я случайно подслушала тот разговор после неудавшегося ужина... - я скрипнул зубами. — и решила, что раз ты не помнишь ни единой своей женщины, то всю свою страсть решил излить на меня.

— И все равно не понимаю, откуда взялась цифра, — не унимался я.

— Ладно, — пожала она плечиками. — давай тогда посчитаем иначе. Если половое созревание у мальчиков начинается лет в четырнадцать... - она опять задумалась и выдала: — то получится страсть в тебе копилась двадцать три года.

Я понял, что ничего не понял и решил зайти с другой стороны:

— Алиса... - девушка повернула голову и посмотрела мне в глаза. — а от какой даты ты ведешь счет? — вкрадчиво спросил я.

— От твоего рождения, конечно.

— Тогда у тебя явные проблемы с начальной арифметикой, — вздохнул я.

— Это почему? — нахмурилась она.

— Ну...например, потому, что мне в данный момент тридцать три года. Если, как ты говоришь, мое половое созревание началось в четырнадцать, то страсть копилась во мне всего девятнадцать лет. Откуда еще четыре взялось?

— Что значит тридцать три? — выпучила она глаза.

— То и значит. Я родился двадцать седьмого июня семьдесят девятого года. Считай.

— Бред, — пробормотала она.

— Это еще почему? — опять не понял я.

— А потому! — она взяла свой ноут, пощелкала клавишами и ткнула пальцем в нужное место: — Вот!

Я уставился на ровные строчки. Досье. Мое. Вот только кто-то основательно в нем поковырялся. Начиная с имени матери и заканчивая датой отъезда из России.

— Милая, — ласково шепнул я, крепче обнимая свою лисичку. — здесь и половина инфы не является правдой. Даже предположить боюсь кто и зачем это сделал, но факт остается фактом — мне тридцать три года.

Элис уставилась на меня с подозрением и попросила:

— Тогда рассказывай, что там должно быть написано.

— Ну... - я еще раз пробежался по строчкам. — мою мать звали не Таней, а Светой, хотя отчество верное — Вадимовна. Она вышла замуж за отца, но фамилию оставила свою, так что не Беседина, а Кутикова. Умерла она при родах в возрасте девятнадцати лет. Что там еще? Папа умер на три месяца раньше и не повесился, а утонул, причем случайно. Жил я не рядом с Егором, а через два дома и на дрогой стороне улицы. После школы я все же побывал в армии, а потом еще пол года прожил по месту прописки и только после этого рванул во Францию. В Россию вернулся два с половиной года назад.

— Про то, что было с тобой не в России ты рассказывать, конечно, не будешь? — тихо спросила она и в голосе послышалась горечь.

Я покачал головой, отставил ноутбук и снова поцеловал свою малышку. Она поспешно отстранилась. Я разочарованно вздохнул:

— Что-то еще?

— Кто тебе звонил? — задала она вопрос, который я ожидал услышать гораздо раньше.

— Стэн, — коротко ответил я, дав понять, что эту тему развивать не намерен.

— Мы едем за Русом?

Я кивнул. Не говорить же ей, что она просто будет сидеть в четырех стенах, а я пойду заниматься привычным делом!

Стэн сказал, что возникли некоторые осложнения и нам стоит поторопиться. Видно, об исчезновении Волкова заказчикам уже доложили и это их не обрадовало. Охрану удвоили и добавили техники. Теперь там сигнализация получше и камер побольше. А еще прошел слушок, что мальчика вывозить не будут. Хирурга вызвали прямо туда и завтра к вечеру все будет готово. Времени мало, проблем много.

Но Элис ни к чему все это знать. Она останется в безопасном месте, а я схожу за ее сыном. И я точно принесу ей не трупик для похорон, а живого мальчика. Хочется верить, что принесу сам, а не передам с надежным человеком.

— И не мечтай! — стукнула меня в плечо Элис.

— О чем?

— О том, что я отпущу тебя одного и ты спокойно там умрешь, чтобы не выслушивать мои обвинения! Я иду с тобой и ты обязательно останешься жив! А эти глупые мыслишки я тебе еще припомню! И выходку с Волковым, к которому ты ходил без меня тоже!

И чего так орать? Будто ее спрашивать кто-то будет!

— Беседин... - с угрозой протянула она. — я серьезно. Даже не пытайся закрыть меня в спальне и оставить там одну, дожидаться твоего возвращения! — я только застонал. Она что, мысли читает? — У тебя на лице все написано! — рявкнула она. — Я не буду отсиживаться в тылу, когда мой сын в опасности!

