Джозеф Хенрик – Самые странные в мире. Как люди Запада обрели психологическое своеобразие и чрезвычайно преуспели (страница 98)
Темная материя или Просвещение?
В XVII и XVIII вв. в умах ведущих европейских интеллектуалов, таких как Джон Локк, Дэвид Юм, Вольтер, Монтескье, Томас Пейн и Адам Смит, стал складываться комплекс взаимосвязанных идей о конституционной форме правления, свободе, всеобщем равенстве перед законом, естественных правах, прогрессе, рациональности и науке. Эти разномастные западные идеи веками приносились набирающим силу потоком психологической темной материи — индивидуализма, диспозиционализма, аналитического мышления и обобщенной просоциальности, — которую я описывал на протяжении всей этой книги. Эта психологическая темная материя — столь же невидимая и трудноуловимая, как космическая, — уже давно проявлялась в хартиях и конституциях вольных городов, монашеских орденов и университетов, а также в каноническом праве. Умы мыслителей эпохи Просвещения, которые использовали и по-разному сочетали эти идеи и концепции, уже относились к протозападному психотипу. Локк и Руссо, например, считали, что жизнь строится вокруг общественного договора, по условиям которого власть правительства основывается на согласии управляемых. Другими словами, они начали понимать общество как добровольное объединение — точнее, как корпорацию. Столетиями ранее каноническое право установило, что для того, чтобы предпринять действия, которые могут повлиять на членов корпорации, ее руководители должны заручиться их согласием. Кроме того, ввиду основополагающей роли обезличенных рынков и торговли договорное право, основанное на нормах
Как и их интеллектуальные предшественники в рядах Церкви, деятели эпохи Просвещения выстраивали свои политические и научные теории, приписывая людям или объектам определенные свойства — то есть мыслили аналитически. В частности, политические теории эпохи Просвещения наделяли людей естественными правами, такими как «жизнь, свобода и собственность» Локка, и исходили из этой посылки. Мы видели, что этот подход использовался на практике, хотя и в менее грандиозной форме, уже в независимых городах XII в., а затем был импортирован в каноническое право и переработан в философские конструкции. В XIV в. идея естественных прав стала еще более респектабельной (с философской точки зрения) благодаря францисканским монахам, таким как Уильям Оккам (вы, вероятно, слышали о его знаменитой бритве). Напротив, незападные политические теории в большинстве своем основывали политическую власть и экономические привилегии на родовых связях, происхождении или Божественной воле, а не на индивидуальных правах. Но чем ближе к человеку Запада ваша личная психология, тем менее вы склонны фокусироваться на межличностных отношениях и тем больше у вас мотивация к тому, чтобы изобретать невидимые свойства, приписывая их отдельным людям и используя для обоснования универсальных законов[656].
Короче говоря, неверно полагать, будто мыслители эпохи Просвещения внезапно взломали замок на сундуке Пандоры, вытащив оттуда табакерку разума и бутылку с ромом рациональности, при помощи которых и был спроектирован современный мир. Напротив, они были частью длительного кумулятивного процесса культурной эволюции, который формировал особенности восприятия, мышления, рассуждения и взаимоотношений в европейских популяциях еще с поздней Античности. Они попросту были интеллектуалами и авторами, которые оказались на авансцене, когда характерное для людей Запада мышление наконец сломило последний очаг сопротивления в Европе — аристократию.
13. Вперед, к звездам!
Нет ничего более привычного для государств, достигших определенных успехов в торговле, чем взирать на развитие соседей с подозрением, считая все торгующие государства своими соперниками, и полагать, что ни одно из них не может процветать иначе, как за их счет. <…> Но я пойду дальше и замечу, что там, где сохраняется открытое общение между нациями, невозможно, чтобы внутреннее производство каждой из них не получало прироста от прогресса других. Сравните положение Великобритании в настоящее время с тем, каким оно было два столетия назад. Все ремесла, как сельскохозяйственные, так и промышленные, были тогда крайне грубы и несовершенны. Каждое улучшение, которого мы добились после этого, стало возможно благодаря нашему подражанию иностранцам; и до сих пор мы должны были почитать за счастье, что они достигли успехов в ремеслах и изобретательстве раньше нас. Но это взаимодействие приносит нам большие преимущества и сейчас: несмотря на передовое положение наших мануфактур, мы ежедневно перенимаем изобретения и усовершенствования наших соседей в каждом ремесле. Сначала товар, к большому нашему неудовольствию, импортируется из-за границы, и мы думаем, что тем самым мы лишаемся денег; затем, к нашей видимой выгоде, постепенно импортируется само ремесло. <…> Если бы они сперва нас не научили, мы до сих пор были бы варварами; и если бы они не продолжали это обучение до сих пор, наши ремесла впали бы в застой и утратили бы то подражание и ту новизну, которые так способствуют их развитию.
