Джульетта Кросс – Лорд зверей (страница 36)

— Мы хоть и зверо-фейри, но не варвары.

— И не поспоришь, — смеюсь. — Эти грибы — деликатес в Пограничье. Мне редко удавалось их добыть.

— У Гвиды особые связи с одним призрачным-фейри на рынке в Белладаме, — добавляет Шеара, отправляя в котёл фиолетовый корень и нарезанный лук.

— Я счастлива. Теперь рагу выйдет отменным. А с чудесным Гвидиным хлебом — идеальный обед.

Гвида довольно бурчит и вновь яростно вминает тесто. Мы с Шеарой улыбаемся друг другу — и я принимаюсь за работу, искренне рада наконец быть полезной.

Глава 21. РЕДВИР

Я проснулся в панике: Джессамин не было. Проспал гораздо дольше обычного — и мгновенно вообразил худшее. Первая мысль: перегнул палку, слишком давил, напугал её — и она сбежала. Но стоило натянуть штаны и сапоги и выйти на поиски, как я уловил её запах на близком ветру.

Она была в общей пещере, готовила вместе с Шеарой. Я застыл на пороге: роскошные волосы заколоты высоко, тонкая шея открыта, на лбу и на ключицах — испарина. Меня накрыло первобытным желанием — облизывать её с головы до ног.

Вместо этого я отвёл её в сторону и отчитал за то, что ушла, не разбудив меня. Она парировала колкой репликой — и я дёрнул её ближе, поцеловал до потери дыхания. Плевать, что Гвида и Шеара видели, во что превратился их лорд рядом со светлой фейри, которую мы вроде бы оставили только пережидать с нами зиму. Я уже понимал: скоро придётся провести келла’мир и объявить наш союз совету.

Пока же мне хотелось просто быть с ней, закрепить только что возникшую связь. После слишком жаркого поцелуя, что оставил её запыхавшейся, она выгнала меня — нужно было заканчивать ужин на всех. Меня устроило и то, что одного поцелуя хватило, чтобы в её запахе вспыхнуло возбуждение. Я оставил её в покое.

И всё-таки весь день будто чесалась кожа. Лишь обойдя всех часовых, проверив периметр на следы опасности и уже возвращаясь к пещере к ужину, я понял, что тревожит.

На её коже не было моего укуса — моей метки. Я не решился ставить её в первую же ночь: это был её самый первый раз. Низкое рычание удовлетворения отозвалось в животе при одной мысли о том, что я взял её первым. Я хотел её постоянно. Каждую минуту дня мне нужно было, чтобы она была рядом, чтобы её запах окутывал меня.

Наверное, потому я и был на взводе, когда откинул полог у входа. Лёгкий смех, разговоры — напряжение спало, но ненамного. Боуден, как всегда, играл на флейте; несколько девушек танцевали, пока ждали ужин.

Я сразу увидел Джессамин. Она расставляла миски с похлёбкой на главном столе. Сорка, Беска и ещё двое помогали. Я направился к своему обычному месту — слева от лавки, где сидел Безалиэль; рядом — Тесса с Саралин на руках, дальше — Бром, Лейфкин и Дейн.

— Как хорошо, что вы к нам, мой лорд, — сказал Дейн.

— Да, мы вас весь день не видели. Что вас так заняло? — голос Лейфкина звенел насмешкой.

— Я лорд этого клана. Значит, целый день убеждался, что границы лагеря надёжно прикрыты.

А ещё — томился по своей паре, которая весь день держалась в стороне. Хотелось пройти зал и утонуть пальцами в её волосах. Она была чуть растрёпана, с пятнышком золы на щеке — и всё равно красивее любого существа, что я видел.

— Ну конечно, вот где вы были, — протянул Лейфкин тем же тоном.

— Похоже, у нас новый повар, — заметил Дейн. — Не знал, что у принцессы такие таланты.

Я не ответил. Они дразнили меня — и делали это сознательно. Сложил руки на груди, опёрся плечами о стену, вытянул ноги, скрестив лодыжки.

— Готов поспорить, талантов у неё много, — добавил Лейфкин.

— Осторожнее, — зарычал я.

Безалиэль усмехнулся; Тесса закатила глаза и укачала на руках Саралин.

— Забавный факт, — улыбка Лейфкина стала шире. — Сегодня от Джессамин пахнет иначе.

— Это, может, специи? — небрежно спросил Дейн.

— Не думаю. Есть явная мужская нота.

— М-м, понимаю, — Дейн демонстративно уставился на Джессамин, которая несла две миски советникам. — Почти как зверо-фейри.

— Почти, — подхватил Лейфкин. — Только вот чья это метка — не скажу.

Я подался вперёд, упёр локти в колени и посмотрел на Лейфкина:

— Закрой пасть, щенок. Или я закрою.

Ублюдок расхохотался. Безалиэль наклонился ко мне и вполголоса:

— Значит, я не ошибся? Она — твоя пара.

