Джульетта Кросс – Волк одичал (страница 6)

– Иви. Проводить маленькие эксперименты можно только на животных. – Она руками оттолкнулась от кухонной столешницы, не отводя от меня взгляда серых глаз. – Этот Матео – мужчина. К тому же он оборотень. А это значит, что…

– Он опасен. Я знаю.

Надменно подняв бровь, Джулс удовлетворенно улыбнулась и сказала:

– Отлично. Рада, что мы пришли к взаимопониманию.

Она выпорхнула из кухни и буквально взлетела вверх по лестнице.

Обдумав ее слова, я спрыгнула со стола. Без проблем. Нужно просто сделать свою работу. Провести немного времени с оборотнем, соблюдая дистанцию и не переходя границы, снять с него заклятие и продолжить жить своей жизнью. Легкотня.

Глава 3

Матео

Начиная с прошлого месяца у меня вошло в привычку каждое утро просыпаться с мучительно болезненным стояком. Не поймите меня неправильно, было приятно осознавать, что я состоятелен как мужчина, но это уже просто смешно. Еще одна проблема в копилку – а все из-за заклятия.

Я выполз из кровати и, шаркая по полу, прошел в ванную комнату, тяжко вздыхая по поводу внушительной проблемы в моих бо́ксерах.

Надумал что-то с этим делать?

Господи, почему он проснулся в такую рань.

Ты этим поленом гвозди забивать можешь.

Еще немного – и я сойду с ума. Определенно сойду, если он и дальше продолжит доставать меня с самого утра.

Помоги себе рукой, не то люди будут шарахаться от тебя на улице. Или найди себе настоящую женщину и займись с ней сексом. Ты хоть помнишь, что это такое?

Заткнись.

Как насчет той девчонки из бара? Мне она понравилась.

Я вижу, как она тебе понравилась.

Слова лились из него потоком. Альфа что-то бормотал про ее запах, ее кожу и милый хвостик, за который он с удовольствием бы держался, пока брал ее сзади. Я едва не лишился рассудка, когда в последнюю встречу просто разговаривал с ней.

Слушай, нам нужна ее помощь. Веди себя прилично, когда мы находимся рядом с Иви.

Хриплый смех эхом разнесся внутри моей черепушки.

В мои планы не входит вести себя с ней прилично.

Я уставился на свое отражение в зеркале и поблагодарил небеса за то, что на моем лице пока не было заметно признаков того безумия, которое я ощущал изнутри. Я почесал щетину, уже начавшую превращаться в бороду. Если бы я страдал раздвоением личности, то хотя бы не осознавал, что в какой-то момент один из голосов берет верх над моим разумом. Все бы отдал за это блаженное неведение. Но нет, моя человеческая сущность вынуждена была уживаться с животным эго. Или животным подсознанием. Ну или какую там часть меня волк представлял.

Альфа. Меня зовут Альфа, и ты это знаешь.

До того как на меня наложили заклятие, я слышал его голос только раз в месяц, когда оборачивался волком. Воспоминания о том, как он получал контроль и руководил мной во время трансформации, были довольно смутными. Но сейчас я не мог выпустить волка наружу, и тот сумел проникнуть в мою душу: он стал жить со мной бок о бок и каждый божий день изводить меня бесконечными комментариями на тему того, кого он хочет прибить, а кого – затащить в постель. Для справки: практически всех уличных собак и всех женщин, которые встречались нам на пути. Я был измотан. Он меня утомил.

А теперь он зациклился на Иви. Доверчивой, доброй ведьмочке, которая уговорила свою острую на язык сестру помочь мне. Она не обязана была этого делать. Я прекрасно знал, какого мнения о нас были другие сверхъестественные существа. Оборотни были настоящими отщепенцами. К вампирам и гримам ведьмы и то лучше относились. Да, я знаю, наши предки сами вырыли себе могилу – сыграли не последнюю роль в охоте на ведьм и помогли устроить кровавую бойню. Поэтому я и свыкся с одиночеством. Но когда Альфа начал отравлять мой разум, без конца рассказывая о своих непристойных планах на Иви, этого я вынести уже не мог.

К неудовольствию рычащего Альфы, я принял холодный душ и, быстро позавтракав яичницей с сосисками, спустился в свою студию. Мне нужно было доделать скульптуру на заказ, а для этого необходимо сосредоточиться.

С этим как раз были проблемы – я не мог настроиться на работу в присутствии Альфы. Мне постоянно мешали всплески его неистовой агрессии. Резьба по металлу требует силы и выносливости, но также аккуратности и нежности. С такими понятиями Альфа не был знаком.

Да брось. Я могу быть нежным. Приводи сюда рыжую ведьму, и я покажу ей, с какой нежностью могу ее отшлепать.

