Джулия Ромуш – Ты меня бесишь (страница 10)

— Лиана, да ладно тебе. Я же вижу, что ты на взводе.

Сердце тут же начинает биться сильнее. Его рука остаётся на моей коленке, как будто он хочет заземлить меня, притормозить этот ураган эмоций, бушующий внутри. И, чёрт возьми, это работает. Его прикосновение заставляет меня немного расслабиться.

— Да я просто... — слова комом в горле становятся, и мне хочется отвернуться, чтобы он не видел, как я краснею.

— Просто? — переспрашивает, явно ожидая большего. — Ты сжалась как ёжик. Боишься родителей или меня?

— Я просто волнуюсь! — резко бросаю я, убирая его руку со своей коленки. — Всё это... Ну, как они на всё это посмотрят. Мы договорились не говорить до Нового года. Но, а вдруг ты что-нибудь скажешь...

Яр усмехается, снова кладя руку на руль.

— Лиана, расслабься. Я не собираюсь устраивать семейное шоу. Отпразднуем праздник, после как взрослые люди всё обсудим. Конечно, фейерверка в нашу честь не будет, но...

Его уверенность раздражает. Как будто всё так просто. А я уже представляю взгляд отца. Он явно не ожидает такого подарочка под ёлку.

— Ты уверен, что до Нового года сможешь сдержаться? — спрашиваю я, исподлобья глядя на него. — Потому что иногда ты несёшь такую чушь, что я за тебя краснею.

Яр усмехается ещё шире, бросая на меня короткий взгляд.

— Я тебя не подведу. Только если ты сама не начнёшь нести чушь, как сейчас.

— Я не несу чушь! — тут же обрываю я его, скрестив руки на груди.

Но внутри всё-таки становится чуть спокойнее. Потому что, несмотря на его привычку подкалывать меня, он всегда знает, как разрядить обстановку.

— Яр, ты куда? — ошарашенно спрашиваю, когда машина резко сворачивает с дороги и углубляется в лес. Колёса с хрустом пробиваются сквозь тонкий слой снега. — Ты совсем с ума сошёл? — почти кричу, когда машина останавливается.

Яр молчит. Глушит мотор и поворачивается ко мне, его глаза темнеют, а на лице появляется знакомое выражение. Это не просто ухмылка, это чёткое намерение.

— Ты чего... — я даже не успеваю договорить, как он рывком притягивает меня к себе. Его пальцы впиваются в мою талию, задирая свитер.

Секунду я пытаюсь сопротивляться, просто для порядка, но уже чувствую, как внутри всё приятно тянет. Я знаю этот взгляд.

— Яр, мы же... — лепечу я, но слова обрываются на полуслове, потому что он впивается в мои губы жадно, требовательно.

Я оказываюсь у него на коленях, сидя верхом. Мои руки автоматически тянутся к его плечам, чтобы удержаться. Ещё секунда и его губы переходят на мою шею, оставляя горячие влажные следы.

— Ты сводишь меня с ума, — шепчет он, стягивая свитер через голову. Я едва успеваю осознать, что происходит, когда его руки сжимают мою грудь через тонкую ткань белья.

— Яр... — мой голос дрожит, а дыхание сбивается. Внутри всё горит, а сердце колотится так сильно, что стук, кажется, отдаётся в ушах.

— Ты слишком много думаешь, Лиана, — рявкает он, сильнее прижимая меня к себе.

Его руки, такие сильные и настойчивые, блуждают по моей спине, расстёгивают бюстгальтер, который легко соскальзывает вниз. Яр наклоняется и обхватывает губами мой сосок, одновременно поглаживая второй пальцами. Я выгибаюсь, чувствуя, как по телу разливается жар.

— Яр... — стон срывается с моих губ, прежде чем я успеваю его сдержать.

— Так-то лучше, — его голос становится ниже, грубее. Он впивается зубами в кожу, оставляя лёгкий укус.

Мои пальцы находят пуговицы на его рубашке, и я начинаю их расстёгивать, хотя дрожащие пальцы только замедляют процесс. Яр усмехается и резко стягивает рубашку через голову, оставаясь наполовину обнажённым.

Его руки снова обхватывают мои бёдра, пальцы сжимают кожу через капроновые колготки.

— Запасные колготки с собой есть?

— Да... - Хриплю, даже не понимая, зачем он спрашивает. А через секунду... Громкий треск. Этот неандерталец мои колготки просто разрывает. Отводит полоску трусиков в сторону, оставляя меня практически обнажённой.

Воздух в машине становится тяжёлым от нашего дыхания.

— Посмотри на меня, — хрипит Яр, поднимая мою голову своими пальцами под подбородок.

Я встречаюсь с ним взглядом, и меня накрывает волной. В этот момент я готова на всё, лишь бы он продолжал.

Его губы снова находят мои, и я сильнее подаюсь вперёд, чувствуя, как он прижимается ко мне.

— Чего ты хочешь, Лиана? — его голос звучит как вызов, а руки исследуют мои бёдра, заставляя меня дрожать.

— Тебя, — отвечаю я, и это уже не кажется постыдным.

Он грубо прижимает меня к себе.

