Джули Кэплин – Маленькое кафе в Копенгагене (страница 52)

– Аврил! Ты не обязана это делать.

– Кейт, милочка, я, конечно, горю желанием тебе помочь, но это и моя карьера тоже. И я зациклена на своей работе. Зрители хотят тепла. И я в состоянии им это дать. Раньше я этого избегала, потому что боялась показаться слабой, но, знаешь, людям именно этого и нужно. Их хлебом не корми, только покажи звезду, ранимую, у которой есть уязвимое место. Лучше сюжета для телевидения не найти.

– А как муж к этому относится?

– Помогает. Видит, как меня это захватило. Не забывай, он очень успешный бизнесмен. Он любит меня, а еще знает, что сколько стоит… и, – мне явственно послышалась благодарность в ее звенящем голосе, – согласился поддержать проект.

– Ого, ну ничего себе, я… даже не знаю, что сказать.

– А тебе и не надо ничего говорить. Я после этого стану знаменитостью.

– Просто фантастика.

– Да-да, и Софи тоже. Так и быть, пусть ей тоже перепадет частичка славы – совсем капелька.

– Я слышала, она была у тебя, вы вместе готовили.

– Ага. Она такая милая. Свежая датская сдоба утром на всю съемочную группу – это было очень кстати. Теперь они собираются каждое утро завтракать в «Йеме»…

– Каждый день?

– В течение недели, дорогуша. Целой недели.

– Я правильно расслышала? Это будет прямая трансляция из «Йема» каждое утро в течение недели??

– Йес!

– Целую неделю? – Все не верилось мне. Я даже охрипла. От волнения. Она, видимо, шутит.

– Кейт, я тебя сейчас придушу. Только не говори, что это ужасная проблема, потому что нельзя сообщать о съемках меньше, чем за неделю или что-то в этом роде – если будет отказ, это удар по бюджету, мой продюсер в это уже вложился.

– Никаких проблем. Вообще никаких. Ни больших, ни маленьких, ни малейших. – Украдкой я осмотрела комнату, думая, что все на меня смотрят, ведь происходит нечто невообразимое, невероятное, из ряда вон выходящее, но все занимались своими делами.

– Это потрясающе. Ты потрясающая. Я поверить не могу. Ты удивительная.

– Да, я такая, – со смехом подтвердила Аврил.

– Я… не знаю, что сказать. Как тебе удалось?

– Да у меня просто голова лопалась, столько разных идей я привезла из Копенгагена. А все про Данию и хюгге сейчас очень в тренде. Мой босс сказал, что никогда не видел у меня такого энтузиазма. И решил, что зрителям это тоже понравится. Он… эээ… сказал, вообще-то, что я стала намного ближе зрителю. Я, конечно, не представляю, о чем это он, но решила ему поверить.

Конечно, мы обе отлично представляли, о чем это он. В последнюю неделю Аврил стала заметно мягче – то ли оценила свое домашнее счастье, то ли поняла, что вся эта конкуренция и борьба на службе не так важны, как ей представлялось.

Я окинула взглядом офис, погруженных в дела коллег. Никто из них и не подозревал, что сейчас произошло и какой огромный успех свалился на меня буквально с неба. Может, мне стоит взять пример с Аврил?

С подготовленным отчетом и ворохом бумаг я постучала в дверь к Меган. Кабинет был пуст.

– Ты случайно не знаешь, где Меган? – спросила я девушку, чей стол стоял рядом.

– Она в переговорной, на встрече.

– Встреча у нас назначена в десять.

– Да нет, они заседают с девяти. С этим датским парнем.

– Ларсом Вильдером?

– Вот-вот, с ним.

– С девяти?

– Да, да, – раздраженно (сколько можно, не дают работать) ответила девушка.

Не дожидаясь лифта, я через две ступеньки понеслась по лестнице. Вчерашний разговор. Только теперь до меня дошло. Вот что значит витать в облаках и не слушать, что тебе говорят. Ты можешь к нам присоединиться в десять.

Задыхаясь от бега и злости, я влетела в комнату и увидела за круглым столом Ларса, Меган и Джоша.

– А, это ты, Кейт, – Джош подал голос первым. – Присаживайся, мы как раз заканчиваем обсуждать наши предложения.

Я устремила на Меган испепеляющий взгляд.

