Джульет Марильер – Тенепад (ЛП) (страница 50)
— Наше время придет, — прошептала я. — Когда все это закончится. Когда снова придет мир. Когда Олбан вернется. Тали права: слова причинят только сложности. Но… — я отодвинулась, чтобы видеть его лицо. Его красивые глаза. Его сильный рот. Его простое лицо в шрамах. Он успел побриться и теперь выглядел как в Темноводье, как незнакомец, что выиграл меня и убежал со мной в лес. — Ты будешь сниться мне каждую ночь, — сказала я. — Я буду считать дни до весны. Береги себя, Флинт.
— Каждую ночь ты будешь в моих снах, — сказал он. — Ничего нового, ты была там с нашей первой встречи, — он отпустил меня. Казалось, мое сердце разобьется пополам. — Нерин, — сказал он. — Твои слова… слова, что ты дала мне… это неоценимый дар. Огонь, что будет гореть во мне зимой, что приведет меня домой, — он посмотрел на Тали, потом на фигурку Шалфей, что сидела под деревом и ни на что не смотрела. — Я рад, что ты будешь среди друзей, — сказал он. — Мне нужно идти. Нерин.
Я кивнула. Боль бушевала во мне, а я пыталась улыбнуться. Я хотела сказать больше, но помнила предупреждение Тали. Нельзя было ослаблять лучшего их человека. Я прижала кончики пальцев к своему рту и, дотянувшись, коснулась ими его губ.
Флинт был смелее, и он склонился, чтобы коснуться губами моих губ. Поцелуй был быстрым, но полным обещания.
— Береги себя, мое сердце, — прошептал он.
И отошел. Он поблагодарил Шалфей за то, что она вышла поговорить с ним и помогла найти меня. Он собрал оружие, перебросился парой фраз с Тали. Я стояла на месте, пока он уходил. Я старалась не пролить ни единой слезы.
Через миг он оказался передо мной, оружие было укутано в плащ, он прятал их из-за присутствия Шалфей. Я смотрела на него, запоминая его вид, чтобы пережить долгую зиму. Я выдавила улыбку:
— До весны, — сказала я.
Он улыбнулся. И такой улыбки я еще не видела, она была полна радости, печали, любви и прощания. Он кивнул, развернулся и пошел по своему длинному пути ко двору.
— Вот теперь, — Шалфей оказалась рядом, хотя я не заметила ее движений, — твое последнее качество доказано. Тебя ждет работа. Если ты готова принять свой дар, — она смотрела на меня, словно искала что-то.
Я думала о крови и смерти, о смелости и чести, боли и жертве. Я видела все это в пути. Я видела товарищество, самоотверженность, патриотизм. Я познала дружбу, радость, любовь. Они все еще были в темном королевстве Олбана Кельдека.
— Я готова, — сказала я. — Готова быть сильной. Готова рисковать. Готова учиться.
— Айе, мы сделаем это вместе — мой и твой вид, — сказала Шалфей, собирая свои вещи. — Если мы с тобой сможем убедить их. Я поищу Красного колпака. Я отправила его искать укрытие вдали от твоих друзей-воинов. Когда будешь готова, позови меня, и я приду, — я не успела ничего сказать, а она исчезла, оставив лишь следы маленьких ножек, ведущие в никуда.
Боги, как же холодно. Я укуталась плотнее в одолженный плащ и пошла к ждущей Тали.
— Домой, — сказала она. — Реган не обрадуется, что я выводила живую девочку, а приведу ледышку. А это была одна из…
— Доброго народца, — сказала я, мы пошли вокруг камней к Тенепаду. — Да, моя знакомая. Ее вид вокруг нас здесь. Но они не выйдут, если не захотят. Я всегда могла и видеть и слышать.
В ее темных глазах было удивление. Похоже, она впервые признала мою силу равной своей, хоть мы и сильно отличались.
— Они покажутся мне? — спросила она. — Я могу научиться говорить с ними?
— Да, если они захотят, и если ты отложишь оружие надолго. Шалфей не пряталась от тебя. И Флинт видел ее раньше, хотя меня здесь не было. Видел и говорил с ней, — я замолчала.
— Что?
— Так нам и нужно работать. Понимание. Сотрудничество. Будет сложно. Добрый народец не любит вмешиваться, они и между собой плохо ладят. В беде они прячутся, пока не пройдет буря. Но… если мы хотим победить, это нужно изменить. Не знаю, получится ли это, Тали. Но, думаю, мы должны попробовать.
— Так ты сделаешь это? Поможешь нам?
— Думаю, у меня нет выбора, — как я могла ожидать от Флинта то, чего не могла сделать сама?
Мы шли. Тишина теперь была другой. Напряжение ушло.
На горе было тихо. Под снегом лежали камни и трещины, и теперь они казались загадочными.
— Мы сможем, — сказала я. — Нужно верить, или мы не сможем идти вперед. Мы победим, все вместе. Все дети Олбана.