Джой Эллис – Гиблая трясина (страница 58)

– Я ее искал! Я пытался разыскать Лору, и не один год!

– Значит, плохо искал.

Мэтт не нашелся с ответом.

– О, а вот и что-то знакомое. Детский приют «Кэнвейл», милое местечко. Прежде чем его разогнали, нас там было двенадцать человек детей, и над каждым так или иначе измывались. Причем некоторым доставалось больше остальных.

– Так вот из-за чего все это!

– Ну разумеется. Представь себе, одиннадцать из двенадцати после «Кэнвейла» обрели наконец достойные семьи. Разве не замечательная статистика? Двенадцатому не повезло. Что поделаешь, такова жизнь. Что у нас там дальше? Ах да.

На стене появилось изображение Райана Фишера в школьной форме.

– Хороший мальчуган. Таких еще поискать. И готов держаться до конца, – с уважением заметил Тед. Школьное фото исчезло, на его месте появилась фотография небольшой комнатки, из мебели в ней были только узкая кровать и деревянный шкафчик. Щелк. На кровати лежал связанный Райан.

Последовало еще несколько аналогичных фотографий, на одной Тед, улыбаясь во весь рот, втыкал в голую руку мальчика иглу шприца. На последней ребенок спал или был без сознания, а рядом с кроватью на видном месте стояла большая канистра с бензином. При виде нее Мэтт почувствовал во рту вкус желчи.

– Ну и наконец, третий соискатель. Шлюха.

Возникло прекрасное лицо Лиз. На заднем плане виднелся деревенский дом – его собственный. Мэтт проглотил слюну, понимая, что совсем не хочет видеть того, что за этим последует.

– Роликом, который тебе предстоит лицезреть, я по-настоящему горжусь. Я добавил звуков и несколько изменил место действия. Уверен, тебе понравится.

Баллард зажмурил глаза.

– Будь любезен, взгляни. Торжество технологии! – сообщил Тед. – Если через минуту ты не откроешь глаза, я тебе просто веки отрежу. И это не шутка.

Мэтт открыл глаза и уставился на экран.

Пустую сердцевину старой мельницы заполнили мягкие переливы музыки. Пошли первые кадры причудливого видеоклипа. В некотором смысле инспектор все это уже видел раньше – на фотографиях, которые и привели его в этот ад, – он просто не знал, что на самом деле велась видеосъемка, а фотографии были просто стоп-кадрами.

Против собственного желания Мэтт обнаружил, что не может оторвать взгляд от экрана. Воображение и мастерство Теда были просто поразительными. Реальные кадры самым естественным образом переходили в компьютерные аватары его самого и Лиз, а потом обратно. Как в наркотическом дурмане. Действие происходило не в гостиничном номере, а в джунглях, на ковре из ярких цветов и лиан, которые извивались в такт двигающимся телам. Музыка ускорилась, пульсирующий ритм идеально следовал за движениями любовников, из динамиков доносились звуки секса.

Баллард беспомощно смотрел на то, как их собственные плоть и кожа переплавляются в физически безупречные, мускулистые, лоснящиеся тела компьютерных двойников. Не будь все это столь возмутительным вторжением в его личную жизнь, не чувствуй он себя вывалянным в грязи, он бы вполне мог признать ролик разновидностью искусства, причем из разряда истинных шедевров.

Музыка и звуки сделались оглушительно громкими, раздался полный наслаждения крик – и на стене снова появился кадр, на котором Лиз стояла у самой его двери. Резко выдохнув, Мэтт перевел взгляд на Теда и, к своему ужасу, понял, что тот внимательно смотрит на его промежность.

– Неплохо, ничего даже не шевельнулось. Лично я не могу не возбудиться, когда смотрю.

– Извращенец поганый!

– Несомненно, но ведь и талантливый до ужаса, согласись?

Теперь на изображении были все трое пленников Теда.

– Пора выбирать. – Тед по очереди указал пальцем на каждое фото. – Твоя дочь. – На лице Джеммы сияла уверенная улыбка, полицейская форма ей очень шла. – Твоя шлюха. – Лиз задумчиво смотрела на него; фото было сделано, когда она обернулась, закрыв дверь машины. – Или невинный ребенок. – Райан Фишер весело улыбался школьному фотографу.

Мэтт набрал в грудь побольше воздуха.

– Я не играю.

Тед ухмыльнулся.

– Еще как играешь!

– Ничего подобного. Во-первых, у меня нет уверенности, что Джемма – моя дочь. Ты лжец и манипулятор. И мог все это попросту ловко подстроить.

– Верно. Мог. Но не подстроил.

– Не верю. Что бы я ни сделал, что бы ни сказал, это не помешает тебе нас всех убить. Я не играю.

Ухмылка мгновенно исчезла с лица Теда. Он поднялся с кресла, шагнул к Мэтту и изо всех сил ударил его в лицо.

Мэтт почувствовал во рту соленый привкус крови.

– Я сказал, что не играю в твои сраные игры!

Еще один удар кулаком – жалящий, обжигающий. Пронзившая верхнюю челюсть и весь череп острая боль подсказала ему, что у него сломана скула.

