Джой Филдинг – Убийственная красавица (страница 20)

Не прошло еще и часа, как они нашли труп Лианы. Джону нужно было вызвать следственную группу из Брауарда, дождаться, когда выкопают тело девушки, и только потом ехать к Мартинам. Он не сомневался, что они уже все знают. Потому что, когда Лиану откопали, ребята поисковой группы уже что-то тараторили в свои мобильные телефоны.

Но выяснилось — что в общем-то неудивительно — никто не собирался первым сообщать об этом Говарду и Джуди Мартин. И эту сомнительную честь предоставили ему. Кроме того, он также должен был сказать Мартинам, что подозреваемых в убийстве их дочери пока нет, но, поскольку речь идет уже не об исчезновении девочки-подростка, а об убийстве, его отделу придется пересмотреть все аспекты данного дела. А это значит, что нужно заново опросить всех друзей и знакомых Лианы, всех ее одноклассников и учителей. Далила говорила, будто учитель физики чуть ли не трясется от молоденьких девушек? И всех остальных второстепенных лиц, вроде Кэла Гамильтона и Рэя Саттера. У Джона опустились плечи, когда он понял, что до конца недели ему придется лично допросить едва ли не всех обитателей города. А он уже смертельно устал.

Он взглянул на часы, решив, что лучше всего начать прямо сейчас — мэр звонил уже дважды после того, как выкопали тело Лианы: первый раз попросил держать его в курсе дел, второй раз предложил подключить к расследованию ФБР. Джону пришлось напомнить мэру, что он знает про жителей Торранса больше, нежели любой агент ФБР, и попросил его набраться терпения.

— Я раскрою это убийство, — пообещал он, решив съездить домой и принять душ. Нельзя же заявляться к людям в потной и грязной форме, в которой он помогал вытаскивать из грязи тело Лианы. «В этом ты не пойдешь», — уже слышал он насмешливый голос Полин, вспомнив, что сегодня они должны были ужинать с Сарой и Фрэнком Лоуренс. Но даже Полин должна понимать, что в связи с происшедшим они вообще никуда не могут идти. И потом, у него все равно нет аппетита. В данный момент его мутило при одной мысли о еде.

Джон молча посидел несколько минут, вспомнив о пропавшей девушке из соседнего графства Хендри. А вдруг Кэнди Эббот, так, кажется, ее звали, тоже зарыта где-нибудь поблизости? Вдруг по южной Флориде шныряет маньяк, охотящийся за молодыми девушками? Вдруг это только начало? Джон схватился за голову, не желая даже думать о подобном. Он для этого уже довольно стар, у него слишком мало энергии для таких расследований. У него есть целая команда умных, старательных молодых помощников. Да, они в лепешку расшибутся, чтобы отыскать убийцу Лианы, но опыта в таких делах у них еще меньше, чем у него. А тут еще этот тщеславный молодой мэр повсюду сует свой нос, предугадывая каждый его шаг. Еще и часу не прошло, а он уже возмущается, почему это они так медлят. Черт бы его побрал!

Джон знал: что бы там ни показывали в кино, в обычной жизни, как бы тщательно и кропотливо ни работала полиция, преступник либо сам сдается, либо его вычисляют едва ли не случайно. Он затряс головой, отгоняя всякие нежелательные мысли и образы, — надо ехать домой.

А дома он первым делом скажет своей дочери, как ее любит.

В окнах было темно.

Едва Джон переступил порог, как на него обрушился звук орущего телевизора. В общем, все как обычно, потому что телевизор у них в доме орал всегда.

— Полин? — позвал он, щелкая выключателем на пороге так называемой большой комнаты, которая одновременно являлась гостиной и столовой. Помимо размеров, больше в ней не было ничего примечательного. Простая прямоугольная комната со слишком аляповатой, на его вкус, хотя и достаточно дорогой мягкой мебелью. Они редко пользовались этой комнатой как столовой. И Джон не мог вспомнить, когда они в последний раз все втроем сидели на неудобном и громоздком диване, специально предназначенном для всей семьи, и смотрели телевизор.

Бросив взгляд в сторону спальни Эмбер, он увидел, что дверь закрыта, но из-за нее не доносилось ни звука, и из-под щели внизу не просачивался свет. Судя по всему, дочери там не было.

— Эмбер? — позвал он, еще не зная, слышала ли она новость про Лиану, и надеясь, что она все-таки дома. — Эмбер? Эмбер, ты у себя?

Так и не дождавшись ответа, он прошел на кухню и поставил на серую гранитную столешницу большой пакет из «Макдоналдса», который захватил по пути домой. В нем был бигмак, два макчикена и три большие порции картофеля фри, которыми он рассчитывал умаслить Полин за то, что им придется отменить ужин.

