Джудит Макнот – Что я без тебя… (страница 68)

– Что вы имеете в виду?

Девушка горько усмехнулась:

– Неожиданное предложение Стивена обвенчаться, когда мы были в Альмаке. Как раз в тот день он получил известие о смерти отца Чариз. И из жалости счел своим долгом жениться, не питая ко мне никаких чувств.

– Очень некрасиво было со стороны Николаса представить все в таком свете.

– Мне самой следовало догадаться. Но я вела себя как дурочка с графом, который как ни в чем не бывало флиртует сейчас с этими женщинами.

– А вы рассказали все это Лэнгфорду?

– Пыталась, но он заявил, что разговоры его не интересуют, – со страдальческим выражением лица ответила Шерри.

– А что же его интересовало? – спросила мисс Чарити, склонив голову набок.

Этот вопрос заставил Шеридан взглянуть на нее. Она уже не раз замечала, что сестра герцога Стэнхоупа гораздо проницательнее, чем выглядит. Вот и сейчас она пристально посмотрела на густо покрасневшую Шерри.

– Полагаю, доказательства моей невиновности, но скорее всего я вообще его не интересовала, – уклончиво ответила Шерри. – Я попробовала вчера поставить себя на его место и поняла, что он считает меня виновной, поскольку я тайком сбежала из дома. И оправдаться мне нечем.

Мисс Чарити собралась уходить, и Шеридан при мысли о том, что видит эту славную женщину в последний раз, не смогла сдержать слез и крепко обняла фарфоровую куклу.

– Будьте добры, передайте всем мой прощальный поклон и скажите, что я благодарна им за искреннее желание мне помочь.

– Могу ли я еще что-нибудь для вас сделать? – спросила мисс Чарити с таким выражением лица, что казалось, она вот-вот расплачется.

– Да, можете, – улыбнулась девушка. – Передайте, пожалуйста, его милости, что я хотела бы с ним на минутку увидеться, только наедине. Буду ждать его в маленьком салоне возле приемного зала.

После ухода Чарити Шеридан несколько раз глубоко вздохнула, чтобы успокоиться, и, подойдя к окну, увидела, как старушка приблизилась к Стивену и заговорила с ним. После этого Стивен вскочил и так стремительно направился к дому, что у Шерри появилась надежда. Возможно, он извинится за грубость и попросит ее остаться.

Спускаясь по лестнице, она не могла отделаться от этих сладостных фантазий, и сердце ее учащенно забилось, когда, войдя в салон, она закрыла за собой дверь, однако стоило Стивену появиться и бросить на нее взгляд, как надежда начала таять. На нем были рубашка и бриджи для верховой езды; он держал руки в карманах и выглядел не только равнодушным, но и совершенно чужим.

– Вы хотели меня видеть?

Он остановился посреди комнаты, и, сделав несколько шагов, Шерри оказалась от него на расстоянии вытянутой руки. Напустив на себя безразличный вид, что далось ей нелегко, Шеридан кивнула.

– Должна сообщить вам, – сказала она, – что я уезжаю. Мне не хотелось бы исчезнуть, как в прошлый раз.

Она помолчала, вглядываясь в его жесткое лицо с выражением сарказма, в надежде найти в нем хоть малейший проблеск чувства: ведь она ему отдалась и теперь так внезапно уезжает. Но он лишь с недоумением вскинул брови.

– Я не принимаю вашего предложения, – продолжала она, не в силах поверить, что ее решение нисколько не интересует Стивена после того, как она провела с ним ночь, отдала ему свою невинность.

Он слегка пожал плечами:

– Вот и прекрасно.

Подобная наглость с его стороны заставила Шерри забыть об отчаянии и унижении. Охваченная дикой яростью, она пошла к выходу, но вдруг вернулась.

– Что-нибудь еще? – нетерпеливо спросил он, все так же бесстрастно глядя на нее.

В восторге от пришедшей ей в голову мысли, девушка приблизилась к нему с лучезарной, обезоруживающей улыбкой.

– Да, – весело ответила она.

Одна бровь Стивена поползла вверх.

– Что именно?

– А вот это! – Шеридан влепила ему такую пощечину, что он покачнулся, затем невольно попятилась, увидев в его глазах бешенство, и, задыхаясь от гнева, приняла боевую позу. – Вы – бессердечное, грязное чудовище. Не могу поверить, что позволила вам дотронуться до меня ночью. Я чувствую себя оскверненной… – На его скулах заиграли желваки, но Шеридан ничего не замечала, стремясь высказать все, что накопилось на сердце. – Я согрешила, позволив вам сделать свое грязное дело, однако этот грех я еще смогу замолить. Но никогда себе не прощу, что как последняя дура верила вам и любила вас.

Дверь оглушительно хлопнула, а Стивен так и не двинулся с места. Перед глазами все еще стояла Шерри, разгневанная, с метавшими молнии серебристыми глазами и лицом, выражавшим презрение, но еще более прекрасная, чем всегда.

«Никогда себе не прощу, что как последняя дура верила вам и любила вас».

