Джулианна Киз – Под вопросом (ЛП) (страница 24)

— Может быть?

— Типа, в норковой?

— Я не знаю, что это за животное.

— Ты встречаешься с Норковой Шубкой.

— Не уверен, что это норка.

— Не удивительно, что Марсела рассердилась! Ее заказы наводят ужас.

— Они… специфические.

— Она носит норку круглый год!

— А что плохого в… Окей, ладно. Мех — это немного странно, но ты должна согласиться, что в такой день, как сегодня, он идеально подходит.

Я закатываю глаза.

— Ладно, Нэйт. Ты меня подловил.

Он слегка улыбается:

— Иногда приходится мириться с очевидным. — Он жестом указывает на окно. — А иногда нет.

— Не думаю, что эта аналогия уместна.

По крайней мере, пока Марсела не приходит с двумя коробками под мышками. Она плечом толкает входную дверь, заходя вовнутрь, и сваливает обогреватели на стойку.

— Вуаля, — говорит она, не останавливаясь. Мы наблюдаем, как она исчезает на кухне в вихре особенно ледяного порыва воздуха.

Мы с секунду молчим.

— Вау, — наконец говорю я.

— Да.

— Как она отреагировала, когда ты рассказал ей?

Он шумно выдыхает:

— Я не «рассказывал». Мы столкнулись с ней, когда шли домой с ужина, и она выглядела ошарашенной, но не злой. Затем, когда она пришла этим утром, я попытался рассказать ей, что встречался с Селестией весь прошлый месяц…

— Месяц?

— А она просто отшила меня. — Пауза. — Это было перед тем, как разбили окно.

— Жизнь — имитация искусства.

— Или просто дерьмовое везение отражает дерьмовое везение.

— Что ж, как бы там ни было, если тебе нравится Норковая Шубка, я счастлива за тебя.

— Мне нравится Селестия, мне не нравятся норковые шубы.

— В любом случае для норки слишком холодно. Может, лиса.

Он свирепо смотрит на меня, стараясь не рассмеяться.

— Иди работай. Мне нужно позвонить стекольщикам и спросить, почему так долго.

Я отправляюсь в подсобные помещения и обнаруживаю Марселу, которая мажет глазурью остывшие булочки с корицей.

— Пахнет здорово.

— Здесь тепло, и это главное.

— Довольно честно. — Из-за духовок и химических моющих средств на кухне всегда теплее, чем в зале. Обычно мы сетуем на это, но сегодня это благословение. Марсела больше ничего не говорит, и я добавляю: — Нэйт рассказал мне о Селестии.

Она фыркает:

— Мне тоже.

— И ты… злишься?

— Что она встречается с ним, чтобы получать напитки за полцены? Конечно, я обеспокоена.

Вижу, как она расправляется с булочкой во имя заботы.

— Ты выглядишь более чем слегка обеспокоенной.

Она вздыхает и бросает лопаточку.

— Я просто была удивлена.

— Как и я. — Пристально разглядываю ее. — Ты ревнуешь?

— Что? Нет! Слушай, ты тоже должна быть обеспокоена. Теперь она будет приходить сюда в своих шубах еще чаще и делать свои нелепые заказы. Это скажется на всех нас.

— Это не…

Она поднимает руку.

— Я не хочу больше говорить об этом. Это неважно. Расскажи мне о чем-нибудь приятном.

Я напрягаю мозг, отфильтровывая ужас разговора о сексе с деканом Рипли, пока не прихожу к тому, что, знаю, ей понравится:

— Меня пригласили на Хэллоуин в «Альфа Сигма Фи».

Ее глаза загораются:

— Ты шутишь!

— Это правда.

— Мы должны пойти. Я пыталась придумать, как попасть туда, но моей лучшей идеей было найти солдатика, с которым ты трахалась, только я не думаю, что мы когда-либо видели его лицо не раскрашенным зеленой краской.

Я стону:

— Не напоминай.

— Точно. Прости. Теперь давай обсудим наши костюмы. Распутные киски? Распутные иностранки? Распутные медсестры? Нет, о чем я говорю? Мы современные женщины. Распутные докторши!

Я тоже смеюсь:

— Ничего распутного. Может, ты сходишь и потом расскажешь мне?

Она оскорбленно ахает:

— Абсолютно исключено. Мы команда. Куда идешь ты, туда и я… Вообще-то, забудь. Ты проводишь много времени в библиотеке. Но мы идем туда, куда я скажу. А идем мы на эту вечеринку. Мы можем быть Черным Лебедем¹⁰ и… белым.

— Что?

— Или двумя девицами на мели¹¹.

Я жестом указываю на свой фартук.

— Идеально. Мне не нужно будет переодеваться.