— Ладно, — "сдался" я. — но ты наденешь бронежилет, — мстительно добавил я, услышав вздох облегчения и почувствовав, как она расслабилась в моих руках.

— Вот еще! — фыркнула она. — А двигаться в этой гадости я как буду? Ну, уж нет. Экипировка у меня с собой есть. О своей безопасности я позабочусь сама!

Вот несносная девчонка! Возомнила себя Матой Хари? Сейчас проверим! Резко встаю, ставлю девочку на ноги, делаю шаг на относительно свободное пространство и ехидно предлагаю:

— Ну, покажи, как ты двигаешься без этой гадости и забо...

Я даже стойку принять не успел, а Элис уже оказалась у меня за спиной и приставила к горлу нож. Я резко схватил ее за запястье, собираясь вывернуть руку, но между ног что-то шевельнулось. Скосил глаза и увидел длинный клинок. И где только прятала?!

— Я бы не стала так рисковать потомством, — мурлыкнула она и лизнула меня за ухом.

Резко втягиваю в себя воздух сквозь зубы и понимаю, что проверка окончена. Мягко отстраняю ее руку и поворачиваюсь. Элис тут же прильнула ко мне всем телом. Поцелуй был пьянящий, но не настолько, чтобы я окончательно расслабился. Осторожно обнимая девушку, я методично исследовал ее тело, проверяя на оружие. Она обняла меня за шею, значит, все уже попрятала на места.

Клинок, которым меня грозили лишить самого дорого, оказался закреплен в ножнах на спине точно между лопаток, рукоятка пряталась под волосами. Кинжал, пощекотавший горло, крепился на руке и имел пару. Еще один клинок на внутренней стороне бедра, второй я обнаружил между грудей. Нечто, очень похожее на нунчаки, в количестве двух пар заткнуто за пояс штанов и крепится к пояснице специальными ремешками. И это я еще ниже колен не проверял! Черт! Да, Мата Хари, по сравнению с ней, просто погулять вышла! И как я всего этого раньше не заметил?!

— Все пощупал? — насмешливо спросила лисичка, отстраняясь и я заметил, что у нее даже дыхание не сбилось. Значит, она просто позволила себя обыскать и этот поцелуй ее совсем не тронул! Вот я болван! — Может, тебе еще ножку протянуть? Там тоже много интересного...хотя, давай лучше сам на колени встанешь и посмотришь, мм? — и картинно выставила вперед правую ногу, откровенно смеясь надо мной и ни капли не щадя мое самолюбие!

— Не увлекайся, — посоветовал я и снова притянул ее к себе.

Элис ловко вывернулась и устроилась в своем кресле.

— И не мечтай. Заниматься сексом в самолете я не буду, — "мило" улыбнулась, пристегнула ремень, откинулась на спинку сиденья и, прикрыв глаза, расслабилась.

Я промолчал. А что тут скажешь? Сам виноват. Заслужил. Если я так крут, то как же позволил девчонке себя скрутить меньше, чем за пол минуты? Оправдываться и кричать, что салон маленький, я ранен и не успел подготовиться, не имело смысла. С моим послужным списком, я даже во сне должен был скрутить ее. Единственное, что хоть как-то утешало — ее учил сам Вой, а это дорогого стоит. Не удивлюсь, если она и его однажды сделала.

Так что, засунув свою побитую гордость поглубже, я устроился в своем кресле. До самой посадки мы больше не разговаривали. Мне было о чем подумать, а девочка просто спала. Я смотрел на нее и понимал, что оставить ее в тылу не смогу. Она мне просто не простит такой подлости. Значит пойдет со мной. Надеюсь, смогу прикрыть ее спину.

Стэн, как и обещал, встречал нас в аэропорту. Я шел впереди, Элис держалась у меня за спиной. Увидев меня, мужчина улыбнулся, но потом взгляд его переместился правее и улыбка исчезла. Стэн выпучил глаза и открыл рот. Чуть повернув голову, я заметил, что лисичка тоже замерла и прикинулась зеркалом, полностью скопировав мужчину. Потом она взвизгнула и понеслась на Стэна. Запрыгнула на него и начала покрывать поцелуями его лицо. Я стоял столбом и не мог понять, что здесь, собственно, происходит. В душе шевельнулось что-то, очень похожее на злость. Кулаки непроизвольно сжались. Так и хотелось съездить Стэну по морде за то, что он позволяет себе обнимать мою Элис! Я ревную?

— Стас! Боже, как я соскучилась! — радостно прокричала я, повиснув на нем пандой.

— Мышка, ты совсем не изменилась, — засмеялся он, целуя меня в нос и сильнее сжимая в объятиях, — я тоже скучал.