Джуно Доусон – Мясная лавка (страница 15)

– Это хорошо или плохо? – Я смеюсь.

– Ты выглядишь улетно.

– Это точно, – соглашается Арабелла, которая тоже успела переодеться в джинсы и полосатую блузку. – Ты у нас красотка.

Я опять смеюсь и занимаю свое место у задника – на этот раз белого. Дебби и Джон слегка подправляют мне макияж и волосы, и мы начинаем. На этот раз Лейла снимает лежа на полу – в результате на фотографиях мои ноги кажутся обалденно длинными.

К концу съемок я уже не кажусь себе такой нелепой. Как бы по-идиотски я себя ни чувствовала, стоя на месте и притворяясь, будто иду, картинки на ноутбуке Ро выглядят довольно классно.

– Ты не можешь плохо получиться, детка, – говорит мне Ро. Я догадываюсь, что Том потому и делает свою работу хорошо, что может рассмотреть, кто как будет выглядеть на фотографиях, какими бы замухрышками девчонки ни выглядели в реальной жизни. – Лейла, я думаю, на сегодня достаточно. У нас много материала.

– Уже? Ну, ты злая. – Лейла подходит ко мне и крепко обнимает. – А ты боец, крошка. Я хочу еще тебя поснимать. Я не шучу.

– Правда?

– Абсолютно, блин. Ты все правильно услышала.

– Спасибо.

Я чувствую, что Арабелла тоже ждет похвалы, но Лейла, кажется, не замечает, что она все еще здесь.

– Ты хорошая, детка. И постарайся оставаться такой как можно дольше. Не становись сволочью… хотя, конечно, сволочам живется проще.

Помощник Лейлы начинает снимать задник, а вокруг – настоящий шквал воздушных поцелуев. Я главным образом хочу поскорее разуться. Переодевшись в свои джинсы с курткой, я чувствую, как снова становлюсь обычной, будто Кларк Кент, снова надевающий галстук и очки.

– А кто оплачивает все эти штуки? Такси? Фотографов?

– Ха! Хороший вопрос! Потому что выходит, на самом деле, что за все это платила я!

– Ты можешь объяснить, как это работает?

– Новая модель практически влезает в долги, остается должна своему агентству. Конечно, они оплачивают машины, и фото, и портфолио, и все такое прочее, но все это записывают на твой счет. Они вычитают деньги из твоих заработков.

– А если ты столько не заработаешь, чтобы расплатиться с долгами?

– Вот, ты прямо в точку. Я думаю, это Первый Урок.

– Какой же?

– Бесплатный сыр бывает только в мышеловке.

Ателье

– Боже ты мой! Какая ты тут необыкновенная! – Саба захлебывается от восторга.

Вчера вечером Ро прислала мне на почту несколько снимков с моей фотосессии. Я тянусь через стол за своим мобильником. В колледже и столовая лучше, чем в школе. Здесь устроен шведский стол с разными сортами пасты, и вам могут приготовить любой сэндвич или панини. Прелесть что за жизнь! Я сегодня выбрала низкокалорийный обед, с тунцом и плавленым сыром.

– Яна, ты такая красивая, – верещит Лорел.

– На котором?

– В кожаном платье! Я в восторге… это очень… ну, я просто хочу сказать, что это… эротично. Только ты не подумай, я не в лесбийском смысле, конечно же.

– Клево. Спасибо, что сформулировала. Да, платье просто крутяк. – Саба возвращает мне телефон.

Снимки, которые обработали и на которых навели глянец, и впрямь невероятны. Я не похожа на себя, выгляжу как какая-то великая воительница из космоса вроде амазонки.

– Дай посмотреть еще раз – другой костюм, – просит Лорел, и я передаю ей телефон. – Ой, тебе звонят!

Смотрю на экран – звонит Ро.

– Это мой агент.

Лорел присвистывает, и они с Сабой покатываются со смеху.

– Вы только послушайте ее! Это мой агент!

Я делаю страшные глаза.

– Ну что такого? Это так называется, мой агент! – И в трубку: – Слушаю!

– Яна, привет. Это Ро. У меня только что был очень интересный телефонный разговор – о тебе…

Поспешно выбравшись из-за стола, я направляюсь к дверям на веранду.

– Да?

– Угадай, кому понравились твои снимки?

– Эээ… Мэгги?

– Да, и Мэгги тоже, и это, кстати, поразительно, потому что Мэгги трудно чем-то удивить. Но это другой человек, даже лучше. Ну?..

Я никогда не умела играть в угадайку.

– Без понятия.

– Дермот Дин!

По ее голосу я понимаю, что должна запрыгать от восхищения, но…

– А кто это?

– О, Яна, ну что с тобой делать? Я говорила тебе засесть за Vogue и i-D[20]?

Я хочу ответить, что, вообще-то, слегка, самую малость, занята настоящей учебой, но решаю промолчать. Первая неделя прошла, и за нас взялись всерьез. Надо написать эссе о роли закона в обществе, прочитать кучу стихов Бронте, а еще – самое худшее – мы с Сабой должны написать оригинальный рэп об иммиграции по-французски. Полная лажа! И как им только в голову приходят такие дерьмовые идеи?

– Дермот – креативный директор Republic of Deen; ты же помнишь кожаное платье, в котором тебя снимали? Неважно. Главное, он мой друг, и мне захотелось послать ему твою фотку; ты ему ПОНРАВИЛАСЬ!

– Серьезно? – Ого, это реально круто.

– О, даже лучше. – Погода сейчас больше напоминает сентябрьскую, и, ходя взад-вперед по лужайке, я начинаю жалеть, что не захватила ничего потеплей тонкого худи. – Ты так ему понравилась, что он спросил, нельзя ли тебя нанять.

У меня сводит живот, будто я катаюсь на аттракционе в Торп-парке.

– Что? Как?

– На Неделю моды, крошка! Это через две недели!

Мысль о подиуме повергает меня в настоящий ужас. Даже мутить начало. Ох, черт, только не это. Вот блин!

– Показ? Но мне сказали, что я на развитии минимум до Рождества.

– Я знаю! Поздравляю тебя! Твой первый заказ! И… он хочет эксклюзив! Йи-хо!

– Что это значит? – В глазах у меня разноцветные круги. Так вот ты какая, паническая атака…

– Это значит, что ты не можешь выходить на других шоу раньше этого. Пойми, он, конечно, не из самых супервеликих дизайнеров, но деньги вполне приличные – пять сотен за дефиле и еще пять за эксклюзив.

– Тысяча фунтов? ОХРЕНЕТЬ! – Мой вскрик разносится над верандой, так что все поднимают головы и смотрят на меня. Неловко.

– Да, понимаю, но для первого раза…

Она поняла меня с точностью до наоборот. Это безумие какое-то. Ферди получает двадцать пять фунтов за смену и приходит домой, воняя кислым молоком.

– Я… а ты правда считаешь, что я готова?

Молчание.