Я кивнул — к нескрываемому ликованию Лейфкина и Дейна. Хаслек, один из моих молодых воинов, услышав, вытаращился, почти паниковал. Я ткнул в него пальцем:

— Помалкивай. Совет узнает, когда придёт время. До тех пор никаких слухов.

— Уже поздно, — шепнула Тесса. — Все видели, как ты её вчера целовал. Увы, никто не думает, что она — твоя пара. Считают, она просто твоя любовница. И только.

Настроение мгновенно помрачнело; внутренняя тварь рыкнула в груди. После короткой паузы заговорил Безалиэль:

— Надо было укусить. Я так и сделал, как понял, что Тесса — моя. Тогда ни у кого вопросов.

Я не стал объяснять, что не хотел усиливать её страх после узла — физиологического «замка» у зверо-фейри. И добавлять боли. Она сильно кровила после своего первого раза, а узел только умножил боль. Мысль о том, чтобы к этому прибавить ещё и след от укуса, выворачивала мне желудок.

Не то чтобы сейчас я не жаждал пометить её. Хотелось, чтобы все знали: на ней моя метка, она — моя пара, а не просто любовница. И ещё было одно «почему нет».

Она не зверо-фейри. Я не лгал, сказав, что пойду за ней, если она уйдёт. Иначе не могу. Я оставил бы клан ради неё. Даже если она отвергнет, я всё равно последую — чтобы она была в безопасности. Но стоит мне оставить метку — любой фейри, тёмный или светлый, будет чувствовать меня на её коже. Всегда. Метку зверо-фейри не снять. Ради такого нужно быть уверенным, что она хочет меня… навсегда.

Сейчас её могло кружить. Нет ничего удивительного, что между нами вспыхнуло: кроме вмешательства богов, связавших нас, я спас её в лесу и не раз защищал. Благодарность переходит во влечение. Но захочет ли она меня, когда наваждение сойдёт? Когда поймёт, что её жизнь со мной — не дворец и не удобства королевской дочери.

Если она вернётся к своим, я прослежу, чтобы лорд Гаэл из Мевии был мёртв и больше не тревожил её. А затем ясно дам понять её отцу: в выборе жизни и будущего её слово будет последним.

Пока же я позволял себе радость нового чувства, что медленно обвилось вокруг сердца и наполнило душу осторожной надеждой. Я мог дышать свободнее от мысли, что быть с Джессамин — не значит бросить вызов богам и предать клан, как это сделал мой отец. Ей предназначено принадлежать мне. Осталось понять одно: действительно ли этого хочет она.

Я выпрямился, когда она взяла миску и пошла прямо ко мне. Заворожённый, смотрел, как она несёт её, как держит взгляд — только на мне, как улыбается. К тому моменту, как она остановилась, улыбка стала насмешливой. Она протянула миску; из неё торчал ломоть хрустящего хлеба.

— Хочу, чтобы ты попробовал мою похлёбку и сказал, по вкусу ли она тебе.

— Я помешал ложкой и отметил: пахнет райски, но чего-то не хватает. — В этой миске нет мяса.

— Нет, — согласилась она. — Попробуй, Редвир. — Она наклонила голову, и длинная шея невольно потянула мой взгляд. — Ради меня.

Разумеется, я послушался, пробормотав от удовольствия: пряный вкус, сытные куски корнеплодов, фасоль, грибы.

— Нравится? — Она вопросительно приподняла брови.

Я вздохнул и избавил её от мучительного ожидания:

— Восхитительно.

Джессамин так широко улыбнулась, что у меня в животе перевернулось от восторга. Она поспешила обратно к очагу, чтобы разносить ещё миски.

Она облегчённо выдохнула как раз в тот момент, когда подошла Сорка с двумя мисками.

— Одна — овощная, одна — с олениной.

— Мне овощную, — сказала Тесса.

— Оленину готовила Шеара? Тогда эту мне, — отозвался Лейфкин.

— Правильный мужчина, — хмыкнул он, — скажет, что лучшее — то, что приготовила она, даже если это не так.

— М-м, — протянула Тесса. — На самом деле очень вкусно. И подумать не могла, что принцесса так готовит.

— Пожалуй, возьму овощную, — сказал Дейн. — Надо поддержать нашу будущую королеву, верно?

Сердце у меня вздрогнуло. Да, если она примет меня и свою роль здесь, она станет моей королевой, Леди Ванглосы. Титул куда менее громкий, чем королевская принцесса в Мородоне или жена верховного лорда Мевии, но я относился бы к ней как к драгоценнейшему камню в мире. Если она согласится быть моей.

Я не мог не следить за тем, как она движется по залу, легко со всеми здоровается, как будто всегда была частью моего клана. Она несла две миски женщинам на противоположной лавке и шла к Лорелин.

Вдруг Велга выставила ногу и подставила Джессамин подножку. Та растянулась на каменном полу; миски грохнулись, похлёбка брызнула во все стороны. Боуден тут же перестал играть, а я услышал, как Велга бормочет соседке:

— Такая неуклюжая.

Я взревел от ярости.