Эти слова, как и весь облик Шеридан, навсегда запечатлелись в памяти Стивена. Боже! Сколько искренности было в ее голосе! Да такой актрисы больше не найти! Эмили Лэтроп ей и в подметки не годится. Правда, у Эмили не было такого непорочного облика и бурного темперамента, как у Шеридан. Достаточно искушенная, но сдержанная, она ни за что не устроила бы такой сцены.

И скорее всего не отвергла бы с таким презрением его предложение…

По правде говоря, он не ожидал этого и от Шеридан. Неглупая и честолюбивая, она блестяще разыграла потерю памяти и едва не превратилась из гувернантки в графиню. Его предложение прошлой ночью не дало бы ей никакого положения в обществе, зато она получила бы возможность жить в роскоши, о которой и не мечтала.

То ли она не так умна и честолюбива, как он предполагал.

То ли ее не привлекает роскошь…

То ли она вовсе не интриганка, а простодушная наивная девушка, какой была до прошлой ночи.

Подумав немного, Стивен отверг последнее предположение. Кто не чувствует за собой вины, тот не убегает и не прячется – тем более Шеридан с ее мужеством и решительностью.

Глава 57

Уитни изо всех сил старалась не омрачить торжество по случаю дня рождения Ноэля и сделать так, чтобы гости забыли о Шеридан Бромлей, но почти все были разочарованы подобным поворотом событий, поскольку искренне желали примирения Шеридан с ее бывшим женихом. А тут еще небо заволокло тучами, и пошел дождь. Он загнал всех в дом и окончательно испортил настроение женщинам. Только Чарити Торнтон не унывала, сохраняя бодрость духа и не в пример остальным не отправилась к себе, чтобы вздремнуть перед ужином. Говоря по правде, ее вполне устраивало, что все разошлись.

Расположившись на кожаной софе в бильярдной, скрестив ноги и сложив на коленях руки, старая леди принялась наблюдать за игрой герцога Клеймора, Джейсона Филдинга и Стивена Уэстморленда.

– Игра на бильярде всегда была моей слабостью, – солгала она, когда Клейтон ударил кием по шару и промазал. – Уверена, вы нарочно промахнулись, чтобы оставить все шары Лэнгфорду, – весело заметила она.

– Любопытное предположение, – сухо откликнулся Клейтон, с трудом сдерживая раздражение, уверенный в том, что промазал из-за ее дурацких замечаний. – Ну и что теперь?

– Теперь Стивен нас обоих обставит, – усмехнулся Джейсон Филдинг.

– Ах, вот оно что, – с самым невинным видом улыбнулась Чарити, высматривая свою жертву, которой на сей раз оказался Стивен, склонившийся в этот момент над столом. – Значит, вы самый лучший игрок в этой компании, Лэнгфорд?

Стивен оглянулся с таким видом, что Чарити показалось, будто мысли его в этот момент витают где-то далеко-далеко. После отъезда Шерри он стал мрачным и бледным, как сама смерть. И все же он не промазал – три шара попали в лузу.

– Отлично, Стивен! – воскликнул Джейсон.

Только это и нужно было Чарити.

– Мне так нравится мужское общество! – неожиданно заявила она, наблюдая, как Клейтон разливает по стаканам мадеру.

– И почему, позвольте узнать? – вежливо поинтересовался он.

– Женщины обычно мелочны, даже мстительны, – заметила она как раз в тот момент, когда Стивен собрался отправить очередной шар в лузу. – В то время как мужчины в высшей степени лояльны друг к другу. Взять хоть Уэйкфилда. – Она дружески улыбнулась Джейсону Филдингу, маркизу Уэйкфилду, и продолжила: – Будь вы женщиной, Уэйкфилд, то непременно позавидовали бы блестящему удару Лэнгфорда.

– Я и позавидовал, – пошутил Джейсон, но увидев, как вытянулось у мисс Чарити лицо, быстро проговорил: – Нет, конечно же, нет, мэм.

– Что и требовалось доказать! – захлопала она в ладоши, в то время как Стивен обходил стол для следующего удара.

– Но стоит мне задуматься о мужской дружбе, как на ум приходят два джентльмена.

– Кто же они, если не секрет? – спросил Клейтон, наблюдая за Стивеном, нацелившим кий на один из шаров.

– Николас Дю Вилль и Лэнгфорд!

Стивен едва не промазал, шар медленно покатился и, словно нехотя, скользнул в лузу.

– Везет же вам, Лэнгфорд, еще немного, и промазали бы, – заметил Джейсон. И чтобы Стивен не обиделся, добавил: – Интересно, кто-нибудь из вас пытался подсчитать, сколько раз вы выигрывали исключительно благодаря везению?

Не обращая внимания на попытку Уэйкфилда сменить тему, Чарити продолжала гнуть свою линию, стараясь втянуть в разговор Джейсона и Клейтона и избегая смотреть на графа, который снова обошел стол для следующего удара.

– Не будь Николас верным другом Лэнгфорда, он немедленно отправил бы Шеридан Бромлей домой в тот же день, когда она, сбежав с венчания, пришла к нему излить душу. Но он не сделал этого.

Мисс Чарити увидела в зеркале на противоположной стороне, как дрогнул кий в руках Стивена, когда он, прищурившись, посмотрел на ее затылок.