Джулия Ромуш – Единственная для Буйного (страница 26)

— Боюсь, — Иван прокашливается. — Мне нельзя щекотать Злату.

— Почему?

— Ну, есть кто-то другой, кто её… щекочет.

Я умереть на месте хочу. Провалиться до ядра земли, ещё дальше. С другой стороны планет вылететь. Катя не понимает намека. А я бледнею. В обморок сейчас грохнусь от такого разговора. Зыркаю на Ивана, а ему хоть бы хны. Только усмехается.

Стараюсь пройти мимо него с гордо поднятой головой. Максимально величественно. Взглядом посылаю. Я сейчас Эмиру пожалуюсь и будут проблемы. Охраннику хватает совести или ума, чтобы взгляд отвести. И больше эту тему не продолжать.

— Вау! Вафли с ягодами! — Катя восторженно смотрит. — И сок. Апельсиновый, мой любимый.

— Я знаю, милая. И ещё есть банановый.

— А папа никогда не запоминал… Покупал мне вишневый. Фи. Я очень рада, что я теперь с тобой живу. Только папе не говори, ладно? Он расстроится.

Сестра с наслаждением уплетает завтрак, пока я сжимаю кружку в руках. Горячая керамика прожигает кожу, но я не обращаю внимания. Об отце я не думала. Слишком много всего навалилось. Но игнорировать арест папы я тоже не могу. В какой-то мере Эмир прав. Я проблемная. Вечно вокруг меня что-то происходит. А я не виновата! Я только Буйного прошу всё разрулить. Хочу спросить у мужчины, не знает ли он ничего. Не замешан ли. Но не рискую. Сейчас лучше не нарываться лишний раз.

Но Эмир сам мне пишет, словно почувствовав. Я отчитываюсь, что уже собрана и скоро буду выезжать. Приходит короткое:

"Отчет хочу"ї

Я хмурюсь, не понимая, чего именно требует Буйный. Перечитываю строчки, будто шифр спрятан. Как я отчитаюсь, что мы едем? Фото дороги скинуть?

Ох. Ох! До меня доходит в момент, когда Эмир звонит мне по видеосвязи. Он хочет посмотреть. Вряд ли его интересует то, в каком свитере я еду. А вот то, что под свитером спрятано… Кажется, поездку придётся отложить на час. Или два?

Мои щёки моментально румянцем загораются. Я тут же взгляд на охранника и сестрёнку бросаю. При них точно вызов принимать нельзя. Эмир не стесняется в выражениях. Будет только плохой пример подавать. Достаточно того, что Катюша и так в общении с ним заинтересована. Уверена, что она Эмира в своей голове как волшебного принца нарисовала. Не то, чтобы Буйный не спаситель, вот только принц у нас матерщинник. Точно не при детях ему речи толкать. Понимаю, что мужчина хочет. Но решаю схитрить.

— Скоро вернусь, — бросаю "пожарнику", когда тот за мной на улицу бросается.

— У меня приказ.

— А у меня на связи Буйный, вряд ли вас захочет видеть в кадре. — Тут же отрезаю в ответ.

Меня уже начинает немного раздражать, что даже Катюше больше доверия со стороны охраны, чем ко мне. Я как будто ходячая катастрофа. Вот только с чего они решили, что, если меня вот так расстраивать, что я не взорвусь на ровном месте? Вдруг у меня от негативных эмоций запал ещё больше и мощнее получится?

— Привет, — растягиваю губы в улыбке, когда принимаю вызов. Сердце сильнее выстукивать в груди начинает, когда на экране Буйный появляется. Он на работе, сразу понимаю. На нём белая рубашка, вокруг кабинет. Сердце екает лишь от его взгляда. А мне всё интересно, я внимательно разглядываю.

— Долго не отвечала, — произносит Эмир вместо приветствия.

Я лишь незаметно вздыхаю, ну вот мир рухнет, если он хоть раз нормально со мной разговор начнёт? Сам же своими фразами и настроением задаёт настрой разговору.

— Занята была, — произношу в ответ. Вижу, как Буйный прищуривается. Не нравится, что так отвечаю.

— Чем это?

— Кухню тушили, кстати, пожарнику новый огнетушитель нужен, этот, походу, он весь использовал. — Произношу спокойно, будто это нормальное течение дел. Ну а что? Они же всё только так про меня и думают. Эмир здесь всем понарасказывал, что мне только воду в уборной и разрешают самой сливать. Пускай получает.

— Кукла, блядь! Покажи дом! — Рычать начинает, а я улыбаюсь. Эмир сразу понимает, что что-то не так, через экран телефона взглядом своим суровым прожигает.

— Обидно, что ты сразу веришь, — дую губы, — меня здесь ни к чему не подпускают, я как прокажённая.

— Ещё скажи, что беспочвенно это всё.

— Мы ведь решили уже, что проблема в тебе. — Парирую, завожу его ещё сильнее.

— Я сейчас поездку отменю, будет тебе веселье, — бурчит в ответ, но вижу, что добреет, расслабляется.

