Джулия Ромуш – Испорть меня (страница 39)

Во рту ужасно сухо, голова раскалывается, а веки кажутся настолько тяжелыми, что их невозможно открыть. Но я все таки делаю над собой усилие. Слегка приоткрываю глаза.

Несколько секунд мне требуется для того, что привыкнуть к свету. Понимаю, что нахожусь в нашей с Айдаровом спальне. В комнате включен лишь светильник с тусклым светом. Мой муж сидит на кресле, рядом с кроватью и спит. Судя по позе, он просто отрубился.

Слегка потягиваюсь и тут же шиплю. Рука ужасно жжет, перевожу взгляд и вижу, что из вены торчит игла. Что за…

— Тебе поставили капельницу, — слышу хриплый голос мужа и тут же перевожу ан него взгляд. Айдаров выглядит ужасно уставшим. Я даже думать боюсь сколько времен он не спал.

— Зачем капельницу? — Мой голос звучит слишком тихо, во рту сухо, за глоток воды я готова сейчас убить.

— Ты потеряла сознание, Лиза, тебя осмотрел врач и назначил капельницу.

После слов Рустама я вспоминаю как мы были на улице, как шли к машине и как резко мне стало плохо. Хмурюсь.

— Врач сказал что со мной? — Так плохо мне еще не было никогда.

— Взял анализы, скоро должен позвонить и сказать в чем проблема, — Айдаров наклоняется ко мне, его пальцы прикасаются к моей щеке, нежно поглаживают, в его взгляде я вижу столько беспокойства, что у самой сердце больно сжимается, — не пугай меня так больше, малыш.

Закрываю глаза и как котенок тянусь к его руке, хочу, чтобы еще погладил. Хочу ласки.

— Я постараюсь больше не пугать, — произношу в ответ, — я думаю, что это из-за того, что я не ела целый день и еще плюс такой стресс.

Айдаров гладит меня по волосам, а я слегка улыбаюсь. Кто мог подумать что этот мужчина может быть таким нежным?

— Я хочу пить, — разлепляю губы и выдаю сипло.

Рустам кивает и убрав от меня руку, встает с кресла и направляется к столу. Наливает воду в стакан и возвращается ко мне. Помогает сесть на кровати так, чтобы не вырвать капельницу из вены. Сжимаю пальцами прохладный стакан и начинаю жадно пить. Ощущение такое, будто я не пила целые сутки.

— Диана доехала домой и находится в своей квартире, — говорит Рустам, когда я отдаю ему стакан, — я приставил к ней охрану.

— Спасибо, — киваю и слегка улыбаюсь, — я думаю ей нужно будет помочь… С похоронами и вообще…

— Похорон пока что не будет, — поднимаю на мужа непонимающий взгляд.

— Почему?

— Ведется следствие. Никто не поверил в несчастный случай.

Меня бросает в холод. Я тоже подозревала, что это не несчастный случай. Бедная Диана. Я знаю в каком ужасном состоянии она сейчас находится.

— И что теперь будет?

— Посадят тех на кого укажут пальцем, — Айдаров недобро усмехается.

Я не успеваю ничего ответить, потому что его телефон начинает вибрировать. Взяв телефон в руку, Рустам быстро пробегается по экрану взглядом и принимает вызов.

— Готовы результаты анализов? — С человеком на том конце провода мой муж говорит совершенно не так как со мной. От его тона на моей коже появляются ледяные мурашки.

Его собеседник что-то говорит по телефону, Рустам молча слушает, а после поворачивается ко мне. Впивается взглядом в мое лицо, смотрит так, что мне самой становится страшно.

— Уверен? — Задает вопрос и опускает свой взгляд ниже, на мой живот. Мое дыхание перехватывает. Неужели… я следую примеру мужа и сама опускаю взгляд вниз. Господи, это что правда?

Беременна. В ушах до сих пор звенит это слово. Я не до конца понимаю его смысл. Потому что в это и поверить сложно. Я даже и подумать не могла.

— Как ты себя чувствуешь? — Айдаров задает этот вопрос уже раз пятый за последние полчаса. Из моей вены больше не торчит капельница, но я все также продолжаю сидеть на кровати.

— Ошарашенной, — говорю полнейшую правду и перевожу взгляд на мужа. Всматриваюсь в его глаза. Пытаюсь прочитать в них ответ на свой вопрос. Очень важный. Жизненно важный для меня, — а ты?

— Я чувствую себя счастливым, — Айдаров подается вперед, сжимает руками мою талию и как плюшевого медвежонка поднимает вверх. Секунда и я уже сижу на его коленях, — у тебя есть вопросы. Задавай. Спрашивай все, что тебе интересно.

— Я не глупая и понимаю, что незащищенный секс предполагал, что это может произойти, — произношу негромко, — но мы никогда не обсуждали такой поворот событий. Никогда не говорили о том, что нас… может стать трое.

Голос подрагивает от произнесенных слов. Когда произношу это вслух и восприятие становится совершенно другим. Внутри меня растет новая жизнь. Малыш. Наш малыш. Совсем кроха.

— Давай поговорим сейчас, — голос мужа звучит успокаивающе. Никаких эмоциональных ноток. Он совершенно спокоен. Это же ведь хорошо, правда? Он сказал, что счастлив, а это значит, что он действительно хочет?

