Джульетт Кросс – Король призраков (страница 4)

Теперь, при свете дня, я заметил, что то, что я сначала принял за окровавленную рану на её лбу, на самом деле оказалось демоническими рунами. Они были размазаны и нечёткие, написанные кровью под её волосами. Мне было интересно, какое ужасное заклинание костяные стражи получили приказ наложить. Но, казалось, она не страдала ни от чего, кроме физических ран. Похоже, заклинание не сработало.

Она вздрогнула, когда моя ладонь, положенная на её поясницу, слегка скользнула вверх. Я осторожно приподнял её повыше на руках, следя за тем, чтобы не задеть её раны.

Мы продолжили идти в тишине, глубже погружаясь в лес, и единственным звуком оставались мои тяжёлые шаги, хрустящие по снегу.

— Они не знали, — вдруг прошептала она.

— О чём ты говоришь?

— Моя семья. Они не знали, что я ушла, так что нельзя сказать, что они позволили мне отправиться одной.

— Но ты всё равно сделала это.

— Это было важно, — подчеркнула она, и в её мягком голосе появился стальной оттенок, который заставил меня взглянуть на её нахмуренное лицо.

Я фыркнул, подавив смешок над её глупостью.

— И посмотри, куда это тебя привело, фейричка.

На миг отвлекшись, я не услышал свист стрелы, пока не стало слишком поздно.

Она вонзилась в левую сторону моей груди, опасно близко к сердцу, и от силы удара меня отбросило назад. Она закричала, упав на колени рядом со мной, и грязный плащ соскользнул с её плеч.

— Отпусти её, проклятый призрак! — раздался низкий мужской голос.

Когда я попытался приподняться, стрела всё ещё торчала у меня в груди. Светловолосый фей в сапфирово-золотом одеянии подхватил Уну за талию и отлетел назад, его белые крылья сверкали в полумраке. Он отнёс её на несколько футов прочь, поднимая в воздух вихрь снега.

Рыча, я поднялся, но ещё две стрелы впились в правое бедро и бок.

— Прекрати, Бейлин! Ты его ранишь!

Мужчина удерживал её обеими руками, гневно глядя на меня, пока из тени не вышел целый отряд, по меньшей мере, двенадцать фейри, облачённых в синие и золотые доспехи. Королевская стража Иссоса.

— Раню его? — выкрикнул тот, кого звали Бейлин, теперь, осматривая Уну с грозным выражением лица. Он вздрогнул, увидев, что у неё больше нет крыльев. — Мы должны отвести тебя домой, сестра, — прошипел он тихо.

Сестра? У меня закружилась голова. Она была королевской принцессой Иссоса, Тиарриалуной, единственной дочерью Коннала Хартстоуна, Верховного короля Лумерии. Я знал это, потому что отец велел мне запомнить наших врагов, знать их досконально.

— Нет, пока ты не поможешь ему! — закричала она. По её щекам текли слёзы, пока она пыталась вырваться из рук брата. Слёзы… ради меня?

Необычное напряжение пробежало по моему телу, пока я стоял на коленях в снегу, вырывая стрелы из тела одну за другой.

— Он тебя похитил, Уна. Что ты говоришь?

— Он освободил меня, Бейлин. Без него я бы умерла.

Принц фейри посмотрел на меня поверх её плеча, всё ещё хмурясь. Враждебность, исходившая от него и его стражи, была ощутима, словно хлыст в воздухе. Шестеро его стражей уже держали луки наготове, стрелы были направлены на меня. Я мог бы сжечь их всех дотла, но остался неподвижен. Внутренний голос, шепчущий из глубин магии, успокаивал меня, заставляя не двигаться.

— Иди домой, девочка, — сказал я, всё ещё стоя на коленях. — Ты не принадлежишь этому месту.

Уна уставилась на место, где меня пронзили стрелы, по груди стекала моя синяя кровь.

— Маленькие стрелы твоего брата не могут мне навредить, — усмехнулся я, презрение сорвалось с моих губ.

Хотя я никогда не встречался с принцем, и наши королевства были сейчас в состоянии перемирия, он оставался моим врагом. К счастью, он не знал, кто я.

— Пойдём, Уна, — сказал он, не оставляя ей выбора, и подтолкнул её к стражам фейри, сомкнувшимся вокруг.

Один из них, с тёмно-синими крыльями и чёрными волосами, шагнул вперёд с золотым плащом и накинул его ей на плечи. Он сжал её плечи и тихо прошептал:

— Теперь ты в безопасности.

Она кивнула, словно знала его давно и доверяла его поддержке.

Эта короткая сцена словно открыла пустоту во мне, пустоту, жаждущую разрушить и разорвать всё на своём пути. Мои губы скривились, обнажив клыки, что тут же заметил чёрноволосый фейри.

Уна повернулась ко мне, и из-под капюшона плаща выбилась прядь её белоснежных волос.

