Джулия Кэмерон – Писать, чтобы жить. Творческие инструменты для любого пишущего. «Путь художника» за шесть недель (страница 6)
Прямо как мои розы, страницы подталкивают меня мечтать.
Писательство как духовный путь
Мы привыкли думать, что писательство – занятие мирское, но на самом деле это духовный путь. Мы можем осознанно просить духовных наставлений. Подойдет простая молитва: «Что ж, Господи, Ты позаботься о качестве, а я займусь количеством». Когда я впервые узнала об этой молитве, она показалась мне притянутой за уши. Мне было трудно поверить, что вселенскому духу есть дело до моей прозы. Но стоило мне отказаться от желания стать выдающейся писательницей, питаемого моим эго, и я стала понятнее выражать свои мысли. Я больше не пыталась произвести впечатление или написать нечто выдающееся, а стремилась говорить откровенно. Я пришла к выводу, что «творец» – это тот же «художник». И доверилась Великому Художнику, той «силе, что сквозь фитиль зеленый проталкивает цветок», выражаясь словами Дилана Томаса[6]. Я попробовала представить себя цветком, таинственным образом дающим бутоны. Проявить смирение и покорность. Я пришла к убеждению, что честность и верность себе помогут мне завоевать доверие читателей.
Утренние страницы похожи на телеграмму, адресованную вселенной. Мы сообщаем ей свои точные координаты: вот кто я и вот где я нахожусь. В ответ вселенная начинает действовать от нашего лица. Мы послали своего рода молитву, хотя, возможно, и назвали это иначе. За словами, которые мы изо дня в день пишем на утренних страницах, скрывается просьба: «Прошу, помоги», и вселенная отзывается.
На страницах мы осмеливаемся упомянуть о своих мечтах. Вселенная исполняет их, даруя нам если не желаемое, то однозначно необходимое. По сути своей утренние страницы – это молитва, просительная молитва. Мы просим вселенную воплотить в жизнь наши мечты, чаяния и потребности, и она идет нам навстречу. Не пройдя и половины пути, мы встречаем дружественную силу, которую не все осмеливаются назвать Богом.
И хотя нам, быть может, не хочется давать ей имен, мы уже встали на путь духовности. Страницы символизируют нашу готовность обратиться к Богу и прислушаться к ответу. Они распахивают настежь некую внутреннюю дверь. В своем воображении мы читаем на ней надпись: «Это путь к вере, которая дает результат».
То же можно сказать и об утренних страницах. Когда мы излагаем свои желания на бумаге, они начинают сбываться. Один практикующий сказал мне: «Я еврей и атеист, меня вряд ли можно отнести к вашей целевой аудитории, но в моем случае страницы работают».
Что подразумевается под словами «страницы работают»? Имеется в виду не что иное, как духовное пробуждение. Коренным образом меняются наши взгляды и отношение к жизни. Мир, некогда казавшийся опасным, начинает нам благоволить. Мы без труда справляемся с ситуациями, которые когда-то могли нас обескуражить. И постепенно осознаем, что Бог делает для нас то, что не под силу нам самим.
Не слишком ли это смелые обещания? Не думаю. Они то и дело воплощаются в жизнь – иногда быстро, иногда медленно. Они непременно материализуются, если не забрасывать утренние страницы.
Не так уж важно, верим ли мы, что страницы помогают нам поддерживать связь с некой дружественной силой или сами ею являются. На самом деле имеет значение только ежедневная практика – своего рода медитация вперемешку с молитвой.
Утренние страницы работают в обе стороны. Мы посылаем «запрос» и получаем «ответ». К нам приходят идеи – мысли, догадки, наития. Нас направляют и ведут – осторожно и умело ведут вперед. Недавно я узнала об одном мужчине, который пишет утренние страницы уже двадцать два года. Он атеист, и для него сами страницы стали высшей силой. Услыхав, что он написал тринадцать киносценариев, я сказала ему: «Ты не веришь в Бога, зато Бог, очевидно, верит в тебя». Исключительная работоспособность – частый побочный эффект утренних страниц. Привыкая вести их, мы становимся храбрее, учимся идти на риск, когда страницы подталкивают нас к этому, и переходить от одного начинания к другому, не переживая мучительных периодов застоя. Учась подвергать сомнению собственные сомнения, мы расширяем границы, растем и смелеем. Страницы служат нам подушкой безопасности. Риск, некогда казавшийся столь грандиозным, вдруг становится меньше. В конце концов, даже если мы упадем, страницы не дадут нам разбиться. Они нас поддерживают. «Ловят» нас, словно страховочная сетка, на которую приземляются цирковые акробаты. Вкупе с творческими свиданиями они позволяют заметить синхроничность. Мы то и дело оказываемся в нужном месте в нужное время. Нам все чаще «везет», и мы привыкаем полагаться на удачу. Страницы наставляют нас на духовный путь. Мы все увереннее чувствуем себя в роли писателя. Мы обращаемся к вселенной, и она отвечает.
