Джулия Либур – Фрэйгар Холодный Свет (страница 24)

А тут ещё этот Сяолун торопится скорее превратить их в безвольных марионеток. Наверняка дозу яда увеличил. Надо будет показать его травки Вэньхуа. Ох и напрашивается принц на досрочную смерть. Видно каждый прожитый день ему в тягость. Если он хочет, чтобы они уже завтра утратили разум, то выхода другого просто не будет. Надо к Перли сходить. Что там у неё.»

Вэньхуа поил принцессу отваром с ложечки. Та морщилась, но пила. Шэнли сел около постели, ожидая, пока Ланфен выпьет всё. Лекарь, выдав подопечной напоследок конфетку, чтобы сгладить горечь, повернулся к князю.

– Какие-то новости, Господин?

– Конечно. Разве может наш дорогой Сяолун спать спокойно? Притащил мешок трав. Настаивает, чтобы мы с принцессой принимали.

– Так, что тут у нас… Ничего нового. Просто увеличил дозу.

– И что нам делать? Мы и так уже через несколько дней должны по его подсчётам свалиться. А теперь что?

– А теперь я скажу, что мой курс несовместим с этими травами. И вы сможете начать их пить только через три дня. Срок достаточно маленький, чтобы он не порол горячку и подождал.

– Может нам тоже успокоить его какой-нибудь травой. На время хотя бы? Правда, я бы предпочёл навсегда. Но ваши эти лекарские заповеди… Хорошо, что я воин. Видишь врага – бей, а то он первый ударит.

– Не сердитесь, Господин. Я подумаю. А то и впрямь он может выйти из-под контроля. Пожалуй, я даже уже знаю решение. Есть у меня одна штука.

– Так он же осторожный. Пить ничего не будет.

– И не надо. Это курильница. Позовите его на выпивку. Вам я дам противоядие. А он пусть дышит. Вино открывайте при нём, наливайте и себе, и ему, чтобы он успокоился. Ешьте то же самое, что и он. Поверит голубчик и расслабится. Когда уснёт, я и напою его особым отварчиком.

– Он потом проснётся?

– Проснётся. Только ему точно не до вас будет. Слабость, расстройство, всё тело ломит, жар, да ещё и голова будет болеть. Меня позовут лечить. Это всё явные признаки нашей осенней лихорадки. Ну а дальше уж я всё сделаю так, что он почти до самых Северных земель проспит.

– Отлично, мастер! Просто отлично!

Погладив руку принцессы, он пошёл приглашать принца на вечерний пир, в честь их спасения.

Сяолун, при всей его тщедушности, оказался крепким орешком. Но крепкое вино помогло курильнице, и в итоге он упал на подушки, бормоча что-то невнятное. Шэнли тоже сделал вид, что совсем опьянел. Вэньхуа, который сидел тут же, был наготове со своим снадобьем. Сначала он отправил слугу принца за носилками, а затем ловко влил лекарство Сяолуну.

Утром из шатра Принца раздались стоны и капризные крики. Его Высочество заболел осенней лихорадкой. Прислуга металась как угорелая. Принц и в добром здравии хорошим нравом не отличался, а уж больной мог и до смерти забить ни за что. Трясущийся охранник примчался к Вэньхуа, слёзно умоляя того поспешить. В итоге принц согласился принимать снотворное, чтобы выздоровление прошло безболезненно и побыстрее. Когда он уснул, благодарные слуги приволокли лекарю здоровый кувшин вина. Из личных запасов принца.

Ланфен чувствовала се6я уже лучше, и они снова собрались двинуться в путь. Принц Сяолун возразить не мог, и они решили, что раз он мирно спит, то ему всё равно, трястись в повозке или лежать в шатре. С утра устроили принцессу поудобнее, свернули лагерь и отправились в дорогу.

Но не успели проехать и десять ли, как Шэнли снова почувствовал знакомую тревогу. Развернувшись, он подъехал к повозке Ланфен. Стражники ехали с двух сторон повозки.

– Скорее всего, на нас снова нападут. Вы подготовили соломенные маты, как я приказал?

– Да, Господин. Установили внутри и закрепили. Её Высочество в безопасности. Мы ещё и доспехи попросили её надеть.

– Не отлучаться ни под каким предлогом. Неважно, что происходит вокруг. Ваша забота – это безопасность Госпожи.

– Мы умрём за Её Светлость!

– Умереть – это тоже покинуть Госпожу. Вы должны её защитить, а значит, победить врага.

– Мы выполним ваш приказ, Господин!

Князь отдавал распоряжения, двигаясь вдоль обоза, а сам поглядывал по сторонам. Странно, что от разведчиков нет никакого знака. А они ведь должны сопровождать обоз на расстоянии и заметить любого, кто наблюдает за колонной. Но это его проклятое и благословенное чутьё. Оно уже кричало, что опасность близко. Сейчас посылать людей, чтобы обследовать обочины, смысла нет. Только подставлять их. Это должны были сделать разведчики. Где его враг может найти столько воинов для нападения на такой многочисленный и хорошо вооружённый отряд, как у него? Понятно, когда они были вдвоём с Перли. Но сейчас?

