Джозеф Нокс – Улыбающийся человек (страница 51)
Я молчал.
– Тебе когда-нибудь говорили, сынок, что ты – бесчувственный человек? Вот прямо сейчас арабский таможенник в латексных перчатках имеет Оливера Картрайта, как тряпичную куклу. Что ты на это скажешь?
– Не повезло, – ответил я.
Паррс уставился на меня:
– Одно время я думал, что ты можешь быть мне полезен. И что я оберну твою бесчувственность против людей, которые этого заслуживают. Тебе всего-то надо было затаиться после прошлогодней катастрофы, и общение с инспектором Сатклиффом помогло бы тебе в этом. Может, даже научило бы тому, как не надо делать. Но я ошибся. От тебя совсем никакой пользы. – Он помолчал, давая мне осмыслить услышанное. – С Картрайтом покончено. Да и хрен с ним. Но мы с тобой когда-то доверяли друг другу. Выкладывай свою версию. И приведи аргументы. Железные.
– Мне ничего об этом не известно, сэр.
– В несознанку уходишь? Самая убедительная ложь всегда строится на правде. Кто поверит, что самый безнравственный сотрудник полиции решил пожалеть малолетнюю проститутку, которая раздвинула ноги перед чуваком из телевизора? – Взгляд его красных глаз впился в мое лицо. – Я поверю, Эйдан. В то, что у тебя есть слабое место, и в то, что ты способен нагло врать месяцами и дурачить всех вокруг. Да во что угодно поверю, но ты сидишь тут и заявляешь, что тебе неизвестно, как отборный кокаин оказался в чемодане Картрайта.
– Вы же сами сказали, суперинтендант. Он – известный телевизионщик. Думал, что правила его не касаются. Рано или поздно попался бы на чем-нибудь.
Паррс мрачно улыбнулся:
– Что бы ты там ни думал, у меня нет времени на Оливера Картрайта. Он сам быдло и вещает для себе подобных. Я даже рад, что он мне глаза больше мозолить не будет. Надеюсь, из вещей ему оставят только ремень попрочнее. Но полагаю, тебе известно, с кем он повязан? С тем, кого называют «паладином альтернативных правых». Надеюсь, он не придет к тому же заключению, что и я. Потому что в противном случае Картрайт найдет ремню другое применение. Махнется с каким-нибудь пожизненно осужденным на мобилу из задницы и сделает пару вонючих звоночков. Нет, я могу закрыть глаза на это дело, разбирайтесь сами, детки. Вообще-то, я тебя сюда позвал спросить, с чего вдруг тщательное ковыряние в мусорках потребовало вмешательства Министерства обороны?
– Из-за трупа в «Палас-отеле», сэр.
– И как Зубоскал связан с мусорными поджогами?
– Я только что сдал рапорт. Похоже, Зубоскал и есть поджигатель.
Паррс не пошевелился.
– У меня есть видеозапись, сэр.
Его челюсти сжались.
– Уж не сомневаюсь.
– Этот человек сжигал в урнах то одно, то другое, в том числе – большую сумму денег. Полотенце, в которое они были завернуты, украдено из отеля «Мидленд», где мы нашли личные вещи покойного. Они привели нас с детективом-инспектором Сатклиффом к женщине, которая когда-то встречалась с человеком по имени Росс Браун. Мы полагаем, что Браун и есть тот погибший из отеля. Бывший военный. Уволен в запас в связи с посттравматическим синдромом.
Паррс откинулся на спинку кресла:
– Хорошо сработано. Я серьезно. Тебе будет приятно услышать, что я сегодня беседовал по телефону со Стромер. Она берет обратно свои нелестные характеристики. Ты был прав, утопленник из канала тоже связан с улыбающимся человеком. У тебя будто шестое чувство сработало… – Он буравил меня взглядом красных глаз. – Однако не обольщайся, она по-прежнему считает тебя ходячей катастрофой. Что ж, положим, твой драндулет перевернулся и приземлился на колеса. Но попутно задавил Оливера Картрайта. Так что пока тебе везет. Ладно, я же тебя от важных дел отрываю. Может, вообще прекратим общение?
– Сэр, нужно сказать детективу-инспектору Сатклиффу про владельцев отеля. Сложилась такая ситуация, что…
– Не стоит, детектив-констебль. Двое на это дело – слишком много. Талантам Сатти найдется другое применение… – Он заметил перемену в моем лице. – Есть что сказать по этому поводу, детектив-констебль?
– Нет, сэр.
– Если у тебя имеются претензии к действующему офицеру полиции, самое время их высказать.
– Мне не настолько интересен звук собственного голоса.
– Я почти купился.
– Заниматься владельцами отеля в одиночку слишком сложно, сэр.
