Джулия Хэнли – Слезы Плаата (страница 3)

Поэтому я отправляюсь именно туда. Иначе и быть не могло.

– Разве ты не рада? – спрашивает матерь, сдвинув брови.

Она знает, что я мечтала об этом всю жизнь, но ее сбивает с толку моя неспешность.

– Со времени ритуала взросления я видела Льебо всего один раз, и наши представления друг о друге могут быть далеки от реальности.

Только никого не волнуют такие мелочи, ведь у нас нет выбора.

Я вновь погружаюсь в воду и невольно вспоминаю день, когда впервые увидела наследника Италуна.

Это было самое печальное утро из всех, что у меня были.

Тогда матерь очень рано разбудила меня и отвела в большой зал, где тогда заседал Совет. Я не знала, зачем все собрались, но видела испуганные глаза моего брата Эдриана. Он все время перебирал пальцы, не зная, что ждет его дальше, и часто смотрел на лица проходящих мимо людей.

В отличии от него, отец светился от счастья и временами похлопывал моего брата по плечу, в то время как знатные мужчины не обращали на него никакого внимания, будто все происходящее не нравилось им.

Вскоре среди членов Совета появился Енис и подвел к Эдриану белокурого мальчика с волосами до плеч. От волнения он тоже не видел никого вокруг и растерянно накручивал локон на палец.

Это был Льебо.

С того мига я не сводила с него глаз – насколько светлым и чистым он был в сравнении с остальными.

Помню, как отец что-то сказал Енису и, взяв Эдриана за руку, повел его к высокой белоснежной арке. Правитель Италуна сделал то же самое, и вдруг Льебо оглянулся и посмотрел на меня.

Ему было так страшно, что я хотела бы встать рядом и помочь ему, но плотная пелена мгновенно скрыла его силуэт вслед за Эдрианом.

Я не сразу увидела, что произошло, потому что толпа с другой стороны долго не расходилась.

Лишь когда матерь потянула меня вперед, я увидела двух красивых высоких юношей. Эдриан и Льебо так возмужали за несколько секунд, что я потеряла дар речи, и когда брат подошел ко мне, не смогла ничего сказать.

Только крепко обняла его и поцеловала в щеку.

Все это время Льебо стоял рядом и одобрительно смотрел на нашу искреннюю любовь, затем склонился и подарил мне маленький цветок. От нахлынувших чувств я смутилась и спряталась за подол платья матери, а он улыбнулся и вместе с братом ушел куда-то.

Наверное, уже тогда все было решено, но мне приятно верить, что он сделал это искренне.

К мальчикам на Фленионе особое отношение. Их не вынашивают матери, а обряд взросления в семилетнем возрасте лишает их нормального детства, в отличие от девочек, которым позволяют развиваться естественным образом.

Когда Эдриан занял почетное место рядом с отцом, мне было пять, а моему будущему супругу – шесть. Но несмотря на возраст для Льебо сделали исключение, и его народ принял наш обычай с восторгом.

С тех пор обоим наследникам предстояло посвятить себя делам своих планет, поэтому я не могла видеть брата так часто, как мне хотелось.

Так прошли годы, а затем Эдриан исчез, и я не знаю, куда и зачем он отправился.

– Отец что-то говорил об Эдриане? – с надеждой спрашиваю я.

– Боюсь, что нет. Мы потеряли связь с его кораблем.

– Где же он?

Бездумно взмахиваю руками, но делаю это так резко, что брызги рассыпаются под ноги матери.

Вода – единственное, что заставляет ее содрогаться от ужаса, поэтому моя неловкость расценивается ей, как способ избежать продолжения разговора.

– Прости меня… – виновато тараторю я.

В ответ она быстро встает и, подобрав подол длинного платья из невесомой, как крылья бабочки, ткани, направляется к выходу.

– Прошу, позволь Анэлии подготовить тебя, и как можно быстрее, – говорит она, скрывшись за занавеской.

– Конечно.

Жаль, что я не умею останавливать время.

Gothic Storm–Never Forget

Я делаю круг по чаше, стараясь не думать о будущем, как вдруг вода в ней начинает бурлить. Сотни капель, переливаясь в лучах светила, поднимаются и создают плотную преграду, вынуждая меня нырнуть в поиске выхода. Но я не успеваю проплыть ни метра, потому что встречаюсь лицом к лицу с юношей, который внезапно появляется рядом.

Его синие, как море глаза, внимательно смотрят на меня, а гладкая кожа сияет даже под водой.

Постепенно ее свечение охватывает нас обоих.

– Ты любишь Льебо? – мысленно спрашивает он.

Его невероятно точный вопрос отзывается во мне тысячей сомнений.

Может ли детская привязанность быть любовью?

Наверное…

Но почему юношу интересует это, и как вообще он попал сюда?

Я молчу и быстро поднимаюсь к поверхности, только ничего не меняется. Капли все так же танцуют вокруг чаши, а неизвестный по-прежнему томно смотрит на меня.

Он осторожно берет мою руку и медленно кладет себе на грудь.

Неужели это происходит на самом деле?

Я ощущаю его мягкую прохладную кожу, и от волнения начинаю покрываться мурашками.

– Кто ты и что делаешь в моих покоях? Нас могут увидеть, – шепчу я, не в силах пошевелиться.

Незнакомец по-прежнему не отвечает мне, кладет свою ладонь поверх моей и осторожно проводит по ней до самого плеча.

Его прикосновение отзывается во мне настолько приятной дрожью, что я невольно жду повторения, но юноша не спешит. Лишь когда из-за шторки у входа доносятся шаги еще двух флеени, он прижимает меня к себе так крепко, что я перестаю дышать.

– Льебо погубит тебя, – наконец, шепчет незнакомец. – Он не твоя судьба.

– Это договоренность, а не судьба, – возражаю я.

Странно, но несмотря на наготу, я совсем не смущена. Его взгляд передает особенное чувство, будто мы одно целое и наша близость делает его счастливее.

– Разве ты не хочешь стать свободной? – шепчет он, склонившись к моему лицу.

Я отчаянно борюсь с собой и с неожиданно вспыхнувшими чувствами, поэтому не двигаюсь.

Однако душа сопротивляется, и это сильно пугает меня.

– Дочерь, Флениона! – громче повторяет Анэлия.

– Мне ни с кем не быть свободной, – говорю я, глядя в сторону выхода: – Уходи.

– Со мной.

Он взглядом разрушает водную преграду вокруг нас. Стена превращается в облако и медленно проливается в чашу мелким дождем, а незнакомец продолжает ожидать моего ответа, будто совсем не боится, что нас застанут вместе.

– Но как…

– Просто останься.

– Дочерь Флениона, прошу вас!

Анэлия и вбегает в покои с одеялом в руках.

Увидев ее, юноша исчезает, оставив нас обеих в состоянии смятения.

Флеени с ужасом рассматривая мокрый пол вокруг чаши.