Джошуа Фридман – Японские мифы. От кицунэ и ёкаев до «Звонка» и «Наруто» (страница 31)

Четыре небесных божества: Черный воин севера (Гэмбу, внизу), Белый тигр запада (Бякко, слева), Красная птица юга (Судзаку, вверху) и Синий дракон востока (Сэйрю, справа). Для европейца любопытно, что север и юг расположены в непривычном обратном порядке

British Library, London

Древние хроники и синтоистские мифы не дают подробностей относительно природы и местонахождения небес. Буддизм, конфуцианство и даосизм имеют гораздо более конкретные представления о рае, но их, как правило, игнорировали в Японии. В результате появилось несколько трудно определимых духов, которые кажутся похожими на западных ангельских существ, но не являются ими. Большинство из них именуются тэннинами, «небесными людьми». Эта группа включает в себя важные подгруппы, например тэннё, «райские девы». Это красивые женщины, спускающиеся на землю, иногда у них бывают крылья. Они носят одежду, покрытую перьями, которая позволяет им возноситься по их желанию. В нескольких легендах предприимчивым молодым людям удается поймать тэннё, украв их плащи, когда райские девы снимали их, чтобы помыться. Такие истории похожи на кельтские легенды о шелки.

Тэннины происходят из нескольких разных источников. В буддийских небесах часто встречаются апсары (яп. хитэн) — красивые мужчины и женщины, парящие между облаками или на них. Апсары обычно играют на музыкальных инструментах и носят роскошные одежды. В иерархии они располагаются где-то между ангелами и небесными артистами. Даосский фольклор в Китае также полон историй о сяньжэнях, или бессмертных (яп. сэннин). Это люди, которые смогли постигнуть Путь, благодаря чему обрели бессмертие и множество других магических сил, таких как полет и вечная молодость. Сяньжэни живут в великолепных дворцах в отдаленных местах, например в волшебных скрытых долинах вдали от цивилизации. Из этих же легенд могли появиться и японские тэннины.

Небесная дева апсара в буддистском изображении рая

© Byodoin Temple

Две самые известные истории, связанные с тэннинами, — «Пастух и ткачиха» и «Сказка о резчике бамбука». Корни сказки о пастухе и ткачихе уходят в Древний Китай, она известна во многих странах Восточной Азии.

Пастух и ткачиха, облаченные в одежды китайских придворных

Tokyo Metropolitan Library

Старик рубит бамбук и находит внутри побега младенца-девочку Кагуя-химэ. Иллюстрация к началу «Сказки о резчике бамбука»

Yei Theodora Ozaki, The Japanese Fairy Book, 1903

• «Небесные люди» — духи, похожие на ангелов в христианстве

• Происходят из множества источников. Буддийские апсары, парящие в облаках. Даосские бессмертные, другие местные и иноземные существа, существовавшие в японском фольклоре

• Часто являются объектами запретной любви: они сверхъестественно добры и красивы, но брак между человеком и тэннином невозможен

• Примерами легендарных тэннинов являются принцесса Кагуя и девушка-ткачиха

Девушка-ткачиха (яп. Орихимэ) — звезда, известная на Западе как Вега в современном созвездии Лиры. Пастух (яп. Хикобоси) — звезда Альтаир в современном созвездии Орла. Девушка-ткачиха и пастух полюбили друг друга, но их любовь была под запретом по законам небес. Пару изгнали на противоположные стороны Небесной реки (Млечного Пути). Встречаться они могли только раз в году, на седьмой день седьмого месяца, когда сороки взлетали и создавали мост через реку. Но если день был пасмурным, сороки не могли взлететь к небесам и паре приходилось ждать еще год до следующей встречи.

Первоначальная легенда связана с происхождением праздника Танабата, который до сих пор отмечается в Японии. Хотя изначально он проводился в дни седьмого лунного месяца (приблизительно в августе), сейчас, с принятием западного календаря, Танабату чаще отмечают 7 июля. В XV веке легенду о пастухе и ткачихе дополнили, и появилась «Сказка об Амэвакахико» (Амэвакахико соси). Расширенная версия раскрывает предысторию обоих персонажей, а также рассказывает о борьбе с гигантским змеем, которого они должны были победить[99]. Эта версия оставалась популярной в эпоху Эдо, но она менее известная и более расплывчатая, чем первоначальная легенда.

«Сказка о резчике бамбука» (Такэтори моногатари) — это известное произведение литературы эпохи Хэйан (784–1185), написанное в IX веке. Произведение неизвестного автора похоже на местную японскую сказку. Резчик бамбука и его жена мечтают о ребенке. Однажды мужчина находит светящийся стебель бамбука, разрезает его и обнаруживает в нем прекрасную девочку, сияющую, как солнце. Пара удочеряет ее, и она быстро превращается в любящую, добрую, умную и красивую девушку, которую они называют Кагуя-химэ (часто переводится как Принцесса Кагуя).