– А ты делай только свою часть работы. Отнесись к ней со всей серьезностью. Предлагаю сделку. Некогда валандаться с Сатти? Покажи мне, как работает настоящий детектив. Выясни, кто этот улыбающийся человек и как его зовут, и я найду Сатти другого напарника…
Паррс всегда заключал сделки по принципу «все или ничего».
– Но если до главарей не дойдет, что не стоит назначать награду за твою голову, а до приятелей Картрайта, наоборот, дойдет, что это ты подбросил ему наркотики, и расследование по делу улыбающегося человека заведет тебя в какие-нибудь дебри… – Паррс снова зловеще улыбнулся. – Тогда выпутывайся в одиночку. Тебе же так больше нравится.
4
После разговора с Паррсом я озадачился тем, как раздобыть нужную информацию о «Палас-отеле». Без ответа оставались вопросы, касающиеся Наташи Рив и Фредди Койла. Рив получала анонимные письма о том, что у ее мужа интрижка с Джеффом Шортом. Кто-то хотел насолить обоим, а общих знакомых у них было двое.
Аниса Хан и Энтони Блик.
Я позвонил Анисе.
– Детектив-констебль Уэйтс? Не скажу, что очень рада вас слышать.
– Если бы ваши клиенты были честны со мной с самого начала, мне бы не пришлось вытягивать из них правду по крупице.
– Но мы все время возвращаемся к одному и тому же вопросу. Как супружеская измена связана с трупом в отеле? Вы хоть немного продвинулись в расследовании?
– Отдельные факты ни о чем не говорят. Требуется связать их воедино. Мне по-прежнему нужно побеседовать с вашим боссом.
– Он вернется из Таиланда на следующей неделе…
– Слишком поздно. В этом деле каждый день возникает что-то новое, могут пострадать ни в чем не повинные люди.
– Ладно, – сказала Аниса, помолчав. – Но там сейчас глубокая ночь. К тому же я хочу присутствовать при разговоре.
Мы условились встретиться завтра в конторе и поговорить с Бликом по видеосвязи. Еще я хотел поподробнее расспросить Анису об интрижке, которая происходила у нее под носом. Раздумывая о том, кому могла принадлежать кровь в «Мидленде», я нашел страничку Блика в «Фейсбуке» и не без разочарования отметил, что он продолжает отдыхать на полную катушку. Красуется с голым торсом в окружении уже других тайских девушек.
5
Я отправился в книжный магазин «Уотерстоунз» на Динсгейте. В отделе поэзии нашлись сборники стихов Омара Хайяма от разных издательств, с разными фамилиями переводчиков и даже на иностранных языках. Я купил версию, которая легче читалась, и поспешил на встречу с Рики, женихом Шан. Когда я пришел в «Восходящее солнце», он сидел, склонившись над пинтой, за маленьким столиком у двери.
Его бокал был наполовину пуст.
– Извини, что опоздал, – сказал я.
– Да ничего страшного. Пива еще закажешь?
– Конечно. – Я подошел к бару и оглянулся на Рики.
Он избегал моего взгляда и казался пьяным. Интересно, какой я в его глазах? Вечно хмурый небритый коп с плохой биографией, который подкатывает к его девушке. Наверное, он считает меня откровенным нахалом. Очевидно, ему потребовалось некоторое мужество, чтобы вызвать меня на разговор. Мне стало стыдно, что я спровоцировал такую ситуацию. Я расплатился, отнес бокалы на столик и сел напротив Рики. Он допил пиво и потянулся за новым бокалом.
– Слушай, Рики, я рад, что ты позвонил.
– Правда?
– Да. Не знаю, что ты подумал на днях, когда увидел, что Шан держит меня за руку, но это был дружеский жест.
Впервые за все это время Рики посмотрел на меня.
– Дело в том, что в бар приходил какой-то чувак и расспрашивал обо мне. И сообщил ей один факт, который не совпадал с тем, что она знала от меня.
Рики нахмурился:
– Не понимаю…
Я решил сказать все как есть.
– Я солгал Шан, когда мы встречались. Хочешь – сам у нее спроси. Не знаю, что тебе известно обо мне…
Он снова отвел взгляд. Достаточно было погуглить мое имя, чтобы найти массу статей о том, что меня отстранили от службы, обвинили в коррупции и краже наркотиков, но потом эти обвинения таинственным образом испарились.
– В общем, Шан расстроилась. И взяла меня за руку, потому что хотела убедить, что я не прав. Вот и все.
Рики по-прежнему молчал, и я неожиданно для себя продолжил говорить:
– Я не видел ее больше года, и первым делом она сообщила, что у нее появился бойфренд. Что она счастлива. Я не собираюсь вам мешать.
Рики кивал, не глядя на меня.
– Хорошо, – наконец сказал он. – Спасибо.
– Ты не об этом хотел поговорить?