Стражи тут же сомкнулись вокруг неё, образуя защитный барьер. Затем её брат поднял её на руки, его широкие крылья взмахнули, и он взмыл в небо. Остальные последовали за ним, взлетая быстро и стремительно.

Так они смогли проникнуть так глубоко на нашу территорию, оставаясь незамеченными. Вероятно, именно так принцесса спустилась с небес в Нортгалл. Но что-то пошло не так, и её схватили.

Я смотрел, как они исчезали. Падающий снег и клубящиеся облака поглощали их фигуры, но я уловил вспышку фиолетового цвета, когда она обернулась через плечо брата, чтобы взглянуть на меня.

И вот, их больше нет.

Поднявшись на ноги, я ощутил, как мои раны пульсируют едва заметной болью, и в сердце вспыхнул новый огонь, горячий и белый. Этот огонь предназначался моему отцу.

Я улыбнулся, чувствуя восторг, обжигающий душу. Он бросил меня в эту проклятую яму, надеясь, что я сгнию и превращусь в прах. Но его жестокость оказалась не способна меня убить.

По какой-то причине бог Викс дал мне силы сломать чары моего отца и исполнить пророчество, которое он пытался предотвратить. Теперь, как никогда, я понимал, что моя судьба ясна.

Мягкий голос и светлые глаза промелькнули в моей памяти. Я отогнал этот образ.

Оглянувшись через плечо, я посмотрел на острые шпили Нäкт Мира, возвышающиеся в зимнем небе, затем снова повернулся к лесу и пошёл вперёд. Вайла была права. Мой путь ясен и неоспорим — занять трон моего отца.

ГЛАВА 1

ПЯТЬ ЛЕТ СПУСТЯ

УНА

— Сколько времени он не произносил ни слова? — спросила я крупного фейри из лесных земель, стоящего напротив меня у постели своего сына.

— Три-четыре недели, — ответил он, глядя беспомощно на спящего мальчика, которому не могло быть больше десяти лет. — Сестра присматривает за ним днём, пока я на мельнице. — Он махнул рукой в сторону окна.

Его дом располагался на окраине Иссоса, где мельница стояла у реки. Он не был богат, но зарабатывал достаточно, чтобы обеспечивать себя и давать работу другим, перемалывая зерно для пекарей Иссоса.

— Сестра дала ему сонное зелье, прежде чем уйти, чтобы он мог как следует отдохнуть, — снова бросив взгляд на мальчика, добавил он. — Я делаю всё, что могу, но мне нужно работать. Я должен зарабатывать, чтобы заботиться о нём.

Я села на стул рядом с постелью мальчика и протянула руку Мин, моей служанке и самой близкой подруге, которая сопровождала меня повсюду. Хмурясь, она подала мне исцеляющий шар.

— Вам не нужно объясняться передо мной, сударь, — сказала я ему.

Он провёл рукой по взъерошенным волосам, его заострённые уши покраснели, как и щёки, — чувства явно читались на его лице.

— Я не знаю, как помочь ему, — прошептал он с мучительным отчаянием.

— У нас нет лекарства, — честно призналась я, беря в руки сияющий белый исцеляющий шар в его железной клетке и ставя его на стол рядом с головой мальчика. — Но мы нашли способ облегчить боль и продлить жизнь.

Её зелёные крылья нервно вздрогнули у спины. Мин была не просто моей служанкой, но и лучшей подругой. Она не любила покидать дворец, даже под надёжной охраной, но я не могла оставаться взаперти, когда узнала, что ещё один светлый фейри оказался в плену Парвианской Чумы. Мой отец уже семь месяцев лежал в своей постели, не произнеся ни слова.

Я улыбнулась Мин, стараясь её успокоить, а затем повернулась к мельнику.

— Этот исцеляющий шар поможет с болью, — сказала я. Как он помогал моему отцу последний год.

— Я не могу вас отблагодарить, миледи, — мельник искренне сцепил руки. — Я не могу много заплатить, но…

— Не нужно платить, — ответила я. — Мы все страдаем, пока эта чума поражает наших близких. — Я снова обратила взгляд на мальчика, отодвинув его волосы со лба. — Мой долг — помогать тем, кому могу.

Как только я вошла в этот скромный дом — одна комната, обеденный стол и две кровати у дальней стены, — я поняла, что это человек небогат и едва сводит концы с концами. Мне было всё равно, если мой брат будет жаловаться, что я раздаю ценные ресурсы, которые нужны для солдат на полях сражений. Пусть он ведёт войну моего отца против тёмных фейри за границей, пока я борюсь с чумой, от которой страдают люди на нашей земле.

Я не боялась заразиться, касаясь мальчика. С тех пор как чума приковала отца к его постели, я была рядом с ним.

— Как его зовут? — Я коснулась его щеки и ощутила, что она холодна, как и ожидалось.

— Эйвен.

В тысячный раз я пожалела, что не обладаю целительной магией, чтобы помочь ему. Или хотя бы попытаться.