– Кейт, – Ларс вскочил и, обогнув стол, выбежал мне навстречу. Схватив меня за руки, он стал энергично их трясти, а потом и вовсе поцеловал в щеку, незаметно подмигнув при этом.

– Ларс.

– Как вы долетели?

– Хорошо, спасибо.

– Знаете, а я очень благодарен судьбе, что вы не попали на тот рейс. Иначе моя мать еще долгие часы лежала бы на холодном полу. – Он обернулся к Джошу: – Я в неоплатном долгу перед Кейт. Она спасла мою мать.

Это прозвучало ужасно высокопарно. Идеальное чувство английского языка внезапно изменило Ларсу. Зачем говорить «спасла» там, где скромного «помогла» было бы вполне достаточно.

Джош заерзал на стуле, растерянно поглядывая то на меня, то на Меган. На лице у него было явно написано: почему я узнаю обо всем последним? Меган быстрее сориентировалась в ситуации и сладко улыбнулась:

– Да, Кейт прекрасный сотрудник. Нам с ней повезло.

– Я вижу, – невозмутимо проговорил Ларс. – И уверен, что вы цените ее и отдаете должное ее деловым качествам.

– Конечно, – закивала Меган.

– В Дании очень ценят совместную работу, в одной связке. Приятно видеть, что и вы так же смотрите на вещи.

– Теперь, когда Кейт наконец подошла, можем мы вернуться к обсуждению нашей новаторской маркетинговой кампании? – с умиротворяющей улыбкой спросила Меган.

Новаторская маркетинговая кампания? Что-то новенькое, впервые слышу, что ее готовили.

– Итак, Ларс, как мы уже говорили, – подхватил Джош, – план таков: до официального открытия проведем серию необычных, дразнящих и возбуждающих интерес акций – например, такая бомба: мы наводним столицу воздушными шарами.

– Наводним шарами? – Ларс растерянно скользнул по сидящим за столом и остановил взгляд на мне, демонстрируя полное непонимание. В ответ я округлила глаза и слегка пожала плечами – мол, сама ничего не понимаю.

Джош прервал молчание, продолжив свой рассказ:

– Это будет совершенно потрясающая и сложная операция. Мы уже с успехом проводили такие рекламные кампании и получали позитивные отзывы и награды. В данном случае мы планируем заказать десять тысяч воздушных шариков с датским флагом на них. Их будут распространять в ключевых местах по всей столице наши помощники – этакие лазутчики, группами по четыре, в униформе «Йема»… Мы думаем также организовать перекрестную рекламу с нашим клиентом с автомобильного рынка, хотим обставить все с помпой и заинтриговать публику. Бомбить будем Сейнт-Панкрас, Кингс-Кросс, Паддингтон, Ватерлоо… все ключевые точки, такие как Трафальгарская площадь, Оксфорд-Серкус, Ковент-Гарден… все подобные места. В результате люди начнут спрашивать друг друга, что это за шарики, что это значит? Почему датский флаг?

– Бомбить? – недоуменно переспросил Ларс, вдруг утратив свой безупречный английский.

– Бомбить не прямо в смысле «бомбить», – обаятельно улыбнулся Джош. – Это термин. Как бомбить фотографиями.

Ларс продолжал хмуриться.

– Эти шарики. Мне кажется, это не совсем экологично, не дружественно по отношению к окружающей среде.

– Они будут биоразлагаемыми, конечно, – отмахнулся Джош. – Это привлечет внимание.

– Но что датский флаг говорит о «Йеме»? Нам хотелось дать людям почувствовать хюгге. Ваше предложение не совсем в духе хюгге.

Меган, явно почувствовав, что им не удается заинтересовать Ларса, нахмурилась и переключилась на меня:

– Кейт, надеюсь, ты что-то принесла. Есть новости о результатах пресс-тура? Может, ты готова рассказать Ларсу, на какое освещение события в СМИ мы можем рассчитывать.

Набрав воздуха, я начала:

– Все шесть участников тура считают его фантастическим. Им очень понравилась программа, и все они готовят публикации, колонки, статьи по результатам поездки.

На лице Джейсона я заметила скептическую усмешку: ну да, как же, знаем мы эти обещания.

– Молодец, Кейт, отличая работа, – похвалила Меган. – Я уверена, ты предоставишь Ларсу полный отчет. Ну, если у тебя все, хочу предложить вернуться к теме, поднятой Джошем, время бежит, а эта кампания важна.