Джули Кэплин – Маленькое кафе в Копенгагене (страница 31)

– Это крах. Карточный домик.

– Не перегибай палку с театральными эффектами. – Спокойный голос Дэвида немного разрядил обстановку.

Конрад смиренно кивнул ему:

– И снова ты прав. Дэвид, видите ли, очень добр ко мне. Позвонил прямо с утра, чтобы справиться, как я себя чувствую. Я искренне раскаиваюсь. Меня немного занесло, и я напился. Все, что происходит, ужасно, вот я и прячу голову в песок. Притворяюсь, что ничего не происходит, и делаю глупости, отгораживаясь от действительности. Я вел себя как старый болван. Долг за вино я выплачу непременно.

– Не волнуйся из-за него, Конрад. – Я вскочила и погладила его по руке. Он вдруг резко постарел и выглядел намного старше своих шестидесяти шести. Мне стало не по себе, было очень огорчительно видеть его таким беспомощным. – Я уверена, что компания, – тут я осеклась и оглянулась на Еву, ведь ее сын нес все расходы по этому туру, – компания оплатит счет.

– Конечно, оплатит, – решительно подтвердила Ева. – Но вам нужно разобраться в себе. Кейти, – обратилась она ко мне, – ты не могла бы приготовить еще по чашке кофе?

– Угу, конечно. – Я шла медленно, нога за ногу, но она не проронила ни слова, пока я не скрылась на кухне.

Когда я вышла с тремя чашками кофе (последняя, для меня, была на подходе), все трое кивали головами с таким видом, как будто только что подписали что-то вроде мирного договора.

– Рассказать не хотите? – Я была, мягко говоря, уязвлена.

Ева радостно улыбнулась.

– Кажется, мы нашли решение проблем Конрада и Дэвида. Конрад может арендовать верхний этаж в доме Дэвида.

– У меня места много, – усмехнулся довольный Дэвид.

– А я – отличная компания, – заявил Конрад. – И он только сейчас признался мне, что живет, оказывается, в Северном Клэпхеме, в одном из очаровательных эдвардианских домов, ближе к Шордичу[24].

Мужчины наперебой заговорили, обсуждая дом Дэвида, преимущества района, размер комнат и планировку кухни, а Ева, непринужденно откинувшись на спинку, смотрела на них с добродушной улыбкой, красноречиво говорившей, что она считает свою работу выполненной.

На днях Дэвид проговорился, что страдает от одиночества. Его признание заставило и меня задуматься. Я вспоминала моменты отчаяния, когда спрашивала себя, что я делаю со своей жизнью. Не одиночество ли их причина?

Зазвонил мобильник, и я посмотрела на экран. Это пришло обновление Твиттера. О, черт, писала Аврил.

Еще один сказочный день.

#ЧудоКопенгаген, хотя одного человека мы чуть не потеряли. Забрался в винный погреб и попытался выпить его до дна #пресстурромантика

Никакой надежды, что Меган это не прочтет или кто-то ей не передаст. А вот и эсэмэска от нее. «Срочно позвони».

Глава 18

Вопли Меган все еще звенели у меня в ушах, когда я вышла к группе. После разговора на повышенных тонах, в котором мне пришлось давать объяснения по поводу Твиттера Аврил, у меня окончательно опустились руки. На мое счастье Меган хотя бы не спросила, во что обошлась компании эскапада Конрада. Я надеялась, что счет по кредитной карте не поступит в агентство в ближайшие дни.

Сегодня утром мы должны были идти на экскурсию в «Карлсберг», а после этого на знаменитую Круглую башню. Затем несколько часов свободного времени и долгожданный поход в парк Тиволи, о котором мы мечтали с самого первого дня.

Я вознамерилась не спускать с Конрада глаз. Ясно же, в этой пивоваренной компании колоссальная коллекция бутылочного пива, насчитывающая более десяти тысяч бутылок. Да, я твердо решила, что ни на секунду не выпущу Конрада из поля зрения.

Пивоварня очаровала всех и каждого, даже Бен, кажется, ходил по ней с удовольствием. Фиона, как всегда, нащелкала множество кадров, а Аврил поразила всех нас, оказавшись знатоком пива – выяснилось, что она и сама происходит из небольшой пивоваренной династии.

После этого мы направились в Круглую башню[25]. Этого события я ждала, замирая от ужаса. Я с детства побаиваюсь высоты, но мне не хотелось, чтобы кто-то из группы догадался о моей слабости. Тем более что неприятности, которые на нас свалились, были мной улажены и мой авторитет в глазах журналистов явно вырос – я это ощущала. У моих подопечных создалось впечатление, будто я знаю, что делаю. Понятно, что в такой ситуации я совсем не горела желанием опозориться перед ними и выглядеть по-идиотски.

К моей радости, Круглая башня оказалось вовсе не такой ужасной, как я себе представляла. Да, в Интернете я видела множество фотографий этой постройки, довольно сумрачной, как из сказки про Рапунцель, с узкими готическими оконцами. Но на поверку башня оказалась не такой уж мрачной, весьма живописной и куда более высокой, чем я ожидала. С нее наверняка должен был открываться впечатляющий вид на город. Постараюсь смотреть на горизонт, а не вниз – и справлюсь с испытанием. Никто не узнает, что от страха у меня заранее трясутся поджилки.