— Полин? — позвал он уже громче, проходя в их спальню в глубине дома. Хотя зачем он ее, собственно, зовет? Все равно она ничего не услышит за этим ревом. Полин уверила его, что повредила барабанные перепонки, слушая слишком громкую музыку в юности, поэтому телевизор может смотреть, только если звук включен на полную мощность, иначе, мол, ничего не услышит. Но, поскольку в остальном слух у нее был превосходный, Джон втайне подозревал, что она делала это намеренно, чтобы лишний раз досадить ему.

Иногда, если ему хотелось пораньше лечь спать, а она еще смотрела одну из своих любимых программ — насколько он мог судить, они у нее все были любимыми, — ему приходилось ночевать в крошечной спальне для гостей. Это не доставляло ему больших неудобств, если только не считать того, что кровать здесь была не очень широкая и не такая удобная, как в их общей с Полин спальне. Зато он спал в ней один; к тому же спальня для гостей являлась единственной комнатой в доме, где не было телевизора. Во всех остальных — даже в кухне и в ванной — они стояли. Это была не его идея, сам он никогда не считал себя поклонником телевидения. Поэтому Полин иногда обвиняла его в снобизме, хотя на самом деле все обстояло иначе: ему было довольно трудно сосредоточиться на просмотре. В детстве он страдал легкой формой синдрома нарушения внимания, и ему до сих пор было нелегко подолгу концентрировать внимание на каком-то одном занятии. Наверное, не самая лучшая рекомендация для человека, занимающего пост шерифа, понимал он. По счастью, продолжительность его концентрации внимания никогда не подвергалась строгой проверке. До сего момента.

— Полин? — Он вошел в спальню, переводя взгляд то на миловидную красотку с длинными белыми волосами и большой полной грудью, которая скакала в телевизоре, то на неубранную пустую постель. То, что постель неубрана, его не удивило. Его удивило то, что Полин на ней не валялась. Неужели Полин уже узнала про Лиану и, догадавшись, что ему придется работать всю ночь, уже отменила ужин и ушла куда-то вместе с Эмбер, позабыв выключить телевизор? — Полин? — повторил он, потом схватил пульт, валявшийся на простынях с зелено-желтыми цветочными рисунками, и выключил треклятый ящик.

— Что ты делаешь? — незамедлительно последовал возмущенный вопрос. — Не выключай. Я смотрю!

Джон выглянул в коридор.

— Полин?

Его жена появилась из гардеробной, расположенной между спальней и ванной, на ходу застегивая золотую сережку. Ее крашеные каштановые волосы до плеч сейчас были собраны в узел на затылке, и, кажется, на ней, было новое синее платье. Во всяком случае, Джон решил, что оно синее. Помимо нарушения внимания он страдал еще и некоторой степенью дальтонизма, так что, вполне возможно, платье могло оказаться и черным. Ну а поскольку он не помнил, чтобы видел его раньше, то и решил, что оно, скорее всего, новое. Полин вечно жаловалась, что для шерифа он ужасно ненаблюдателен.

Не то чтобы его жена была непривлекательной женщиной — напротив, даже очень. В свои сорок три она была довольно стройной женщиной, с карими глазами и улыбкой настолько же очаровательной, насколько и редкой.

— Ты опоздал, — сказала она, выхватывая у него из руки пульт и снова включая телевизор. — Иди-ка сними эти грязные тряпки и прими душ. Я сказала Саре, что мы встретим их в половине восьмого, остались считаные минуты.

— Так ты ничего не слышала?

— Ты о чем?

— Про Лиану?

Полин ничего не ответила, мгновенно переключив все свое внимание на экран.

— Ты только взгляни на ее лицо, — сказала она, показывая на экран. — И она смеет утверждать, что не делала никаких пластических операций. Кого она дурачит? Если женщине за пятьдесят и у нее нет морщин, значит, она непременно делала подтяжку, и не одну.

— Полин, — сказал Джон громче, чем хотел, отчего у жены напряглись плечи. — Мы нашли тело Лианы.

— Да, я знаю. — Полин уставилась в пол, покрытый кремовым ковром. — Mon Dieu,[28] ты не снял ботинки.

— Ботинки?

— Ты заляпал весь ковер.

— Так ты знаешь про Лиану?

Полин снова напрягла плечи и слегка распрямилась.

— Сара рассказала мне это по телефону двадцать минут назад.

— Тогда что ты, черт побери, делаешь?

— Что значит «что я делаю»? Собираюсь на ужин. — Тут она принюхалась. — «Макдоналдсом» пахнет.

Джон еще больше повысил голос, чтобы перекричать телевизор.

— Я купил пару макчикенов. — У него уже появилось впечатление нереальности происходящего, будто он стал невольным участником одного из этих жутких реалити-шоу, которые так обожает его жена.

— Зачем мне макчикен, когда мы ужинаем с Сарой и Фрэнком?

— Потому что мы не ужинаем с Сарой и Фрэнком, — взорвался он, услышав в голосе жены вызов. — Потому что была жестоко убита девушка…