— Ты слово дал, так что не заберёшь, — снова улыбаюсь. Ловлю себя на мысли, что он сейчас другой. Вот в эту секундочку, когда расслабился, даже уголки губ слегка подрагивают в улыбке. И внутри так тепло становится, даже допускаю мысль, что я могла по нему соскучиться.

— Что обсуждали, помнишь? — Мажет по мне взглядом, даже сейчас чувствую, что губы обжигает.

— Гулять вечером не ходить? — Хлопаю ресницами, не знаю почему, но мне ужасно нравится вот так его доставать. Взгляд его цепкий заставляет внутри всё закипать и бурлить.

— Можешь сходить, но каждый покалеченный на твоей совести будет.

— Ты такой грубый, — вздыхаю, — помню я всё. Из машины не вываливаться, деревню не поджигать. Прямо руки мне связываешь.

И вот в эту самую секундочку случается то, чего я совсем не ожидала.

— Эмир Юсуфович, ваш кофе.

В кадре появляется женщина. В первую очередь в глаза бросается её декольте. Очень откровенный вырез. Я даже телефон ближе к глазам подношу. — Спасибо, что по встрече?

— Столик в ресторане забронирован. Алтуфьев обещал быть вовремя с помощником. Я дела закончила, готова выезжать.

Стискиваю пальцами телефон. Это куда он с этой шваброй собрался?! В ресторан?! Внутри всё обжигает кислотой. Ревность настолько сильная, что я совершенно её не контролирую.

— Хорошо, иди.

Швабра с огромными сиськами пропадает из кадра. Я снова вижу Эмира. Хочу ему столько всего высказать. В голове глупые вопросы появляются. Он меня для этого из города выпроваживает? Получил что хотел и скучно стало?!

— Кукла…

— Приятного аппетита! И на машине можешь гнать на огромной скорости, с такими-то подушками безопасности с тобой ничего не произойдёт! — Выпаливаю в сердцах и сбрасываю вызов.

Вот же козёл! Обидно до слёз. Ну вот кто она ему?! Для каких целей вот таких помощниц на работу нанимают?

Глава 24

Я понимаю, что у меня нет права что-то требовать. Буйный озвучил мне условия. Я их приняла. Сделка, да? А я так не могу! Пусть хоть опять рычит. Не могу. Там секретарша своей грудью размахивает! А я должна при этом спокойно реагировать. Может ещё совет дать, чтоб одежду по размеру выбирала?

Я рвано вдыхаю, пытаясь угомонить накатившую истерику. Глаза начинает пощипывать. Я сбрасываю новый звонок от Буйного. Не буду ему отвечать. Иначе просто разревусь, а я этого не хочу. Не покажу слабости.

Почему так всё несправедливо, а?

Меня начинает трясти от холода. Я ведь раздетой выскочила, а на улице не лето. Но не спешу обратно. Для начала мне нужно успокоиться.

Тру ледяными пальчиками лицо, разгоняя кровь. Лучше от этого краснеть, чем от злости. Выдыхаю. Нашла из-за чего злиться. Мне же лучше, если он свое внимание на кого-то переключит. Меньше лезть будет. Я же этого хотела, да?

Замечаю, как ко мне семенит Иван. А что ж без огнетушителя? Сейчас лишнее внимание только бесит.

— Я никуда не сбегаю! — Рявкаю. — Оставьте меня одну.

— Не могу. Тут…

— Мне плевать! Плевать! — Срываюсь на крик. — Я не могу на улице побыть? Свежим воздухом подышать? Нечего тут поджигать, ясно? Или скоро на людей переключусь. Хочешь? — Меня несет, но я не могу больше. Там у Эмира секретарша, а меня тут преследуют и контролируют. Эмоциями разрывает.

— Это Буйный. Тебя. — Всучивает мне телефон, быстро отходя. Словно даже телефон в моих руках взорваться может. Или опасается нашего с Эмиром столкновения.

Я не хочу говорить сейчас с Буйным. Даже голос его слышать. Но складывается твердое ощущение, что если не отвечу, то мне мобилку к уху примотают.

— Да? — Выдыхаю нервно.

— Кукла, ты если ещё раз трубку бросишь, нахуй, то я лично приеду.

И это далеко не обещание приятного визита. Но я вздергиваю подбородок, будто мужчина меня видеть может. Губы поджимаю.

— Случайно получилось, — вру легко. — Пальчик соскользнул.

— После того, как ты орала? Без телефона, блядь, услышал бы.

— Тебе не пора навстречу?

— Мне пора тебя на хуй насадить, походу. Раз осмелела. Ты нихуя не перепутала? Ты, блядь, не стесняйся. Просто попроси.

Я прикусываю губу. Выслушиваю поток ругани. Чем сильнее злится Эмир, тем больше у него матов. Сейчас и слов нормальных нет, одна нецензурная лекция. Я такого и не знала! А вот Буйный научит плохому.

— Ты всё уяснила?! — Рявкает так, что я подпрыгиваю.