Начиная утренние страницы с рассказа о том, где находимся и как себя чувствуем, мы на самом деле пишем молитву. Мы посылаем вселенной телеграмму со словами: «Вот где я нахожусь и что ощущаю. Можешь помочь мне?» Обозначив свои координаты, мы посылаем сигнал SOS. Без обиняков сообщаем, что испытываем, приглашая вселенную вмешаться от нашего имени. Та же философия применима и к другим творческим начинаниям, за которые мы беремся в течение дня.
Мы живем в далекое от религии время и зачастую не осознаем, какой мощной и действенной молитвой может быть написанное слово. Берясь за перо, прислушиваясь к вдохновению, мы произносим извечную молитву художников: «Прошу, помоги». Порой не так важно, о чем мы пишем, как сам акт писательства. Слова влекут за собой искренность точно так же, как искренность рождает слова. Подробно описывая свое состояние, мы обретаем дар смирения, а из него рождается великое искусство. Вспомните «Мону Лизу» – как точно автор изобразил ее загадочную улыбку. С тщанием подходя к писательству, мы тоже способны передать тайну человеческого существования. Великое искусство рождается из молитвы: «Прошу, помоги мне выразить то, что я вижу и слышу».
Моих неверующих друзей поражает и даже оскорбляет, что я молюсь, когда пишу. «Но это работает, – твержу я им. – Как профессиональная писательница я готова использовать любые действенные методы».
«Но, Джулия! – восклицают они. – Разве это не жульничество?» Послушав их, можно подумать, что писательство – это какой-то цирковой трюк, который требуется освоить.
Я отвечаю, что было время, когда все молились. Люди то и дело связывали творческое вдохновение с волей высших сил. Сегодня мы не желаем признавать Бога своим соавтором – и тем не менее именно таким на протяжении веков был опыт многих художников. Как говорил Брамс: «Идеи приходят ко мне прямиком от Бога». А Уильям Блейк отмечал: «Работу выполняю не я, а Святой Дух».
Художники на протяжении многих столетий говорили о божественном происхождении своих идей. В частности, композиторы рассказывают о том, что музы помогают им сочинять музыку. Но божественная искра знакома всем творцам. Проявляя смирение, мы приветствуем поток идей, которые нередко принадлежат не нам самим. Хватаясь за нить вдохновения, которая ведет нас от одной идеи к другой, мы зачастую испытываем благоговение. Мы будто собираем кусочки небесной головоломки, и с каждой новой мыслью, отыскавшей свое место на бумаге, все яснее различаем очертания того, что желает родиться. В сущности, в минуты подобных приливов вдохновения мы испытываем благодать. Среди наших мыслей появляются божественные идеи. Мы записываем их на бумагу, а они возносят нас к небесам.
Сочиняя стихи, я часто испытываю изумление, когда на моих глазах оформляется последняя строка. Некоторые из моих самых удачных текстов рождаются как некая небесная шутка. Я ловлю себя на мысли: «Ах! Так вот к чему они вели!» Под словом «они» я подразумеваю то, что привыкла называть высшими силами. Когда я пишу, то чувствую, как меня направляют.
В давние времена творцы то и дело говорили о том, что их труд преисполнен божественного вдохновения. В наше время не принято так свободно рассуждать о небесных силах, но вдохновение никуда не делось, нужно лишь открыть ему сердце. Когда мы просим вселенную нас направить, нас осторожно и умело ведут вперед. Многие художники в моменты искренности рассказывают о тех сюрпризах, что временами преподносит им собственное творчество. Замечательная пейзажистка Джейми Киркленд говорит: «Мои картины никогда не выходят такими, какими я их задумала. Они всегда меня удивляют».
Задания
1. Утренние страницы: каждое утро заводите будильник на полчаса раньше и от руки исписывайте по три страницы формата А4, рассказывая обо всем, что придет в голову. Я всегда говорю, что ни в коем случае не стала бы лишать человека утренней чашки кофе, но постарайтесь взяться за страницы как можно раньше: не тратьте сорок пять минут на то, чтобы заварить идеальный напиток. Чем скорее вы сядете писать, тем больше пользы извлечете из этой практики. Не беритесь за телефон, компьютер и электронную почту, пока не закончите с утренними страницами. Они, словно дворники на лобовом стекле, уберут все то, что мешает вам настроиться на предстоящий день.
2. Творческое свидание: раз в неделю выделяйте пару часов на то, чтобы организовать одиночное приключение для своего внутреннего писателя. Не обязательно тратить много денег: весь смысл в том, чтобы провести время наедине со своим внутренним художником и заняться чем-то веселым и необычным. Это – способ выйти за рамки привычного. Используя его вкупе с утренними страницами, вы станете замечать, что с вами то и дело происходят удачные совпадения и вам сопутствует везение – я называю это синхроничностью. Может показаться, что творческие свидания отнимают много времени, но они дарят силы и вдохновение. Позвольте себе пообещать своему внутреннему писателю такую вылазку – и сдержите обещание.