Джули Кагава – Закон бессмертных (страница 38)
Зик нахмурился, хотя лицо его выражало скорее любопытство, чем досаду.
— Не знал, что ты умеешь читать, — тихо произнес он.
Я пожала плечами и протянула ему книгу.
— Довольно печальная история, — сказала я, не желая показывать, как меня напугало прочитанное. Зик принял книгу с улыбкой.
— Местами да, — согласился он. — Но есть и другие места, весьма утешительные, надо только знать, где смотреть.
— Например?
Помедлив, Зик снова открыл книгу, долистал до определенного места, словно по памяти.
— Вот тут, — он передал мне книгу, указав пальцем на строку, — моя любимая цитата.
— Зик! — на сей раз до нас донесся пронзительный голос Рут. — Ты разрешал Дэррену взять твою порцию мяса?
— Что? Нет! — Зик развернулся, но Дэррен уже убегал, смеясь. Когда Зик погнался за ним, Дэррен завопил, что лучше бы тому поймать его до того, как он съест его ужин, а я взглянула на указанную Зиком строку.
— «Если я пойду и долиною смертной тени, — с трудом одолевала я старинную фразу, — не убоюсь зла, потому что Ты со мной».
Неплохая мысль, подумала я, наблюдая за тем, как парни гоняются друг за другом по лагерю. Но я знала этот мир лучше. Джеб был прав: никто за нами не приглядывает. И чем скорее Зик это осознáет, тем дольше он сможет прожить в этом аду. ***
На следующий вечер, выбравшись из своей палатки, я обнаружила спрятавшихся у края лагеря Зика и Дэррена — они о чем-то тихо говорили. Оба явно хотели, чтобы их никто не заметил, и это, разумеется, разожгло во мне любопытство. Отряхнув землю с рукавов, я медленно пошла к ним.
— Я знал, что так и будет, — тихо пробормотал Дэррен, когда я приблизилась. — Надо было запастись, пока была возможность. Кто знает, когда мы доберемся до следующего города?
— Что случилось? — спросила я, усаживаясь рядом.
Зик посмотрел на меня и вздохнул.
— Запасы кончаются, — признался он. — Положение такое, что, даже если урежем рацион, протянем лишь несколько дней. — Он провел пятерней по волосам. — Мы с Дэрреном думаем пойти на охоту, но Джеб не хочет, чтобы группа разделялась. Особенно когда есть вероятность встречи с бешеными. К тому же для охоты у нас вот это, — добавил он и показал мне лук и колчан стрел. — Это лишь усложняет задачу. На открытом пространстве к оленю практически невозможно приблизиться, но закате шансов больше всего.
Сидящий напротив Зика Дэррен внезапно улыбнулся мне — всего на мгновение. Удивившись, я улыбнулась в ответ. По крайней мере, парней не заботили кое-чьи сплетни, хотя я никогда не слышала, чтобы Рут говорила обо мне с Зиком или Джебедайей.
— Почему бы не взять огнестрельное оружие? — спросила я, вспомнив пистолет Зика и обрез Джеба.
Зик покачал головой.
— У нас очень мало патронов, — ответил он. — Огнестрел мы используем только для защиты или в чрезвычайных ситуациях. А поскольку такой ситуации сейчас нет, охотимся с луком и стрелами.
Я опустила глаза. На земле, завернутый в квадрат промасленной ткани, лежал третий лук с ненатянутой тетивой. Зик проследил за моим взглядом и вздохнул.
— Джейк обычно ходит с нами, — пояснил он, — но плечо последнее время сильно его беспокоит и сил натягивать тетиву уже нет.
— Я с вами пойду.
Парни переглянулись.
— Я быстро учусь, — добавила я, не обращая внимания на поднятую бровь Дэррена. — Двигаюсь я тихо, и я сильнее, чем вы думаете. Я точно смогу освоить охоту.
— Дело не в этом, — помедлив, сказал Зик. — Просто… я не хочу, чтобы у тебя были проблемы с Джебом, не хочу, чтобы он пожалел о своем решении оставить тебя тут. — Он ткнул пальцем в Дэррена: — Дэр просто бегает за мной повсюду, как брошенный щенок, и все к этому привыкли, — Зик уклонился от полетевшего в него комка грязи, — но ты новенькая, и Джебу не понравится, что ты отделяешься от коллектива. Думаю, лучше будет, если ты пока останешься здесь. Извини.
Я сердито нахмурилась — моя вампирская гордость была уязвлена. Знали бы они, что я бы успела забить взрослого оленя прежде, чем они его заметят. Но я придержала язык и пожала плечами.
— Как скажешь.
— Может, в следующий раз, ладно? — предложил Дэррен, подмигнув. — Я тебе покажу, как это делается.
Я вспыхнула, но Зик взял свой лук и поднялся на ноги.
— Пошли, — сказал он, потягиваясь. — Джеб без меня не уйдет, надеюсь, так что, если он кого-то захочет наказать, это будет на моей совести. Людям надо есть, нравится ему это или нет. Эллисон, — добавил он, когда я тоже встала, — ты скажешь Джебу, куда мы собрались? — Он ухмыльнулся: — Разумеется, после того как мы отойдем на достаточное расстояние. Дэр, ты готов?
