Джованни Боккаччо – Душа любовью пленена… Полное собрание стихотворений (страница 30)
XCV
В Сатурна век возделывали нивы
С великим тщанием, Паллада нам
Дала орудья к праведным трудам,
И Геркулес для славы, не наживы,
Свершал деянья, что в преданьях живы;
Усердьем славен Македонец сам,
И римляне империю, как храм,
Воздвигли через доблести порывы.
Достигли философией небес
Платон, и Аристотель, и другие;
Вергилия, Гомера чтит потомство.
А нынче и баран в верхи пролез
И променял учения благие
На суетность богатств и скопидомство.
XCVI
Сегодня золото – кумир толпы,
Что о наживе думать лишь способна
И, как в безумца, пальцем тычет злобно
В того, кто не избрал дурной тропы.
Сегодня к злу не обратит стопы
В порочном мире, в пре междоусобной
Лишь тот служитель Феба бесподобный,
Кому священный лавр как дар судьбы.
Но так как без Господня дозволенья
Не может добродетель ничего,
К тебе взываю, дабы мне помог
Плыть против ветра к гавани спасенья,
Даруй за годы тщанья моего
Мне на седины лавровый венок.
XCVII
На алоцветах, на власах из злата
Мне чудился Фьямметты огонек,
Что в облако преобразиться смог
Блистательнее серебра и злата.
И, как жемчужина в оправе злата,
В том облаке прекрасный ангелок
Летел на небо, светел, одинок,
Сапфирами искрясь и блеском злата.
Я ликовал, взыскуя тех высот,
Где наконец-то я познаю Бога;
Она туда спешила вознестись.
Но что же! Свой оплакивая гнет,
Доселе на земле влачусь убого
И жажду смерти – к донне вознестись.
XCVIII
Мне кажется, когда смотрю на солнце,
Сияет нечто большее для взора;
«Быть может, – про себя решаю скоро, —
Мне улыбается иное солнце,
Та, что очам всегда была как солнце
С тех пор, как я попал в силки Амора.
Она, конечно, с вышнего простора
Лучи мне шлет, что затмевают солнце».
Так эта мысль запала в сердце прочно,
Что я, сродни орлу, на солнце глядя,
Не отрывая глаз, представлю вмиг
Мое былое пламя, вижу точно
Знакомые черты: златые пряди
Ее волос и несравненный лик.
XCIX
Приснилось мне однажды: в горней сини
Лечу я как на крыльях в Град небесный
Вослед за тою, чей покров телесный
Стал дольним прахом, а душа – богиней. 