– Подонок! За что ты меня так ненавидишь?

Тед сделал шаг назад.

– Я? – На его лице изобразилось удивление. – Ненавижу? С чего бы? Мне вообще на тебя наплевать.

Мэтт провел языком по ноющим зубам. Он был готов поклясться, что удивление на лице Теда – самое настоящее.

Что-то в его измученном мозгу наконец встало на место. Он проглотил кровь и усмехнулся.

– Вот это все. – Он обвел взглядом вокруг. – Вся эта драма, это жутковатое место, круг… Все это просто манипуляция? И хоть ты и считаешь себя умником, выдумал это вовсе не ты? Конечно, ты вундеркинд, волшебник, компьютерный гений, тот, без кого ничего бы не получилось, – и все равно ты марионетка! Ты все это готовил не один год, но не для себя. За веревочки тянул кто-то другой. Ты тут, в сущности, вообще ни при чем, верно?

Тед слегка склонил голову набок, потом вдруг отвесил театральный поклон.

– Снимаю шляпу.

Вздохнув, причем во вздохе слышалось что-то вроде облегчения, он шагнул к подносам и взял три шприца.

– Пора будить твоих друзей. А потом ты, вероятно, захочешь познакомиться и с кукловодом.

Глава 33

После третьей чашки кофе Эди уже был готов по стенам бегать – и тут в приемную торопливо вошел высокий мужчина с сумрачным лицом. Ого, похоже, этот тип в такой же заднице, что и я. Быстро допив остатки кофе, Кларксон скроил умную физиономию и с интересом уставился на вошедшего. Глаза у того глубоко запали, лоб прорезали глубокие складки. Склонив могучие плечи к стойке, мужчина попросил гражданского дежурного:

– Будьте добры, свяжитесь с суперинтендантом Редпатом. Скажите ему, что пришел Гэри Хэйнс.

Эди выпрямился на стуле. Да ладно! Не будь ситуация столь серьезной, он бы сейчас расхохотался – его маленький Мэтти исхитрился увести жену вот у этого Рэмбо?! Присмотревшись, он увидел, что мужчина устало горбит плечи и незаметно для себя самого быстрым суетливым движением потирает друг о друга большой и указательный пальцы. Беспокойство явно неподдельное. Найти Джейсона Хэммонда и попросить его забыть обо всем, что он наговорил? Сейчас Эди был готов поверить, что возвел на офицера фантастическую напраслину.

– Гэри Хэйнс? – Он встал и протянул руку. – Похоже, у нас обоих близкие люди угодили в переплет. Меня зовут Эди Кларксон, я друг Мэтта Балларда.

Гигант пожал ему руку, а Эди поймал взгляд дежурного.

– И заодно скажите суперинтенданту, что я его тоже дожидаюсь.

На доске в оперативной комнате осталась только одна увеличенная фотография.

– Ричард Коттон, он же Тед. – Суперинтендант Редпат говорил быстро и кратко, собравшиеся детективы внимательно слушали. – Мы полагаем, что это он держит в заложниках юного Райана Фишера, а также наших коллег сержанта Хэйнс, констебля Годдард и старшего инспектора Балларда. Он съехал с квартиры, прервал все контакты с приемным отцом и снял со счетов крупную сумму денег.

– Однозначно собрался сбежать, – кивнул кто-то из детективов.

– Я тоже так думаю. Он работает в киноиндустрии в качестве графического дизайнера и мультипликатора. Кроме того, он фотограф-фрилансер. Коллеги описывают его как чрезвычайно умного, творческого, располагающего к себе человека, убежденного одиночку. В детстве он подвергался чрезвычайно дурному обращению и, насколько можно судить, в какой-то момент находился в одном приюте с Джеммой Годдард. Приют был впоследствии закрыт после обвинений в ненадлежащем обращении и насилии над детьми.

Дэвид перевел взгляд на изображение.

– Мы многого не знаем об этом человеке, что меня серьезно беспокоит, однако сейчас для нас самое важное – отыскать его. В это самое время наши люди выдергивают коллег Ричарда Коттона из постелей в надежде, что кто-нибудь даст нам ключ к его нынешнему местонахождению. Фотография разослана всем отделениям полиции и передана в прессу.

Редпат прикусил губу.

– К сожалению, шансы на то, что его видели, не слишком велики. Мы знаем, что он использует, по крайней мере, две маски, бородача и Роя Латимера, приятеля Джеммы Годдард, однако после недавнего телефонного звонка его приемному отцу выяснилось, что к числу многочисленных талантов Теда относится и мастерское владение гримом, столь важное для киноиндустрии. В особенности приспособлениями для изменения формы лица.

– То есть он в любой момент может состряпать себе новую физиономию? Вот повезло-то, – простонал Брин.

Эди и Гэри, сидя рядом у дальней стены, внимательно слушали.

– А помедленней никак нельзя? Может, пора уже и делом заняться? – прошептал Гэри, нетерпеливо ерзая на стуле.

– Извини, приятель, это полиция. Чтобы бросить в бой танки и автоматчиков, им нужна стопроцентная уверенность, что ловят того, кого нужно.