Во второй половине XVIII в. в центральной части Англии разразилась промышленная революция, давшая начало настоящему экономическому цунами. Эта волна экономических изменений, которая во многом несется по миру и сегодня, подняла средний годовой доход британцев с 3430 долларов в 1800 г. (столько же, сколько в Кении XXI в.) до более чем 8000 долларов в 1900 г. и 32 543 долларов в 2000 г. (рис. 13.1A). Подхваченные взлетом Британии, другие популяции Западной Европы, а также США вскоре стали полноправными участниками этого процесса. Рост благосостояния привел к другим переменам, включая увеличение продолжительности жизни, снижение младенческой смертности и практически полную победу над голодом. Средняя продолжительность жизни в Великобритании выросла с 39 лет в 1800 г. до 46 лет столетием позже и 78 лет в 2000 г. (рис. 13.1Б). Сегодня, как и в большинстве стран Западной Европы, британские новорожденные могут рассчитывать прожить более восьми десятилетий[658].
Рис. 13.1. (A) Подушевой доход (ВВП на душу населения) с 1800 по 2018 г. и (Б) средняя ожидаемая продолжительность жизни новорожденных (в годах) с 1800 по 2018 г. в восьми европейских странах. Доходы приведены в международных долларах 2011 г. и скорректированы на основании паритета покупательной способности в пространстве и во времени[659]
Но это далеко не все. Ночные города впервые осветились газовыми фонарями, а со временем даже частные дома засверкали огнями электрических ламп накаливания. Люди превратили черные камни (уголь) в энергию пара, чтобы быстро передвигаться по суше и воде. Позже, после того как они научились использовать выступающую из-под земли черно-желтую жижу (нефть), путешествия становились еще быстрее, проще и безопаснее, пока люди не начали летать в алюминиевых трубах на высоте 10 км, похрустывая жареным арахисом в меду. Люди придумали, как передавать свои голоса по металлическим проводам, а затем — и с помощью невидимых волн. Врачи-расследователи наносили на карты случаи гибели от заболеваний, чтобы объяснить такие угрозы общественному здоровью, как вызываемая загрязнением водопровода холера, а ученые придумали, как использовать ослабленные или мертвые патогены для иммунизации новорожденных от смертоносных инфекций, которые веками выкашивали городское население по всему миру.
Экономическая, политическая и военная мощь, которую обеспечила европейцам эта революция, способствовала распространению межконтинентальной торговли, а также европейских законов, школ, религий и политических институтов. Конечно, глобальную экспансию сопровождали завоевания, жестокости и катастрофы, включая геноцид, колониальную зависимость, вынужденное переселение, репрессии, рабство и разрушение окружающей среды. Тем не менее, независимо от того, хотим ли мы сосредоточиться на экономических и технологических триумфах или на завоеваниях и жестокостях, остается вопрос: как и почему после 1500 г. началась эта вызванная инновациями экономическая и военная экспансия Европы?[660]
Вспомните инопланетных антропологов из главы 1, наблюдающих за Землей с орбиты около 1000 г. н. э. Ну или вот каким представлялся мир живущему в Толедо (современная Испания) мусульманскому ученому Саиду аль-Андалуси в 1068 г. Саид разделил его народы на две основные категории: тех, кто внес вклад в науки и ученость, — «цивилизованных» — и «варваров», которые этого не сделали. По мнению Саида, к цивилизованным народам относились индусы, евреи, египтяне, персы, греки и римляне (под которыми он подразумевал византийцев). Варваров он разделил на верхнюю страту, включавшую китайцев и турок (умелых воинов), и остальных, к которым относились «черные варвары» на юге (африканцы, живущие южнее Сахары) и «белые варвары» на севере (европейцы). Выражая широко распространенное среди мусульманских ученых той эпохи мнение, аль-Андалуси оценивал англичан и голландцев XI в. следующим образом: