Джованни Боккаччо – Фьямметта. Фьезоланские нимфы (страница 86)

Царил покой и быта постоянство. Но, — эта грань из многих книг светла, — Уже туда явилось христианство, Когда орда Тотилы все смела, До основанья крепости сломила, Жгла, рушила, народы полонила[288]. Потом свирепый повелел Тотила Во Фьезоле всю крепость обновить И кликнул клич, чтобы туда, как было, Кто хочет — вновь перебирался жить, Где Фьезоле прикрытие сулило, За коим безопасным можно быть, И клялся вечной потрясать войною Враждебный мир со всей его страною[289]. На это, полный гордого презренья, Род Африко вернуться не желал, Но перешел опять в свои именья, На прежний холм, где древле пребывал, Где каждый уж имел свои строенья, — Воздвигли укрепленья здесь и вал Защиты ради, коль дойдет до спора, От фьеэоланцев и от их напора. И долго это пребыванье длилось. Но добрый Карл Великий[290] поспешил Италии на помощь, обновилась И ожила страна, он защитил То обновленье. И соединилось Потомство Африко, и собран был Совет родов, что здесь в округе жили Как беглецы. И тут постановили: С посольством в Рим к ногам отца святого И короля великого должна Явиться весть — отчетливое слово: Их дочь повержена, разорена, Лежит в пыли, нет гражданам покрова, Насильственно покинута она, Жилищ и дел не возвести из праха И не избыть от фьезоланцев страха. Но это все подробно в должном месте Описано[291], — я кратко передам. Флоренция пред папой в этой вести Предстала — сострадательным очам. Великий Карл, с победой в поле чести, Не медля к нашим подошел местам, Флоренцию воссоздал он из пыли[292], Она ж потом к его служила силе. И вот с другими вместе возвратились Потомки Африко здесь обитать И постепенно всюду расселились, Так обо всех мне и не рассказать. Но мужи именитые явились Из них повсюду, — их мне не назвать, Как и других, что были вслед за ними, Незнаемы собратьями своими. Так пусть и остается это дело, — Желанной пристани достигнул я, Куда морями дальними летела, Влюбленностью пылая, мысль моя. Мое перо покою захотело, Свершил я волю, сердца не тая, Одной, кого ослушаться не смею, Кого зову владычицей моею. Итак, труда венчая окончанье, Тому его хочу я принести, Кто дал мне мощь, и вспомоществованье,