Джульет Марильер – Полет ворона (ЛП) (страница 22)
Я встречала Хозяина Теней, и он был неспокойным существом. Если он будет смотреть на спящего, тому точно приснятся кошмары, человек будет просыпаться. Если таким был принцип для всего куплета, то Карга с островов будет сплетницей. Но кому слушать секреты в таком одиноком месте, как остров впереди? У Хозяина была собачка. Может, Карга любила птиц.
Шло время. Остров Ронана из точки превратился в пятно, потом в силуэт земли, что напоминал кита, высокого и большого, чтобы вместить на себя народ. У берега были хижины, лодки, как в Пентишеде. За колья были прицеплены неводы, они сохли на солнце. Пара стариков сидела бок о бок на скамейке и смотрела на море. Тали и Флинт веслами приближали лодку к берегу, а они смотрели и не вставали.
Я была рада оказаться на суше, но это не затмило мою тревогу.
— А что…? — прошептала я, кивнув на людей.
— Здесь безопасно, — сказал Флинт.
Я не могла поверить. В Олбане не было безопасно, если не считать Тенепад. Где не были люди короля, там всегда мог предать обычный народ.
— Но…
— Все хорошо, Нерин, — Флинт помог мне вылезти из лодки на камешки. Я ждала, пока они с Тали вытаскивали лодку на берег и закрепляли веревку. Мы пошли по берегу, и птицы поднялись облаком и полетели прочь. Одинокая чайка смотрела на меня с камней неподалеку. — Эти люди меня знают.
Мы схватили сумки и пошли дальше. Мои колени дрожали, я не могла держать равновесие. И мне было хуже, чем в лодке. Один из стариков поднялся без спешки подошел, взял меня под локоть и провел к скамейке.
— Посиди немного, девчушка, а то тебя мутит. Не любишь плавать?
Пока я бормотала благодарности, другой старик сказал Флинту:
— Едва тебя узнал. Зимы оставили след, — он разглядывал Флинта, голубые глаза сияли, озаряя лицо в морщинах от возраста и погоды. — Надолго ты в этих краях?
— На день или два, старый друг, не больше. Я пришел проводить Нерин и ее стража, — Флинт кивнул на Тали, стоящую в стороне, разглядывающую окрестности, словно могли появиться Силовики, хотя Флинт обещал безопасность. — Мне нужно вернуться в Пентишед.
— О, айе, — тон был осторожным. Я подумала, что потревожить спокойствие стариков было сложно. Они видели много бурь, видели много людей. Но Флинта они просто знали. Они говорили с ним, словно он был отсюда, он обращался к ним, как к уважаемым членам семьи. Но если он и был одним из них, то уже — нет. Человек короля. Силовик. Хуже того, Поработитель. Могли ли они не знать о его этой жизни?
— Один из ребят доставит тебя, когда придет время, — сказал старик.
— Два дня, — отметил другой. — Не много. Они захотят тебя видеть. Три зимы… хорошо хоть немного побыть вдали.
Флинт не ответил, но склонился рядом со мной. Он взял меня за руки.
— Куда теперь, Нерин?
— По узкой тропе на запад, — вспомнила я карту северников. — Когда дойдем до конца, нужно ждать.
— Девочка не готова к долгому пути, — заметил один из стариков. — А путь долгий.
— Я готова, — я встала на ноги. Земля накренилась, и я смотрела на точку впереди, стараясь не падать. — Если лодка тут будет в порядке, то нам нужно идти, — сказала я, а одинокая чайка полетела, следуя узкой тропе, что вела от пристани к холму перед нами. Это место было в камне и грубой траве, ничего не росло выше моих колен.
— Вашей лодочке вреда не будет.
Старики провожали нас взглядами. На половине пути я оглянулась. Они сидели на скамейке, смотрели на воду, где одинокое рыбацкое судно двигалось среди волн, едва заметное в море. Взглянув на восток, я увидела вдали большие острова, отчасти скрытые в тумане, но я не видела континент. Было странно оказаться вдали от Олбана. Что-то во мне хотело остаться здесь, сбежать от бури в безопасность, как решил и добрый народец, когда Кельдек погрузил мирное королевство во тьму. Хотелось оставить войну, борьбу и жестокость другим людям.
— Все хорошо, Нерин? — Тали взбиралась с привычной легкостью, не устав от переправы на лодке.
— Да.
Чайка летела над нами, медленно кружа, чтобы мы догнали. Обычная птица с лапками. Но здесь не было ничего обычного. Стоило моим ногам привыкнуть к суше под ногами, меня перестало тошнить, и я ощутила силу острова Ронана, древнюю силу. Магией дышал каждый камень. Она была в воздухе. Море вокруг острова шептало сказки. Здесь точно был добрый народец.
— Спрячьте оружие, — сказала я спутникам. — Здесь добрый народец. И Карга может быть близко.
Флинт не нес видимого оружия, но я сомневалась, что он пошел с пустыми руками.
Тали вытащила плащ из сумки, спрятала ножи в ножны, обернула их тканью и спрятала без слов.
