Джули Кагава – Душа меча (страница 8)

– Поздравляю, Каге, – проговорил я с улыбкой, стоя на вершине лестницы. – Вы меня нашли. – Улыбка стала шире и обнажила клыки. Несколько воинов содрогнулись. Должно быть, они никогда прежде не видели óни, пусть даже размером с человека. Фактически я пользовался телом Каге Тацуми, пускай теперь, когда я сумел высвободиться, ему и передались некоторые демонические черты. Конечно, я был поменьше, чем в былые времена, но рога, когти и угольно-черная кожа выдавали меня с потрохами. Я по-прежнему выглядел как óни, существо, пред которым даже храбрейшие из людей бледнеют от ужаса. – И что же прикажете с этим делать?

Во мне вдруг вспыхнули искорки чужого сознания. Каге Тацуми, прежний владелец этого тела, отчаянно пытался выгнать меня, помешать тому, что могло случиться. Я почувствовал, как он силится взять надо мной верх, мечется, точно рыба, попавшая в сети, и посмеялся над этими ничтожными попытками воспрепятствовать неизбежному.

Гляди-гляди, убийца демонов. Смотри внимательно, как я буду рвать твоих товарищей на кровавые лоскуты и развеивать их по ветру, смотри и чувствуй свою беспомощность. Но не оставляй попыток. Борись и сопротивляйся, покуда сможешь. Мне нравится ощущать твое разочарование. Внутри меня полыхнула вспышка чужой ярости, и я хихикнул. Последнее мое заточение в Камигороши продлилось почти четыре века, а ты в плену всего три дня. Но и они кажутся вечностью, правда?

Мадзуцуши вышел вперед.

– Хакаимоно, – повторил он. Стоит отдать ему должное, его голос не дрогнул, хотя рукава едва заметно подрагивали. – Госпожа Ханшу приказывает тебе освободить убийцу демонов, Каге Тацуми, и вернуться в Камигороши.

Я расхохотался, и смех мой эхом отразился от стен храма и поднялся в темное небо. Самураи сгруппировались и вскинули мечи.

– Ой, это что-то новенькое, – съязвил я, с ухмылкой глядя на них. – Как-как? Освободить убийцу демонов? Отпустить его, а самому добровольно вернуться в Камигороши еще на несколько столетий? – Я лукаво склонил голову набок. – Мне любопытно: а что я получу, если соглашусь с этими требованиями? Проведу еще четыреста лет, медленно сходя с ума от скуки и отчаяния? – Я покачал головой. – Так себе сделочка, Каге. Дипломат из тебя неважный.

Показная любезность тут же слетела с мадзуцуши. Его черты исказились ненавистью и страхом. Он ткнул тонким пальцем в сторону верхней ступеньки.

– Издеваться вздумал, демон? – брызжа слюной, вознегодовал он. – Освободи Каге Тацуми и возвращайся в меч, а иначе на тебя обрушится гнев всего Клана Тени.

– Гнев всего Клана Тени? – переспросил я. – Человек, да твой клан объявил мне войну еще тысячу лет назад, заточив меня в этом треклятом мече. – Я вскинул перед собой Камигороши, убранный в ножны, и мадзуцуши отшатнулся, словно в руке у меня была отрубленная голова. – Я помню Каге Хиротаку, – продолжал я. – Помню, как он загадывал желание Дракону – просил заточить меня в этом жалком царстве. Обречь на бесконечные страдания. Что ж, его воля исполнилась. – Я достал меч, давая волю ненависти и гневу, копившимся во мне веками. – Слабые, жалкие смертные, чья жизнь столь коротка… Войну мне объявить вздумали, а ведь уже слишком поздно. Я уже объявил ее всему Клану Тени – и не успокоюсь, пока все его члены не будут стерты с лица земли, пока все мужчины, женщины и дети не потонут в собственной крови, пока имя Каге навеки не исчезнет со страниц истории.

– Изверг. – Мадзуцуши побелел. Его глаза наполнились ужасом. – Разговоры тут не помогут. Мы лишь даром теряем время. Убийцу демонов не спасти.

Он опять вскинул руку. По воздуху прокатилась волна неведомой силы, и черные цепи вырвались из камней, чтобы обвить меня. Они опутали мне руки и грудь, обжигая холодом, да так, что теперь я и пошевелиться не мог. Мадзуцуши самодовольно ухмыльнулся и повернулся к самураям.

– Убейте его, – приказал он и кивнул в мою сторону. – Смерть чудовищу! Отрубите ему голову, и пускай демон возвращается в Камигороши. Отстоим честь Каге!

Воины испустили боевой клич и поспешили по лестнице, высоко подняв мечи. Я сощурился и крепче сжал рукоять меча, когда первые из самураев добрались до верхней ступеньки, не ведая, что тихий голос внутри меня отчаянно просит их не приближаться. Он прекрасно знал, что теневая магия мадзуцуши бессильна против тех, кто черпает силы из мрака.

Смотри-смотри, Тацуми. Сейчас твой клан немножечко поредеет.

Зарычав, я высвободился из цепей и рассек пополам двух самураев одним ударом Камигороши. В воздух взвился кровавый фонтан. Куски тел разлетелись в стороны. На мертвых лицах отпечаталось выражение ужаса. А я тем временем обезглавил еще одного воина и выступил вперед, готовый сразиться с остальными. Раздались крики, полные испуга и удивления, а за ними последовала новая атака самураев – вот только чересчур медленная. Алые брызги на миг застыли в воздухе аркой, а после осыпались на камни. Камигороши, неистовый, точно вихрь, метался меж самураев и рубил их на куски.

