Джулия Либур – Это (не) Моя Туфелька, Король! (страница 7)

Вообще, конкурсантки не особо жаждали сближаться. Меня это не удивляло. Цена-то за победу высока. Учитывая «счастливый» второй брак моего батюшки. Конечно, все хотят выбрать себе мужа сами, а не зависеть от воли короля, батюшки, матушки или опекунов.

С самого начала конкурса я была готова к жёстким соревнованиям. Помню, читала в своих любимых фэнтези, что в отборах соперницы все силы прикладывают, чтобы интригами выжить лучших из соревнований. Но видно, это всё ещё будет впереди.

Кстати, оказалось, что я одна из немногих, которая прибыла на отбор без служанки. Мне это в голову даже не пришло. Конкурс-то на хозяюшку, какая же служанка? Но выяснилось, большинство привезли с собой горничных, однако, называли их компаньонками.

Я внимательно посмотрела всё, что нам предоставили, и осталась довольна. Закваска выглядела и пахла хорошо. Королевский повар выделил три разных вида муки на выбор: пшеничная высшего качества, пшеничная с небольшим добавлением отрубей и ржаная. Всё остальное тоже устраивало вполне. Тянуть время я не стала. Можно было бы хлеб испечь и к утру. Время нам выделили сутки. Но на кухне было тепло, и хлеб вполне поднимется в течение дня. А значит, к вечеру можно уже завершить этап. Поэтому я задороно улыбнулась своей даме наблюдательнице и принялась за дело. С детства любила хлеб пшеничный с примесью ржаной муки. Такой и решила испечь.

Так увлеклась, что даже что-то мурлыкать начала по привычке. Вовремя опомнилась. Ладно мотив, но русский язык был бы чересчур, пожалуй. Объясни потом, откуда я его знаю и что это вообще за язык. Мне оказалось несложно говорить на местном. Про себя я быстро адаптировала перевод к своему родному. А уже через несколько дней мне вообще казалось, что это второй родной. Но вот обращения, этикет, условности, за это волновалась сильно.

Моё воспитание априори не могло сойти за воспитание благовоспитанной девицы. Понятно, я сдерживалась, как могла, но переживала именно из-за этого. Пока всё шло хорошо. Всё-таки потеря памяти выручала. Как и то, что последние два года мне приходилось, по-счастью, работала с богатыми людьми, которые вели себя наподобие местной аристократии. Но полностью это не могло закрыть пробел в моём поведении благородной девицы.

Глава 10. Первый Конкурс.

Меня спасала моя обучаемость. Я слушала, наблюдала, запоминала, применяла. Делала то, что привыкла делать с самого детства. А ещё улыбалась, была всегда готова помочь и относилась ко всем искренне. Давно заметила, что именно искренность вызывает всегда ответный отклик. Дама, приставленная ко мне уже через двадцать минут, сама улыбалась, наблюдая, как я с удовольствием замешиваю тесто. Сначала смешала всё, чтобы получилась густая масса. Гуще, чем сметана. Поставила в тепло и пояснила, что нужно часа полтора, чтобы закваска начала работать. Поэтому мы присели тут же на кухне за специальным столиком и побаловали себя чайком. Дама, кстати, звали её довольно замысловато, Камелией, болтала с интересом, расспрашивая, что ещё я умею печь. Ну я и развернулась. Рассказывала многие рецепты не таясь. Из тех, что здесь знают, конечно. Про заварное тесто я умолчала. Куда спешить.

Когда тесто, постояв, ожило, я, потихоньку, подмешивая муку, вымесила тесто в шар, положила в миску, накрыла полотенчиком и снова оставила в тёплом месте. Кстати, кое-что взяла на заметку. Здесь на кухне были очень удобные полочки, устроенные над печами. Тепло и не горячо одновременно. Теперь тесту надо было увеличиться вдвое. Ушло на это пару часов. Затем я немного обмяла тесто, сформировала хлеб и уложила его в форму, смазав её. И снова оставила подходить. Через час с небольшим хлеб можно было отправлять в печь. Сделала надсечки, которые явно будут отличать мой хлеб от всех остальных караваев, и кивнула поварёнку, чтобы он открыл духовку.

