Джули Кагава – Закон бессмертных (страница 54)

— Если мы пойдем по дороге, то будем производить меньше шума, — говорил Зик; судя по голосу, он был зол, но не хотел этого показывать. Пока Джеб и его ученик спорили, остальные стояли, сгрудившись в нескольких ярдах от них, под деревьями. Прислонившись к камню, спрятавшись в тени, я стала слушать. — Терезе и детям так будет легче, и продвигаться мы будем быстрее.

— Если по этой дороге поедут Шакал и его головорезы, мы это поймем, только когда они окажутся прямо перед нами, — тихо возразил Джеб, буравя Зика холодным злым взглядом. — Ты видел, как быстро они способны двигаться — когда мы их заметим, будет уже слишком поздно. Ты хочешь пожертвовать всеобщей безопасностью лишь потому, что по лесу идти чуть тяжелее?

Надо отдать должное Зику — он не спасовал.

— Сэр, — тихо сказал он, — пожалуйста. Люди так больше не могут. Все уже без сил. Мы шли весь день и всю ночь, нужно отдохнуть. Если не станет полегче, люди начнут отставать и совершать ошибки. И если кто-то за нами следует, то так ему будет куда проще нас настичь. — Подбородок у Джеба напрягся, глаза сощурились, и Зик посмешил продолжить: — Скоро нам потребуется пополнить запасы. А Ларри сказал мне, что эта дорога ведет к небольшому городу. Сэр, нам нужны еда, патроны и хороший отдых. Мне кажется, лучше пойти на риск встретиться с мародерами, чем постоянно опасаться бешеных и вампиров в лесу.

Несколько мгновений Джеб молча смотрел на него, и я уже подумала, что сейчас он откажется просто из принципа никогда ни с кем не соглашаться. Но тут он сердито выдохнул и повернулся к дороге.

— Проследи, чтобы все держались вместе, — приказал он, и Зик вытянулся в струнку. — И я хочу, чтобы двое человек шли позади самое меньшее в двадцати футах от нас. Если они что-то увидят или услышат, я хочу знать об этом немедленно, ты меня понял?

— Так точно, сэр.

Напоследок бросив на своего ученика недобрый взгляд, Джеб устремился вперед по дороге, а Зик дал всем сигнал отправляться. Люди двинулись вперед, явно радуясь тому, что больше не надо пробираться сквозь темные заросли чащи. Разбитая, изобилующая ямами дорога таила свои опасности, но идти по ней было легче, чем продираться через кусты, спотыкаясь о камни и ветки.

Я, впрочем, на дорогу выходить не стала — кралась по лесу с краю. Несмотря на кромешную темноту, Зик, оглянувшись, легко мог различить на открытом пространстве следующий за группой силуэт. Однако я могла его слышать — Зик и Дэррен прикрывали тыл группы, следуя в двадцати футах позади. Вначале они молчали и можно было уловить лишь звуки их шагов по неровному асфальту, но потом сквозь темноту до меня донесся тихий голос Дэррена.

— Твой старик последнее время совсем на тебя взъелся, — пробормотал он. — Сейчас он первый раз с тех пор, как мы ушли от Арчеров, поговорил с тобой как с человеком.

— Он сердится, — не слишком искренне пожал плечами Зик. — Я подверг опасности всех. Если бы что-то случилось, это была бы моя вина.

— Не вини себя, Зик. Мы все ее видели, все с ней говорили. Она всех нас обманула.

Внутри у меня все сжалось. Прищурившись, я вслушалась в разговор. Я всецело сосредоточилась на голосах парней впереди, шум ветра и скрип веток исчезли. Я услышала, как Зик вздохнул, представила, как он проводит рукой по волосам.

— Я должен был что-то заметить, — пробормотал он, и в голосе его звучал свирепый гнев. — Теперь, когда я об этом думаю, понимаю — было столько тревожных звоночков, столько мелочей. Я просто не смог собрать картину воедино. Мне никогда в голову не приходило… что она может оказаться вампиром.

Внезапно Зик пнул отколовшийся от дороги кусок асфальта так, что тот улетел в кусты.

— Господи, Дэр, — пробормотал он сквозь стиснутые зубы, — а если бы она кого-то укусила? Калеба, например. Что, если бы она все это время кормилась от наших детей? Если бы она убила кого-то, если бы что-то случилось с нашими… потому что я… — Он замолчал, едва не задыхаясь от отвращения, а потом прошептал: — Я бы ни за что себе такого не простил.

Меня пробрал озноб. Я стиснула кулаки, пытаясь заглушить поднимающийся во мне, точно буря, гнев. Зик должен был понять меня, должен был знать, что я бы никогда…

Стоп. Я разжала кулаки. Нет, он не понял бы. С чего бы ему понимать? Я вампир, а дети — самая легкая добыча. На месте Зика я думала бы так же.

Только мне все равно было больно. Больно снова слышать, кем они меня считают — чудовищем, безжалостно охотящимся на самых маленьких и слабых. Я и не думала, что будет так больно. Я изо всех сил стралась не кормиться ни от кого из них, особенно от Калеба и Бетани, — и все зря.

Но ведь я принесла в жертву другого человека, чужого, — лишь бы только не кормиться от тех, кого я знаю. Так что, возможно, их страх был оправдан.