Господи боже. Спасите меня.

Я надел шлем, натянул перчатки, снял с подставки сварочный аппарат и включил его. Вернувшись к незаконченной скульптуре, переложил проволоку из нержавеющей стали на рабочий стол, затем уселся на табурет. С помощью сварочных щипцов поднял моток оцинкованной проволоки и нагрел его. Наклонившись вперед, я принялся выкладывать из проволоки морские волны, которые омывали тело выпрыгивающей из воды русалки.

Работа спорилась, я накладывал одну нагретую проволоку за другой, создавая витиеватый рисунок на хвосте русалки. Затем сформировал изящную линию талии и шелковистую кожу.

Надо же, как только я увлекся созданием скульптуры, он замолчал. Благословенная тишина длилась добрых одиннадцать минут. Я смог ненадолго очутиться в своем мире, где-то на границе реальности и фантазии, и моя муза наконец-то меня посетила.

У нее грудь больше.

Я тяжело вздохнул.

О чем ты, черт побери, говоришь?

У ведьмы. У нее грудь больше. Сделай русалке грудь, как у нее.

Черт!

Чтобы помещалась в ладонь.

Поверить не могу.

Что? Ты и сам без конца о ней думаешь.

Я выключил сварочный аппарат, сорвал с себя шлем и швырнул его так, что он пролетел через всю мастерскую. Запустив руки в волосы, я подумал, а не начать ли мне принимать наркотики. Но с моей удачей они лишь притупят человеческое сознание, и голос волка будет звучать в моей голове еще отчетливее.

Может, хватит нам играть с металлическими женщинами? Давай найдем настоящую. С рыжими волосами.

В последнее время он не мог заткнуться даже на пятнадцать минут.

Девчонке с хвостиком мы тоже понравились. Я это чувствую.

Девчонка с хвостиком? У нее есть имя.

Не расслышал. Немного отвлекся.

Иви. Ее зовут Иви.

Хм-м-м. Точно. Легко будет запомнить, правда? Мне она нравится.

Я знаю, что она тебе нравится. Но поверь, ты – то есть мы – не нравишься ей. По крайней мере, не в этом смысле.

Тут у нас мнения расходятся.

Секундочку. Прошлой ночью. Он не обронил ни слова, когда мы вышли из бара. Мы с Иви шли к ней домой, а он всю дорогу молчал, и на встрече с ее сестрой тоже помалкивал. В тот вечер он принялся за свое, лишь когда мимо нас прошел какой-то качок, покидавший клуб. Альфа признал в нем самца и хотел, чтобы я померился с ним силой.

Нужно было показать ему, кто тут главный.

Кажется, я начинаю понимать. Альфа в красках описал, как хочет нагнуть ее на барной стойке, но стоило мне прикоснуться к ней, как неистовый ураган эмоций, бушевавший внутри меня, моментально рассеялся. Это не отменяет факта, что тем вечером я чуть не придушил того беднягу в баре, но мне заметно полегчало после встречи с Иви и ее сестрой. Я подумал, что испытал облегчение из-за того, что, возможно, нашел решение своей проблемы. Ведьмы готовы мне помочь – это определенно успокаивало. Но что, если… дело было не только в этом? Что, если дело было в самой Иви?

Точно.

Что «точно»?

Твоя взяла. Мы идем на встречу с ведьмой.

Чудесно. Пора пометить нашу женщину.

Она не наша женщина. Угомонись ты уже наконец. Мы с ней едва знакомы.

Желание волка превыше всего.

Схватив висевшие возле двери ключи, я запер студию и направился в сторону Мэгэзин-стрит. До бара всего несколько кварталов. Я знал, что у них можно пообедать, но час был еще ранний. Если Иви не окажется в баре, зайду к ней домой. Если я без приглашения заявлюсь к ней на порог, она вряд ли обрадуется, но я был в отчаянии.

Согласен.

Расположившись на улице под тентами кафе, люди пили кофе, сосредоточившись на экранах ноутбуков и планшетов. Я засунул руки в карманы и опустил голову – чтобы лишний раз не нарываться на неприятности. В прошлом месяце Альфа устроил потасовку рано утром – втянул меня в драку с водителем, ехавшим на работу. Я доставлял заказ клиенту в сити и припарковал свой пикап в положенном месте, чтобы вытащить скульптуру. А этот водила начал мне сигналить. Но ему показалось, что гудка автомобиля было недостаточно, – и, выйдя из машины, он стал вымещать на мне свою агрессию. В итоге остался лежать на тротуаре с разбитой губой.

Надо было разорвать ему глотку.

Ты сейчас серьезно?

Этого подонка нужно было проучить раз и навсегда.