— Готов, — вздохнул Дэррен, закидывая лук и колчан на плечо. — Да начнутся наши тщетные труды.
Зик скорчил гримасу и шутливо толкнул своего приятеля. Дэррен дал сдачи, замахнулся слишком сильно, Зик меж тем увернулся и побежал прочь, Дэррен — за ним. Я проследила, как их худые силуэты тают в темноте, уменьшаются и исчезают среди холмов.
Затем я подняла с земли третий лук и колчан и повернулась в другую сторону.
— Что это ты задумала?
Со вздохом я обернулась к Рут — в руках у нее дымились миски с ужином, на лице застыло хмурое выражение.
— Сбегаешь? — прищурилась она на меня. — Джебу это не понравится. Куда ты собралась?
— Почему бы тебе самой не придумать? — ответила я, шагнув вперед, и, к моему удовольствию, Рут спешно попятилась. — Ты разве не этим занимаешься все время? — Рут покраснела, и моя улыбка стала шире. — Я заметила, что когда ты распространяешь свои враки, то к Зику и Джебу не подходишь. Боишься, что они заметят твой змеиный язык?
Вид у Рут был такой, словно у нее руки чесались залепить мне пощечину, и в глубине души мне хотелось, чтобы так она и поступила. С выбитым зубом она наверняка станет куда меньше задаваться. Несколько секунд Рут пыталась собраться, миски с жарким она стиснула так сильно, что костяшки ее изящных пальцев побелели.
— Я не понимаю, о чем ты говоришь, — наконец заявила она, и я фыркнула. Бросив взгляд на лук в моих руках, Рут усмехнулась и вздернула подбородок: — Надеешься что-то принести в лагерь? Ты хоть что-то знаешь об охоте? Если ты думаешь, что Зик заметит эту твою жалкую попытку выпендриться, то горько ошибаешься.
— Ну да, подстрелить оленя, чтобы вы тут все не умерли с голоду из-за параноидальных иллюзий одного безумца, — это с моей стороны выпендреж, — я закатила глаза. — Что за блестящее умозаключение. Не хочешь поведать его?
— Не умничай, — прошипела Рут, оставив всякие приличия. — Думаешь, ты такая особенная, потому что ты из вампирского города. Думаешь, я этого не вижу — как ты спишь в стороне от всех, как стараешься сохранять таинственность, ничего не рассказываешь о месте, откуда пришла? — Губы Рут скривились в незамутненном злобном отвращении. — Ты просто хочешь внимания — нашего и Зика. Я ясно вижу это по твоему поведению.
Тут уже я рассмеялась.
— Ух, да ты совсем чокнутая деваха! Зик в курсе, какая ты жуткая стерва? — Лицо Рут залил густой румянец. — Знаешь, у меня на такое нет времени. Развлекайся своими теориями, брызжи ядом сколько тебе угодно. Я собираюсь сделать что-то полезное. Может, и тебе стоит попробовать.
— Ты тронутая, слышишь меня? — крикнула Рут мне в спину. — Ты что-то скрываешь, и я выясню что!
Стараясь не подпускать ее к себе, я побежала трусцой прочь от лагеря, уже выглядывая на горизонте добычу. Я заставляла себя не думать о том, как могла бы подстеречь Рут подальше от палаток, утащить ее, визжащую и брыкающуюся, в темноту и вырвать ей глотку. Дело было не в том, что она меня бесила — а она меня очень,
Я попыталась перенаправить свои мысли о смерти и насилии на текущую задачу — я была рада снова поохотиться. В пересохшем водоеме я обнаружила сгрудившееся стадо огромных мохнатых зверюг, но решила с ними не связываться — слишком большие. Не то чтобы я сомневалась, что смогу убить такое животное — потеряв достаточно крови, умрет кто угодно. Но если я заявлюсь в лагерь с гигантской тушей на плечах, это может показаться подозрительным.
Вместо этого я отыскала среди холмов стадо маленьких оленей, пасущихся на травяной гряде. Отложив лук, я стала подкрадываться к ним, по возможности держась против ветра, и наконец увидела изгибы изящных фигурок, почувствовала запах бегущей по венам крови.
Все кончилось быстро. Олень, которого я приметила, ни о чем даже не подозревал, пока я не вспрыгнула ему на спину, а потом было уже слишком поздно. Стадо, в середину которого я бросилась, разбежалось, но я схватила своего оленя — он как раз пытался встать на ноги — за рога, вывернула ему голову и быстро сломала шею — мгновенная смерть. Когда подергивающееся тело животного упало на землю, мне пришлось подавить желание впиться клыками в горло — я понимала, что оленья кровь меня не напитает. Взвалив тушу на плечи, я вернулась к тому месту, где оставила лук и колчан. Бросив тушу, я вынула из колчана стрелу и воткнула ее в оленье тело, между ребер. Может, это и паранойя, но будет неудобно объяснять в лагере, почему у оленя сломана шея, а следов от стрел нет.
Схватив оленя за рога, я двинулась вперед, но тут над травой пронесся слабый, но знакомый гул — он шел с дороги неподалеку. Я замерла, вспоминая, где я уже слышала этот звук, а потом на верхушку холма взобрались два луча от фар — и начали спускаться. Внутри у меня похолодело, желудок скрутило.