Я опустил меч, вдохнул кровавый туман и посмотрел на единственного выжившего – мадзуцуши, призывавшего меня обезглавить. Он замер на нижней ступеньке, потрясенно взирая на останки воинов, разбросанные вокруг, и на кровь, стекавшую с лестницы.

– Что ж, – я огляделся с деланым любопытством, а потом посмотрел на соперника. – Кажется, остались только мы двое.

– Демон, – прошептал маг, когда я начал спускаться. Он резко выбросил руку вперед, метнув мне в лицо три черных дротика. Я отмахнулся от них, и они развеялись дымом. Мадзуцуши изумленно округлил глаза и стал пятиться по двору – торопливо, то и дело спотыкаясь. Я шел на мага, уверенно нагоняя его. – Тебе не сломить Каге! – Он взмахнул рукой, две черные собачьи тени соткались из мрака и кинулись ко мне. Одну из них я рассек Камигороши, а вторую задушил, когда она прыгнула на меня. Грозные хищники исчезли без следа.

Маг продолжил отступать.

– Ты не сможешь победить, – все упрямствовал он, задыхаясь. По его лицу заструился пот и закапал на камни. Мадзуцуши вскинул руки, защищаясь от нападения. – Что бы ты ни делал, твое пребывание здесь не бесконечно.

Сеть, сплетенная из мрака, вытекла из его пальцев и полетела ко мне. Я схватил ее и отшвырнул в сторону, а жалкий человечишка наконец врезался спиной в ограду двора. Тяжело дыша, он понял, что угодил в западню, и вжался в камни, не в силах сдержать дрожь. Я остановился в шаге от него. Лицо мадзуцуши, вымазанное краской, взмокло, черные отметины размазались. Он уставился на меня, сверкая белками глаз, непокорный даже пред лицом смерти.

– Мой клан за меня отомстит, – прошептал он. – Госпожа Ханшу знает, что ты вырвался на свободу, Хакаимоно. И пока ты бродишь по нашим землям, Клан Тени не успокоится. Мы прогоним тебя, даже если это будет стоить нам тысячи воинов, шиноби и мадзуцуши!

– Госпожа Ханшу? – со смешком переспросил я. – Да она ведь использовала вас как наживку, смертный. Она и не рассчитывала на вашу победу. – Маг нахмурился, а я фыркнул. – Ханшу меня знает… Мы с ней давно знакомы, с твоей даймё. И она прекрасно понимает, что мне ничего не стоит уничтожить дюжину самураев и одного мадзуцуши. Ты и твои воины были принесены в жертву ради того, чтобы меня задержать, – а может, чтобы проверить, на что я способен. Возможно, сейчас где-то неподалеку прячется шиноби и наблюдает за нами. Пускай. Потом расскажет ей, что к чему.

Я поднял меч и обрушил на мага. Лезвие рассекло ему череп, а потом и все тело. Мадзуцуши упал на колени, развалился надвое и рухнул на землю, истекая кровью.

– Клан Тени погибнет, – сказал я, обращаясь к шиноби-шпиону, который ловил каждое мое слово, и к человечьей душе, заточенной во мне и клянящей собственную беспомощность. – Я буду мстить за каждый день, проведенный в заточении, убивая по одному из Каге – мужчин, женщин, детей, – пока не истреблю всех. Я сотру в пыль их дворцы и города и залью земли кровью, да так, что на них уже никогда ничего не вырастет. А когда встречусь с госпожой Ханшу, посмотрим, сможет ли бессмертная выжить, если вырвать ее иссохшее сердце и сожрать. – Я убрал Камигороши в ножны, развернулся и пошел через двор к ступеням храма. – Передай своей даймё, что не стоит больше ко мне никого подсылать, – велел я незримому шпиону. – Мы с ней и так скоро свидимся.

Краем глаза я уловил едва заметное движение на крыше храма – безликая тень растворилась в ночи. Как только она исчезла, я хмыкнул и покачал головой. Все в точности как я и думал. Клан Тени, при всех своих тайнах, загадочности и заигрывании с мраком, оказался довольно предсказуемым.

Впрочем, отыскали они меня быстрее, чем я рассчитывал. Даже если этот отряд нужен был лишь для проверки, если беспощадная даймё выслала его исключительно эксперимента ради, чтобы выяснить, насколько я силен, за ним последуют другие. Прожив несколько столетий бок о бок с Каге, изучив их повадки и секреты на примере хозяев Камигороши, я узнал о Клане Тени больше всех, не считая бессмертной даймё.

Вот только за это время Клан Тени успел изучить и меня. С дюжиной самураев я мог справиться без труда. А вот побороть несколько сотен будет уже сложнее, особенно если их поведет мадзуцуши. Их новый верховный маг, доходяга по имени Каге Наганори, несносный наглец, обладал недюжинной силой, как я уже успел убедиться. А Каге Тацуми, хоть это и было неприятно сознавать, не мог похвастать бессмертием. Его тело, пускай я и укрепил его и научил быстро исцеляться – а мы славимся этим даром, – было не столь выносливо, как тело óни. Достаточно было перерезать ему горло мечом или пустить стрелу в сердце – и меня снова ждало заточение в Камигороши длиной в несколько веков.