Дзюн-Итиро Танидзаки – Разговор по дороге (страница 4)
Раззадорившись, Сёдзабуро понял, что не успокоится до тех пор, пока не утащит эту чертову машину к себе и не попользуется ею всласть.
– Мама, мама! Ты только посмотри на него! Сёдзабуро, не разворачивай платок, ты и так уже натряс здесь пыли!
– Оставь его в покое, Отоми. Пусть делает, что хочет. Подожди, вот вернется отец, я расскажу ему, что этот неслух вытворяет. Вместо того чтобы ходить на занятия, он только и знает, что слоняться по дому и лентяйничать. Таких горе-студентов еще не видывал свет!
Не обращая внимания на несущиеся ему вслед ядовитые замечания, Сёдзабуро понес трофей в свое логово на втором этаже. Придвинув стол к окну и водрузив на него граммофон, он попробовал его завести, но, увы, мать была права: он не имел ни малейшего представления о том, как это делается. Задача оказалась куда более мудреной, чем он предполагал, – механизм не желал ему подчиняться. Пока он возился с ним, соединяя между собой какие-то непонятные детали, мать и сестра внизу заволновались.
– Сёдзабуро, что у тебя там происходит? А ведь я предупреждала: не умеешь – не берись! Зачем было строить из себя умника? С кондачка такие дела не делаются! Если уж тебе неймется, неси граммофон сюда и спроси у Отоми, как его завести. Ты слышишь меня, Сёдзабуро?!
Войдя в раж, Сёдзабуро решил любой ценой заставить проклятую машину работать, но, как видно, с самого начала была допущена какая-то ошибка, и иголка отказывалась скользить по пластинке. Тяжело вздохнув, он смахнул ладонью пот со лба и с ненавистью уставился на непокорный ящик. Он готов был расплакаться от досады.
«Нашел из-за чего огорчаться, болван!» – мысленно выругал он себя. Неужто ему пристало мериться силой характера с такими жалкими существами, как мать и сестра? По отношению к подобным людишкам требуется только одно – выдержка и хладнокровие.
– Что толку с ним говорить, – донесся снизу язвительный голос Отоми. – Для него слова родителей – всего лишь пустой звук. Надо, чтобы кто-нибудь из людей потверже и порешительней хорошенько его отчитал, иначе он не образумится…
Сёдзабуро пронзила такая ненависть и злоба, что он тотчас забыл о своем огорчении.
«У-у, соплячка! Что за вздор ты несешь? И кто ты такая, чтобы учить меня обращаться с граммофоном? Разобью его к чертям, и дело с концом. Так и знай!» – прошипел он и с удвоенной яростью попытался привести механизм в действие. И тут вдруг, словно по мановению волшебства, рычаг с иглой послушно заработал. Сёдзабуро поставил на диск пластинку с надписью «Киёмото “Северная провинция”[12]. Исполняет гейша Косидзу из квартала Симбаси».
бодро запел граммофон полнозвучным, чарующим женским голосом. Скрестив руки на груди, Сёдзабуро замер в восхищении. Мать с сестрой притихли внизу.
– Ну что, убедились? – с довольной усмешкой крикнул он. – Как видите, завести граммофон под силу даже неумехе!
Подобных удач с ним давно уже не случалось. На радостях он принялся покачивать головой и размахивать руками в такт мелодии. А голос все пел:
На этом месте звук неожиданно поплыл, и диск остановился. Вероятно, кончился завод, но Сёдзабуро это было невдомек. На свой страх и риск он покрутил ручку – граммофон издал похожий на мычание звук, диск стал медленно вращаться, но потом снова замер.
– Сёдзабуро! – послышалось снизу. На сей раз это был голос вернувшегося с работы отца. – Что это за звуки? Не иначе ты все-таки доигрался и сломал граммофон. Ну же, отвечай! Эй, почему ты молчишь? Как можно было браться за дело неумеючи? Я же вижу, он не заводится. Давай-ка, неси его сюда, пусть Отоми посмотрит, что с ним не так. Ты слышишь меня? – Чувствовалось, что отец взволнован не на шутку.
– Да чего там смотреть? Он не заводится, потому что старый…
Не желая признавать свое поражение, Сёдзабуро схватил граммофон и в ярости принялся его трясти. Как и следовало ожидать, отец раскричался еще пуще:
– Эй, что ты там вытворяешь, недоумок? Добро бы это была твоя вещь, но кто позволил тебе так обращаться с чужими вещами? Немедленно оставь граммофон в покое!
– Эта штуковина с самого начала была сломана, – потухшим голосом проговорил Сёдзабуро. – Механизм явно поврежден, его уже не приведешь в действие…
«Черт побери! Кажется, я его доконал, – признался он себе. – Как ни оправдывайся, это дело моих рук. Представляю, с каким бледным, покаянным лицом мать явится к племяннице и, упав перед ней на колени, начнет причитать: “Оё-тян, нам нет и не может быть прощения. Этот балбес Сёдзабуро испортил твой любимый граммофон…” А что скажет на это Оё-тян? Что она обо мне подумает?»
Сёдзабуро почувствовал угрызение совести. Теперь уже ему было не до насмешек над чьей-то жадностью – это он опозорился и выставил себя негодяем, воспользовавшись без спроса чужой вещью.
– Ничего подобного! – возмущенно прокричал отец. – Граммофон был в полной исправности и прекрасно работал, пока ты к нему не прикоснулся! Что нам теперь делать, спрашивается? Как оправдаться перед родней?.. – В голосе отца прозвучала растерянность. Отоми что-то сказала ему, и через некоторое время он заговорил снова: – Сёдзабуро, а ты пробовал покрутить ручку? Может, просто ослабла пружина? Отоми говорит, ее надо завести до упора. Ты слышишь меня? Проверь, может, все дело в пружине.
– С пружиной все в порядке, – откликнулся Сёдзабуро. Будучи уверен, что граммофон безнадежно сломан и ему уже ничем не повредишь, он несколько раз с силой крутанул ручку, и – о чудо! – пластинка начала вращаться, и по комнате вновь заструился живой и прекрасный голос гейши Косидзу.
– Ну, что я говорил? Ничего он не сломан, просто кончился завод, – с явным облегчением произнес отец.
– Надо было с самого начала меня спросить, – не замедлила вставить Отоми. – До чего же упрямый характер!
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.