— Зик, — снова раздался голос Дэррена — неуверенный, словно он боялся, что их могут подслушать. — Ты знаешь, я в тебе не сомневаюсь. Если ты говоришь, что она вампир, то я тебе верю. Но… но она мне не казалась… плохой, понимаешь? — Он помолчал, словно потрясенный тем, что смог высказать такое, но продолжил: — Я что хочу сказать — я помню, что нам говорил Джеб. Я помню: он говорил, что они демоны и в них нет ничего человеческого, но… до Эллисон я ни одного вампира не видел. Что, если мы ошиблись?

— Прекрати, — от голоса Зика мои внутренности словно оледенели. Суровый, угрожающий, он звучал так же, как когда ночью под дождем Зик столкнулся лицом к лицу с вампиром. — Услышь это Джеб, он бы выгнал тебя вон — ты бы и глазом моргнуть не успел. Если мы начнем подвергать сомнению все, что мы знаем, то нам придет конец, и я сейчас ни в чем сомневаться не намерен. Она была вампиром, и это все, что мне требовалось знать. Я не собираюсь подвергать всех опасности просто потому, что ты к ней привязался.

«Кто бы говорил», — подумала я, и то же самое пробормотал Дэррен. Зик злобно зыркнул на него:

— Что-что?

— Кто бы говорил, — повторил Дэррен уже злее. — Может, я и пригласил ее ходить с нами на охоту, но я не лез из кожи вон, чтобы болтать с ней каждую ночь. Все видели, как ты на нее смотрел. Ты особо этого не скрывал, знаешь ли. Каждый раз, когда вы двое куда-то уходили, Рут чуть ли не в припадке билась. Так что не надо мне тут читать нотации насчет привязанности, Зик. Ты втрескался в эту вампиршу, все это видели. Может, ты сперва свою шею проверишь, прежде чем на других пальцем показывать? Сдается мне, эта вампирша могла тебя укусить когда угодно…

Зик повернулся и врезал Дэррену в челюсть так, что тот полетел на асфальт. Потрясенная, я застыла. Дэррен поднялся, утер рот и с воплем бросился на Зика — оба упали. Парни принялись мутузить друг друга посреди дороги, кулаки так и свистели в воздухе; идущие впереди закричали. Дэррен был старше и немного выше Зика, но Зик учился драться, он сумел взгромоздиться противнику на грудь и теперь колотил его по лицу. В воздух просочился запах крови.

Все закончилось через несколько секунд, хотя казалось, что бой шел дольше. Джейк и Сайлас бросились к мальчишкам, растащили их, так что драчунам оставлось лишь злобно зыркать друг на друга, утирая рты. Из носа у Дэррена текла кровь, у Зика была рассчена губа, на асфальт падали красные капли. Парни не вырывались из рук Джейка и Сайласа, хотя оба, похоже, готовы были продолжить, как только их отпустят.

— Что это значит?

Следовало отдать Джебу должное. Он не кричал, даже не повысил голос, но напряжение между мальчишками мгновенно исчезло. Джеб сделал Джейку и Сайласу знак отойти и с мрачным лицом встал между бывшими противниками. Я присмотрелась к парням. Дэррен был бледен и, похоже, пребывал в ужасе, а у Зика на лице застыл стыд.

— Ты меня разочаровываешь, Иезекииль. — Тон, которым Джеб это произнес, был бесцветнее кожи бешеного, но Зик скорчил такую гримасу, словно ему огласили смертный приговор.

— Я прошу прощения, сэр.

— Извиняться ты должен не передо мной, — пронзив парней стальным взглядом, Джеб отступил назад. — Причина вашей драки мне неизвестна и неинтересна. Но в нашем сообществе мы не поднимаем в гневе руку друг на друга, вы оба это знаете.

— Так точно, сэр, — пробормотали Зик и Дэррен.

— Раз уж у вас обоих хватает сил на драку, сегодня вы отдадите свой ужин тем, кому он нужнее, чем вам.

— Так точно, сэр.

— Джейк, — позвал старик. — Ты пойдешь позади с Дэрреном. Зик… — он повернулся к Зику, который чуть вздрогнул, — ты пойдешь впереди со мной.

Зик и Дэррен переглянулись, затем Зик отвернулся и пошел за Джебедайей. Но я заметила, как между ними промелькнуло безмолвное извинение, и внезапно поняла, что Дэррен боится — не за себя, а за Зика. ***

Почему он боялся, мне стало ясно несколько часов спустя, когда мы наткнулись на городок, о котором говорил Ларри. Выглядел он таким же пустым и выхолощенным, как и все мертвые поселения: растрескавшиеся мостовые, проржавевшие машины, рассыпающиеся здания, заросшие сорняками. По парковке, перепрыгивая через автомобили и велосипеды, пронеслось стадо оленей. Дэррен проводил их жадным голодным взглядом, но шагавший деревянной походкой вслед за Джебедайей Зик даже глаз не поднял. Я следовала за ними через город, держась близ зданий, огибая машины, пока они не дошли до маленького строения на углу улицы. Когда-то оно было белым, с остроконечной черной башней-шпилем и цветными стеклами в окнах. Теперь краска облезла, обнажив гнилые доски, а крошечные острые осколки сверкали в лунном свете. На крыше опасно кренился, словно готовясь упасть в любую секунду, деревянный крест.