Войдя внутрь, я тут же влюбилась в светлые и просторные, с белыми сводчатыми стенами интерьеры башни. Они больше походили на какую-нибудь современную арт-галерею, чем на средневековый исторический памятник. Ступеней не было, вместо них наверх вела пологая спиральная дорога, на булыжники которой из окон падал солнечный свет. Строго и просто. А ощущения высоты не было вовсе, и я сумела отнестись к этому как к увеселительной прогулке.

– Пандус был построен, чтобы наверх могли проехать лошади и повозки, – давал пояснения Мэс, пока мы неспешно преодолевали подъем. – Машины сюда тоже поднимаются, а еще каждый год проходят гонки на одноколесных велосипедах – вверх и вниз.

– Психи, – вынесла вердикт Софи. – И наверняка все с больными спинами после тряски по этим булыжникам.

Мне удалось подняться, не заглядывая в окна, хотя остальные время от времени замирали от восторга, любуясь видами. Никто, кажется, не обратил внимания на то, что я периодически хваталась за мобильник или начинала с внезапно вспыхнувшим интересом рассматривать на его экранчике фотографии.

Мы уже почти достигли верха, когда Мэс остановился и показал на маленький, вроде ниши, проем в самом центре башни.

– Подойдите и загляните. – Мэс таинственно усмехнулся. – Если смелости хватит.

Мы сбились в кучку, ни один не хотел подходить к этой нише первым. Но всех, кроме меня, заинтриговала улыбка Мэса, в которой ощущался вызов.

Бен, протиснувшись вперед, смело ступил в нишу, пригнув голову, чтобы не удариться.

– Назад! – крикнул Мэс.

– Шутишь? – в тон ему ответил Бен.

– Вообще-то, да. – Мэс сверкнул своей обычной жизнерадостной улыбкой. – Это вполне безопасно.

Я услышала, как Бен свистнул, после чего он вышел из ниши и присоединился к нам.

– Страшная штука. Преодоление себя.

Разумеется, после этого всем потребовалось увидеть, что там, и один за другим все потянулись к нише. Я вежливо пропускала всех вперед, как хозяйка за обеденным столом, которая ждет, пока гости наедятся. Конечно, такой ход оказался ошибкой, потому что в конце концов все обернулись ко мне.

– Давай, Кейт, твоя очередь, – призывала Софи. – Это великолепно.

Я замерла, сердце начинало частить.

– Нет, все в порядке. Уверена, что все хотят добраться до вершины башни, а значит, мы должны придерживаться графика. Не забывайте, что я – сопровождающая. Я здесь на работе.

– Чепуха! – хором воскликнули Софи и Аврил.

– Да нет, честно. – Я натянуто улыбнулась, надеясь, что мой ужас не слишком бросается в глаза. Мне не хотелось развалиться на куски перед всей компанией.

Увы, сквозь хор восторженных голосов, уговаривающих тебя сделать глупость, очень трудно расслышать свой внутренний голос, который убеждает, что всё это безумная и никуда не годная затея. Потому что даже теоретически не может быть великолепным нечто, расположенное на вершине очень высокой башни.

– Давай, Кейт, мы все там уже побывали. Очень важно, чтобы ты присоединилась, – подначивал меня Бен. Я попыталась испепелить его взглядом, но он в ответ невинно поднял брови.

Черт, черт. Все как один нетерпеливо меня обступили. Как я могла отказаться?

Вздохнув поглубже, я сделала несколько шажков. Усилие воли. Победа духа над плотью. Я смогу это сделать – ради своей карьеры. Я же профессионал. Да, сделаю, без проблем. Тем более Мэс уверяет, что это безопасно.

Крошечный узкий коридорчик был довольно клаустрофобным. В нем было просто невозможно развернуться, и пришлось сделать несколько шагов вперед. Я оказалась в круглой комнатке с каким-то кругом посреди пола. Я посмотрела вниз, и… Аааа! Я отступила бы, но отступать было некуда. С бешено бьющимся сердцем я все же заставила себя посмотреть туда снова. Да чтоб вас! От ужаса у меня, кажется, встали дыбом волосы. Страшно. Страшно. Страшно. Это было очень глубоко. Очень, очень глубокий колодец, через все здание, до самого дна. Дно было видно прямо отсюда, через стекло.

– Давай, Кейт. Там же стекло, – поторопил Мэс.

Да ладно… Действительно. Хитроумное освещение создает иллюзию, а так сверху кусок стекла. Только мне от этого было не лучше.

Даже не поворачиваясь, я знала, что все они заглядывают в узкий проход и с любопытством смотрят на меня. Осторожненько я выставила ногу вперед. Ох, слава богу, нога ощущала преграду. Там и правда стекло.

– Ну давай уже, Кейт. Шагай.

Я закрыла глаза, сжала кулаки так, что ногти впились в ладони, набрала в грудь воздуха и шагнула.