Мы забрались на холм и оказались на краю широкого пространства без деревьев, о котором говорили северники. Вокруг не было ни души, только овца с длинной спутанной шерстью щипала траву с детьми. На юге вдали за стенами прятались каменные низкие хижины, между ними и нами стопки торфа сохли на ветру. Я видела следы, где люди копали, местами среди земли блестела вода. Над нами было полно птиц.
Чайка вела нас, летела теперь вперед, опускаясь на камень или ограду, чтобы мы поравнялись с ней. Мы шли на запад, где возвышенность резко обрывалась утесом. На карте северников были утесы, но к такому это меня не готовило. Высота поражала, но мы ведь так далеко не забирались? Край обрыва был в трещинах, неровная поверхность казалась опасной. Части местами обрушились, гигантские камни омывал внизу океан. Каждый отдельный огромный камень был коронован гнездами чаек, в трещинах и выступах было еще больше птиц. Их шум наполнял воздух постоянным криком. Птицы ныряли в море, взлетали с рыбой в клювах. Другие кружили выше, приглядывая за молодежью среди множества шумящих созданий.
— Что теперь? — Тали сняла сумку и смотрела на обрывы.
— Ждем. Может, это не то место, — я вспомнила маленького Тайника, сидящего на краю ужасающего обрыва. — Нужно сесть там, у стены.
Стена из камней, наверное, была здесь, чтобы не пускать скот к обрыву. Тот, кто ее строил, быстро выбился из сил, и стена закрывала собой меньшую часть обрыва. Мы сели, прижавшись спинами к камням, глядя на безграничное море. Чайка улетела.
— Может, обыскать утес? — спросила Тали. — Может, тут есть ее следы? Я не знаю, где может жить Карга, но ты упоминала пещеру. Она вряд ли будет сама нас искать.
— Мы ждем, потому что нам так сказали. Мы не будем искать. Мы можем забраться туда, где навредим. Я здесь жду большой услуги. Нужно вести себя правильно, — я поняла, что, когда встретилась с Хозяином Теней, он ходил и искал меня. Я не искала его, он пришел ко мне.
Тишина. Флинт был рядом со мной, вытянул ноги, а правая рука покоилась возле моей. Я захотела вдруг, чтобы Тали была не здесь.
— Расскажи мне о переменах среди доброго народца, — сказал Флинт. — Я думал, поддержка твоей подруги Шалфей необычна, но, похоже, все быстро меняется.
Мы рассказали ему, что Лэннан Длиннорукий назначил временные границы поддержки. Мы описали собрание в Тенепаде, и как добрый народец верил, что пора перемен настала.
— Шалфей и Красный колпак покинули Тенепад, чтобы сообщить о мятеже своему виду на западе, — сказала я. — Добрый народец севера, что живет под Тенепадом, тоже отправились за этим. И можно использовать птиц или народец, что может летать, доставлять послания. Слух мог пройти дальше нас. Мы нашли тебя, и теперь я уверена.
— Птицы. Необычно. Но при тебе необычное случается.
Тали рассказала ему о Регане и остальных: куда они ушли, что они хотели достичь до следующей зимы. Флинт слушал без слов. Он не говорил нам о своих делах. Солнце двигалось на запад, тени начали удлиняться. Флинт снял плащ и укутал им мои плечи. Тали не могла успокоиться, вставала, ходила и снова садилась.
— Дары, — я поняла, что забыла важную часть общения с добрым народцем. — Нужно показать добрую волю.
— Думаешь, Карга выйдет за кусочек хлеба или сушеного мяса? — не поверила Тали. — Больше нам нечего предложить.
— Можно разжечь костер? Найти какие-то травы и сварить суп? — я подозревала, что у старушки мало зубов, и она могла макать сухарь в суп, чтобы размягчить его. Это было бы хорошим ужином в холоде морского воздуха.
Спутники приступили к заданию с тем же спокойствием, что управляли лодкой. Тали сходила за куском торфа, который принесла в плаще. Я надеялась, что мы сможем как-то отплатить местным жителям, ведь в месте, где всего было мало, любая вещь была ценной. Во второй раз Тали принесла ветки куста, что пережил зиму, и вскоре Тали разожгла костер у низкой стены. Я искала травы и вернулась с лучшим сбором, чем ожидала. Здесь был шалфей, тимьян, их корни проникали глубоко между камней, а возле озера, где ходили длинноногие птицы, я нашла ранний кресс-салат.
Когда я вернулась, Флинт грел воду в походном котелке, что всегда носил с собой, и все ингредиенты были готовы: пригоршня крупы, кусочки сушеного мяса, грибы, что уже выглядели печально, кусочки овощей, похожие на морковь или репу.
— Я думал, лучше подождать твоего совета, — сказал он, поднимая голову с редкой улыбкой.
— Выглядит неплохо. Ты носишь с собой овощи?
— Взял немного в Пентишеде.
Я вдруг вспомнила, как Флинт кормил меня, когда я болела. Флинт был терпеливым и добрым, хотя я тогда считала его врагом. Столько изменилось с тех пор. У нас было мало времени. Всего два дня. И не наедине. Хотелось бы поговорить с ним, коснуться, высказать… Столько нужно было рассказать, но не в присутствии Тали, что всегда готова была напомнить мне, что чувства — брешь в броне воина. Она уже следила за нами.