Дорога, петляя, проходила через редкий лес пролеском, который не давал возможности видеть то, что было за очередным поворотом. Шэнли это беспокоило, потому что он понимал, что этот лес – самое удобное место для засады. Потому-то он и выслал вперёд разведчиков. Но вот где они?

Вдруг колонна остановилась. К нему скакал один из воинов, которые ехали впереди.

– Ваша Светлость, там телега с сеном и пара крестьян. В летах уже. Видно муж и жена. Их лошадь пала.

– Что они тут делают? Ездить за сеном в лес, вместо луга. Не странно ли?

Пока он задавал вопросы они вместе с охранником уже подъехали к этой самой телеге. Действительно, павшая лошадь и телега с сеном, около которой суетились пожилые мужчина и женщина. Как вообще эта лошадь что-то тащила. Скелет, обтянутый кожей.

– Далеко же вы за сеном отправились.

– Господин, это горшки, которые мы укрыли сеном, чтобы они не разбились. Я гончар. Да вот болел и задолжал за лечение. Нашу лошадь забрали за долги, а эту уже и за долги никто не брал. Едем продавать, да беда случилась.

Князь смотрел на гончара и что-то всё равно не складывалось. Руки. Ну нет. Это не руки гончара. Он помнил. В его поместье свой гончар. Отмыть полностью глину невозможно. Он раздвинул сено. Ну да. Глина, как и в его поместье. Красная. А руки этого гончара говорят, что он глину не месит, но зато часто стреляет из лука. Вон мозоли знакомые. Виду не показывать. Мы верим.

Гончар кинул взгляд на телегу и Шэнли быстро развернув лошадь отъехал. Увидев это, тот кинулся к телеге, но ближайший воин кнутом захлестнул его, не давая двигаться. Тут женщина, стоявшая прямо около телеги, пользуясь тем, что все смотрели на её «мужа», быстро кинула что-то в сено. Оттуда начал подниматься дымок, с каждой секундой становясь всё гуще. Воины тут же скрутили и её, но было уже поздно. Тушить огонь было нечем, и все просто поскакали к середине обоза, таща за собой подозрительную парочку. А от конца колонны к ним уже мчался воин, крича и размахивая руками.

– Господин, там огонь! Кто-то поджёг сено в телеге сзади на дороге, и лошадь примчала её прямо к последним охранникам.

– Нас пытаются запереть. Быстро выстраивайтесь вокруг обоза. Выставить щиты. Лошадь подстрелить. Телега пусть там и остаётся. Сгорит и ладно. Перекинуться огню не на что. Вокруг сыро.

Но, как ни странно, время шло, а никто не нападал. Зато дым от двух горящих телег стелился и наползал. Люди закрывали лица кто платками, кто тряпками, но он всё равно проникал. Удивительно было то, что он с двух сторон полз по обозу, а не распространялся дальше. Шэнли послал воинов оттащить первую телегу, чтобы освободить путь, однако они не смогли этого сделать. Подождав немного, князь послал ещё двоих узнать почему так долго. Вернулся один, почти ползком. Он только махал руками и показывал на горло. Тут Шэнли осенило. Это же явная магия! Он так отвык от её проявлений в этом мире, что просто забыл, как это бывает. Вдруг со всех сторон понеслись крики. Прислуга падала в обмороки. В первую очередь женщины. Да он и сам чувствовал, что сознание затуманивается.

Кинулся со всех ног к повозке Ланфен. Та уже лежала без сознания, как и все служанки. Вэньхуа ещё пытался что-то сделать, вливая принцессе какое-то снадобье. Он и Шэнли протянул бутылочку. Тот потянулся за ней, но перед глазами уже всё поплыло, а затем возник ярко сияющий силуэт незнакомца. Свет, исходящий от него, был голубовато-ледяным. Вот он склоняется к нему.

Последнее, что увидел Риммор, было лицо, удивительное и прекрасно-холодное лицо юноши, но с глазами, полными волнения. Такие лица он встречал порой на картинах в прошлой жизни. Так изображали ангелов. Но этот лик, ему казалось, он должен был узнать, но не узнавал. Это прибавилось ноткой тревоги к пронзительному чувству потери. В третий раз он не смог защитить Перли. В третий раз. Снова туман. Ты до сих пор не совершал таких промахов Владыка.

Глава 16. Свет и Тьма

«Кто он? И зачем появился перед Господином? Что-то очень знакомое. Чем-то похож на сильфа. Но сильфы меньше и у них нет такого света. Если бы это была девушка, я бы подумал, что это фея холодного света. Что он тут делает? Выглядит так, как будто вот-вот заплачет. Да он и в самом деле плачет и обнимает Господина! Сильный маг. Одним движением развеял мой туман. Отступаем. Выяснять буду позже. Поставить бы метку на него, чтобы проследить его путь, но боюсь, заметит. А тягаться с ним не смогу. Силы Хаоса быстро истощаются в этом мире. Я и так много потратил на ядовитый туман. Его отпечаток жаль, не запомнил. Ладно, главное дело сделано. Господин с морской богиней завершили и это рождение. Так что у меня всё идёт по плану. Пора уходить. А с тобой, прекрасноликий, мы ещё встретимся. Я уверен. Ты, я смотрю, тоже любишь Господина. Посмотрим, что можно из этого извлечь.»