С печами помогали королевские поварята. Всё-таки печи у всех хозяек разные и к ним надо приноравливаться, прежде чем получится поддерживать нужную температуру. К тому же Его Величество заботился о девушках, понимая, что они дворянки и дома, даже будучи хозяйственными девушками, навряд ли сами топили печи. Именно этот момент сильно меня обрадовал. Пока, я себя не чувствовала с местными печами уверено. Поварёнок попался отличный. Молодой парнишка лет пятнадцати, улыбчивый и шустрый. Он сделал всё, как я просила. Вначале жар посильнее, чтобы хлеб поднялся, а потом потихоньку сбавил. В процессе по моей просьбе доставал хлеб пару раз, чтобы сбрызнуть корочку водой.

Камелия с больши́м интересом наблюдала весь процесс. Отлучалась всего пару раз, и тогда за мной краем глаза приглядывала дама, наблюдающая за моей соседкой. Кстати, явно умелой и миловидной. Когда я достала готовый хлеб, то аромат разнёсся по всей кухне, и все невольно повернули головы. Я была первая, у кого был уже готовый результат. Камелия сделала последнюю пометку в своём блокнотике и, взяв деревянный кружок с ароматным золотистым караваем, торжественно удалилась, предварительно наградив меня одобрительной улыбкой.

Почти следом за мной хлеб достала моя соседка. Порадовалась за неё. Дальше уже не видела, потому что ушла к себе. По итогам, два дня спустя, должны были остаться всего двадцать четыре девушки.

После первого этапа у меня образовались два дня выходных, пока две вторые группы будут проходить первый этап. Конечно, я бы хотела подружиться с кем-нибудь из конкурсанток, но вспоминая, как оказалась здесь, в королевстве Лигирия, мне становилось страшно. Кто знает, если опять случится подобное из-за моей доверчивости, то будет ли у меня шанс очнуться вообще где-то, а если очнусь, то не окажусь ли бесправной рабыней. Поэтому бросаться с головой в дружбу не спешила.

Выходить в сад было уже поздно. Зимние дни короткие, поэтому села за дневник маменьки, который взяла с собой в той самой шкатулке, где он и хранился. Дневник Милица вела нерегулярно. Скорее всего, когда накатывал избыток чувств или желание поговорить, а собеседника не было. Вначале это были просто короткие записи молодой девушки о том, как она встречается с подругой, которую ласково называла Куколкой, как учится вести домашнее хозяйство, но без подробностей.

Писала о своих мечтах, о том, как они представляли с Куколкой своих будущих мужей, как хотели быть идеальными жёнами и матерями. Чудесные мечты милых и порядочных девушек. Подругой Милица восхищалась. Считала её красавицей и даже писала, что она ни в какое сравнение с этой феей не идёт. Вдруг радостная новость. Куколка выходит замуж. Король издал указ, и ей в мужья достался знатный дворянин с хорошей должностью при дворе. Ни фамилии господина, ни имени не было. Просто восторги. Ах и ах. Он и красив, и знатен, и нужен королю.

Затем краткие восторги по поводу свадьбы и какая Куколка была красавица. Всех затмила, все были в восторге и шептались, какой счастливчик этот жених. Потом оказалось, что с Куколкой уже нет возможности видеться так часто. А вскоре и вообще видеться. Она родила. Дочку, затем вторую. Ушла вся в заботы о семье и пропала из виду.

И вдруг самой Милице тоже пришла пора замуж. Ещё один королевский указ и вот она невеста главного королевского лесничего. Долгий перерыв в записях, а потом снова она начала вести дневник. И первое, что Милица написала — это какая у неё чудесная дочка и какой хороший муж. Она счастлива и счастлива безмерно. Дальше краткие записи о первых шагах дочурки, о её первом слове «мама», о смешных фразах, о первом платьице, о первой косичке, об их счастье о том. Что дочка-умница, уже совсем большая и такая хозяюшка.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.