— У нас будет ребенок, — поднимаю взгляд и смотрю Айдарову в глаза, они слегка щурятся от того, что мужчина улыбается.

— Ты думаешь, что я не понимаю значение слова "беременность"?

— Господи, Рустам, у нас будет ребенок, — произношу чуть громче, до меня как до жирафа наконец начинает доходить весь смысл происходящего. Сердце в груди начинает колотиться как сумасшедшее.

— Да, малыш, у нас будет ребенок, — пальцы мужа заправляют прядь выбившихся волос мне за ухо. На губах Айдарова играет легкая улыбка, — и я, пиздец, как рад подобному раскладу.

— Правда? — В моих глазах застывают слезы, эмоции меня переполняют настолько, что справится с ними практически невозможно.

— Я хочу семью, малыш, хочу, чтобы ты родила мне детей, много детей. Чтобы у нас была большая и дружная семья. Настоящая.

Моргаю и слезинки катятся по моим щекам. Я знаю, насколько для него это болезненная тема. Знаю, как обошлась с ним судьба. Насколько тяжелое было у него детство.

— И я хочу, — хриплю в ответ и тут же подаюсь вперед и прикасаюсь своими губами к его.

Хочу, чтобы все по-настоящему, чтобы море любви и заботы. Чтобы этот дом был заполнен детским смехом. Хочу увидеть как Айдаров превратиться в мягкую зефирку как только возьмет нашего малыша на руки. Хочу видеть, как он улыбнется, когда малыш посмотрит на него и растянет свои губы в улыбке.

— Тссс, — Айдаров резко прекращает поцелуй, когда мои пальцы начинают расстегивать пуговицы на его рубашке, — нельзя.

— Почему нельзя? — Расстроенно поджимаю губы, что значит нельзя? Почему?

— Завтра ты сдашь все анализы, и когда врач даст полное добро…

— Ты теперь ко мне не прикоснешься без разрешения врача? — В моем голосе столько недовольства, что муж громко начинает смеяться.

— Ты как маленький ребенок, у которого отобрали любимую игрушку.

— Ты и хочешь ее у меня отобрать, — произношу обиженно и вздохнув, опускаю голову на его плечо, — ненавижу когда ты такой правильный.

— Не капризничай, в любой ситуации есть выход, нельзя всегда переть напролом, — произносит хриплый голосом, а после его пальцы сжимаются на моем затылке и заставляют запрокинуть голову вверх. Айдаров впечатывается своими губами в мои. Его язык проникает в мой рот и заставляет громко застонать. Пальцы его второй руки скользят по моему бедру, поднимаются выше, под ткань футболки… Действительно, нам ведь сказали воздержаться только от проникновений, а вот на другие шалости запретов не было…

Глава 34

Закусываю губу и еще раз думаю над тем, что я решила сделать. Насколько сильно будет злиться Айдаров? Какие есть шансы, что муж не узнает о моем поступке? Хотя о чем это я… Водитель сдаст меня с потрохами, как только муж вернется из поездки. Но по другому я поступить просто не могу. С похорон родителей Ди прошло уже больше недели. Я все понимаю. Она хочет побыть одна. Но если раньше я могла ей хотя бы позвонить и удостовериться что она в порядке, конечно образно, то вот последние два дня у нее просто отключен телефон. И меня это не на шутку пугает.

— Домой, госпожа Айдарова? — Водитель открывает дверцу автомобиля, а я надеюсь, что он не видит насколько я сильно сейчас нервничаю.

— Нет, по этому адресу, — поворачиваю экран телефона к водителю, где написан адрес Ди. Вижу как мужчина хмурится.

— Госпожа Айдарова…

— По этому адресу, а после домой, — отвечаю с нажимом в голосе. Знаю, что мужу он сейчас не сможет позвонить и сдать меня, у Айдарова нет связи, я проверила.

А у меня ужасное предчувствие. Вдруг с Ди что-то случилось? Номера ее брата у меня нет. У подруги уже вторые сутки нет связи. Господи, а что если с ней…

Водитель кивает, вижу, что достает телефон из кармана, пока обходит машину. Но я все продумала. Надеюсь, что Рустам не будет на меня очень сильно злиться. Но он вернется только через два дня, а что если с Ди случится что-то ужасное за это время? Вполне возможно, что я себя просто накручиваю. Сейчас приеду, а подруга дома. У нее просто сломалась зарядка или телефон. Или вполне возможно она просто его отключила, чтобы никто ее не доставал.

Пока мы едем к дому подруги у меня потеют ладони и я успеваю накрутить себя до ужасного состояния. С того дня в морге мы с Ди нормально и не общались. На похоронах подруга вообще была в ужасном состоянии. Дважды теряла сознание, я приводила ее в чувства. Я прекрасно понимала в каком она состоянии, как ей плохо. Я ждала, когда она будет готова к общению.

Водитель открывает дверцу и выхожу из автомобиля, конечно одну меня никто не отпускает, но я даже рада. Если кто-то будет рядом, возможно будет не так тревожно. И если понадобится помощь, то водитель тоже пригодится.