Звук расстёгивающейся молнии. Шелест фольги. Я помогаю раскачать презерватив по члену. А потом я чувствую, как головка его члена упирается в лоно, как он входит в меня.

Его движения резкие, уверенные, заполняющие меня целиком. Воздух наполняется хриплыми стонами и нашим сбившимся дыханием. Я не сдерживаюсь. Не могу. Мои ногти царапают его плечи, мои губы находят его шею, и я уже не понимаю, где заканчиваюсь я и где начинается он.

Его руки обнимают меня за талию, помогая задавать ритм. Я чувствую, как волна удовольствия поднимается всё выше и выше, пока не накрывает меня полностью.

— Лиана... — рычит Яр, наклоняя голову, чтобы снова поймать мои губы.

Мы замираем, едва дыша. А потом он прижимает меня к себе, его руки гладят мои плечи, словно он пытается успокоить пламя, которое только что разжёг.

***

Как только машина Яра заезжает на территорию дома, на крыльцо тут же выходят родители. Я уже по их лицам вижу, что обстановка была напряжённой. Они очень сильно волновались.

Я выхожу из машины, пока Яр оборачивается и начинает копаться на заднем сидении.

Первой ко мне бросается Маргарита. Её лицо выглядит так, будто секунду назад позади неё дом на воздух взлетел.

— Лиана, девочка моя! — причитает Маргарита, обнимая меня так крепко, что я едва могу дышать. Её руки дрожат, и я чувствую это даже сквозь толстую ткань куртки. — Мы так волновались! Как вы вообще умудрились так заблудиться? Это же надо, в такую погоду! Боже, вы целы? Как вы себя чувствуете? Ноги не замёрзли? Точно всё в порядке?

Маргарита осматривает меня так тщательно, будто ищет следы побоев или царапин. Судя по лицам родителей, Яр им чего-то наговорил, иначе почему они такие перепуганные?

Маргарита меня внимательно разглядывает, что я моментально вспыхиваю румянцем. Кажется, что она сейчас всё поймёт. По моим растрёпанным волосам. Блестящем глазам и воспалённым губам от множества поцелуев.

Я пытаюсь что-то сказать, чтобы успокоить её, но мачеха уже продолжает допрос.

— Я ведь не успокоюсь, пока не удостоверюсь, что с вами всё в порядке! — Она поправляет мой шарф, словно это может каким-то образом уберечь меня от новых проблем. — Как так получилось? Ну как, Лианочка?

— Всё нормально, Маргарита, — пытаюсь я её перебить, но она меня не слышит

— А Яр? — резко переключается она, почти в панике поворачиваясь к нему. Её голос становится ещё выше, а движения нервнее. — Ярослав, ты точно в порядке? Ничего не болит? Выглядишь уставшим. У тебя ничего не обморожено? Смотри, если что-то случится, я тебя прямо сейчас отправлю в больницу!

Яр тяжело выдыхает, кажется, что сейчас начнёт бурчать, что мать говорит глупости. Но на его лице появляется лёгкая улыбка. Он подходит ближе и мягко обнимает Маргариту за плечи.

Честно сказать, их отношения меня всегда умиляли. Маргарита Яру неродная. Она усыновила его, когда вышла замуж за его отца. Яр уже был подростком. Но любит Марго как родную мать. Очень сильно о ней заботится.

— Мам, успокойся, — Яр говорит это спокойно и заботливо. — Всё хорошо. Я доставил всех в целости и сохранности. Никто не пострадал, кроме наших нервов, да и то не сильно.

Я же, помня о нашей легенде "не палиться", тут же закатываю глаза и цокаю языком. И не отказываю себе в удовольствии язвительно выдать:

— Да-да, всех доставил, всех привёз, молодчина, — произношу я нарочито восторженным тоном, бросая взгляд на Яра.

Он оборачивается ко мне, и в его глазах читается: "Не перегибай, детка". Его бровь едва заметно приподнимается, уголки губ растягиваются в усмешке, которая раньше меня бесила, а теперь нравится. Ну вот как это вообще работает, а? Всё, что в нём раздражало до вчера, сегодня превратилось в его достоинства.

Маргарита кладёт руки на плечи Яру, вглядываясь в его лицо с каким-то недоверием или облегчением. Затем она глубоко вздыхает, явно пытаясь успокоиться. Но её взгляд тут же возвращается ко мне

— Лиана, ты уверена, что с тобой всё в порядке? Может, тебе горячего чаю? Или плед? — Она на секунду замирает, а потом резко добавляет: — а, может, сначала глинтвейн? Он тоже хорошо согревает!

— Ох, дети мои, — раздаётся голос отца. Он стоит чуть позади нас, скрестив руки на груди, и смотрит на всех с лёгкой улыбкой. — Давайте без ругани. Всё-таки Новый год на носу. Живите дружно. Тем более тот факт, что вы приехали в одной машине и оба живы, уже о чём-то говорит.

— Дима! - Марго тут же восклицает.

Отец смеётся. Ни для кого не секрет, что мы с Яром как кошка с собакой. Ну были... И до Нового года придётся придерживаться этой тактики. Иначе всё станет слишком подозрительно.

Яр пожимает отцу руку. Улыбается.

— Да мы вообще не ругались, Дмитрий Петрович. Правда, ведь, Лиана?