У Кагуя-химэ было множество поклонников. Она избавлялась от большинства, отправляя их в долгие приключения, обреченные на провал. Затем ею заинтересовался император, и против собственного желания девушка влюбилась в него. Но им было отведено совсем мало времени: Кагуя-химэ открыла ему тайну, что она тэннин с Луны и должна скоро туда вернуться. Ее народ пришел за ней, превосходя императора и армию своим величием, и Кагуя-химэ навсегда покинула земную семью[100].

Эти и другие рассказы о тэннинах ясно демонстрируют, что они были объектами запретной романтики. Они красивы и добры, совершенны так, как не могут быть обычные люди. Их хотят все — и на небе, и на земле. Однако по разным причинам любовь с тэннином или даже между тэннинами невозможна. Они представляют собой недостижимые идеалы рая, как его воспринимают в зарубежных традициях и в самой Японии.

Печальная правда заключается в том, что на протяжении большей части японской истории мы знаем о жизни богатых больше, чем о простолюдинах. Уровень грамотности населения рос медленно, пока печатные тексты не стали широко доступны в XVII веке. До этого большинство тех, кто умел читать и писать, были богатыми аристократами и воинами. Многие из них жили в городе Киото, столице Японии до начала эпохи Эдо, поэтому о городской жизни в Киото известно гораздо больше, чем о сельской жизни в более ранние периоды. И из источников становится ясно, что в городской среде классического и средневекового Киото обитали не только люди. Многие духи также жили в столице.

Самыми простыми были боги домашних хозяйств. Эти духи не были конкретно названы или сгруппированы. Среди них могли быть предки или умершие члены семьи, чей дух нужно было успокоить. В современной Японии во многих семьях есть собственный буддийский алтарь (буцудан) или синтоистский храм (камидана). Перед буцуданом вместе с благовониями кладут еду и другие предметы, чтобы поделиться ими с предками и помолиться об их благополучии в будущих жизнях. Камидана реже непосредственно участвует в молитве, но связана с другими духами, которые могут обитать в доме, — малыми ками дома и территории, а также предметами утвари[101]. Хотя мы не можем подтвердить, что такие алтари обустраивались в домах еще до Средневековья, но они точно существовали уже в XIV веке и, вероятно, намного раньше, поскольку в дневниках аристократов и других записях эпохи Хэйан (784–1185) обсуждаются различные суеверия, связанные с умиротворением местных домашних богов. Вполне логично, что подобные формы поклонения у домашних алтарей присутствовали в домах позднесредневекового Киото, а возможно, и за его пределами.

Одной из групп божеств, которых почитали многие семьи помимо своих собственных предков, были Семь Богов Удачи (Ситифукудзин Это семь отдельных богов, объединенные вместе как покровители различных профессий. Двух из них, Бэндзайтэн и Китидзётэн (Киссётэн), мы обсудили в предыдущей главе. Это дэвы, индийские божества, которые были принесены в Японию с буддизмом и позже стали частью группы Семи богов удачи. Остальные пятеро также были самостоятельными божествами, которые ассоциировались с погоней за деньгами и успехом.

Единственный чистокровный японец из всех Семи богов удачи — это Эбису Эбису не упоминается в древних хрониках, но ему поклонялись как покровителю рыбаков еще с позднего Хэйана. Он быстро смешался с двумя очень разными богами, которые существуют в древних хрониках: Хируко и Котосиронуси Хируко, Дитя-пиявка, — первый отпрыск Идзанаги и Идзанами. В хрониках «Кодзики» и «Нихон сёки» он появляется лишь ненадолго, рожденный без рук и ног, а затем его сразу укладывают в тростниковую лодочку и отправляют плыть по реке (см. главу 2). Котосиронуси, с другой стороны, играет несколько большую роль в легендах о происхождении Ниниги: он дает советы Окунинуси во время переговоров о передаче земли Небесному Внуку (см. главу 2). В древних хрониках Хируко и Котосиронуси не связаны друг с другом, однако к XIII веку у Эбису была собственная мифическая история, включающая легенды об этих двух божествах, которые слились в одного и того же бога.

Семь богов удачи, справа налево: Китидзётэн, Дзюродзин и Эбису сидят на полу, Бисямонтэн держит пагоду, Дайкокутэн изображен с молотом, Будай полуобнажен, старик может быть формой Бэндзайтэн, или же ее заменяет другой бог

Metropolitan Museum of Art, New York

Как Хируко, Эбису родился у Идзанаги и Идзанами в первые дни творения и был брошен на произвол судьбы. Через три года у него отросли ноги (и, предположительно, всё остальное тело), и он прибыл на берег недалеко от Осаки. Он оставался отчасти калекой и глухим, но ни то ни другое не помешало ему узнать тайны береговой линии и тех существ, которых выбрасывало на нее. Как бог удачи и секретов, бывшая Пиявка затем появляется вновь, уже в виде Котосиронуси, чтобы дать совет Окунинуси, прежде чем отправиться в странствия по Японии, помогая всем неудачливым, особенно рыбакам[102]. В образе Эбису эти два второстепенных божества стали по-новому важными. Эбису изображается невысоким, толстым, веселым мужчиной, обычно одетым как хэйанский аристократ. Он часто носит очень высокую шляпу, что добавляет комичности его причудливой внешности.