Джош Рейнольдс – Повелитель клонов (страница 78)

Фабий шагнул на открытое пространство и ударил Пыткой о стену, отчего по галерее прокатилось глухое эхо. Арлекины плавно повернулись. Он не пытался спрятаться от них. Они шныряли по призматическим галереям, не боясь ничего и никого, кто мог скрываться здесь, наблюдая за ними. Губы Байла растянулись в усмешке.

— Вот он я, — крикнул он.

— Вот он ты, — откликнулся знакомый веселый голос. — А вот и мы. Кругами мы идем, плотно стиснутые в кольцах судьбы. Точно как Царь Всех Перьев, пойманный Шехем-шахаем во дворе Плачущей цитадели. — Идущая-под-пеленой шагнула вперед, ее серебристая маска зловеще меняла очертания. — Мы не отстанем, пока ты не покоришься участи, которую мы тебе уготовили.

— Такая же высокомерная, как и всегда, Идущая-под-пеленой, — выплюнул он. — Да еще и глупая. Вы преследовали меня всю дорогу сюда, только чтобы продолжить преследование здесь?

— Мы пришли не убить тебя, а спасти, мон-кей. История о тебе не заканчивается здесь — в клетке ложного звездного света. Твой выход на сцену еще впереди, и ты должен быть там, чтобы устроить свое грандиозное представление. — Ходящая-по-покрову закрутила свой посох, выписывая им в воздухе разноцветный световой узор. — Так что отложи свое оружие, и идем с нами. Этот акт — лишь краткая сцена… дальше начнется настоящий рассказ, где дети твои сражаются и умирают от твоего имени.

— Это вряд ли. Благодарю за вашу заботу, но сейчас мне не нужна ваша помощь. Можете идти.

Фабий картинно отвернулся, пренебрежительно махнув рукой. Но что же это все значило? Его охватил приступ паники. Если Алкеникс сделал свой ход, ситуация могла быть еще более опасной, чем он думал. Внезапно яркие фигуры обрушились на него и преградили ему путь. Арлекины хихикнули и тихо запели, смыкая вокруг него строй, как будто его заключение было предрешено. Рука Фабия легла на «Ксиклос»-игольник.

— Я не пойду с вами.

— Мы уведем тебя в цепях, если придется. Герой произведения не в состоянии отклониться от сюжета, как царь не может отказаться от престола, а бог — покинуть небеса. — Арлекинша скользнула вперед, и ее посох ударил его в бок. Он отбил удар, но вдруг обнаружил, что вокруг его шеи образовалось кольцо из кончиков мечей остальных трубадуров. — Ты последуешь сценарию, который мы для тебя написали, Фабий. Или тебя удалят со сцены, а заодно и все твои труды. Вот так все будет.

Фабий удостоил ее усмешки.

— Тебе уже пора бы уяснить, что я всегда выбираю третий путь. — Он взглянул наверх. — И я ступлю на него с минуты на минуту.

Молчание. На мгновение он подумал, что Тразин бросил его. Арлекины были опасными противниками, и, вероятно, древний археовед решил не лезть в чужие дела, дабы избежать лишних потерь.

Но затем со звуком, похожим на шум ливня, явился рой искусственных скарабеев, вроде тех, что пожрали останки Диомата, и налетел на озадаченных арлекинов. Идущая-под-пеленой крикнула предупреждение и откатилась в сторону. Многим в ее труппе не так повезло.

Туча крошечных роботизированных насекомых облепила вопящих эльдаров и с механической быстротой принялась зарываться под их безвкусную одежду. Тразин взирал на происходящее со стороны, позволяя дронам сделать всю грязную работу. Изысканный боевой танец арлекинов превратился в судорожное вращение на месте, техника исполнения была позабыта под наплывом волн агонии. Один за другим артисты начали падать на землю. Фабий разразился громким долгим смехом. Ему было приятно видеть их в таком состоянии.

Оставшиеся участники труппы бросились к нему. Они уже не смеялись. Байл ушел от рубящего взмаха и ткнул жезлом пыток в оскаленную маску. Когда они заскакали вокруг него в еще более диком ритме, чем раньше, он заметил выходящих из сумрака серебряных скелетов. Вспыхнули изумрудные лучи и моментально рассеяли клоунов.

— Ловушка, — гневно плюнула провидица теней.

— Да. Каково это? — Фабий усмехнулся и кинулся ей вслед, твердо вознамерившись не дать ей уйти, но эльдарская ведьма легко увернулась от его выпада.

— Ты заключаешь сделки с созданиями, которые выше твоего понимания, о Царь Перьев. И если ты не будешь осторожен, они не просто съедят тебя, а сделают с тобой кое-что похуже.

— Это предостережение или угроза? — Фабий замахнулся и едва не попал по изворотливой противнице. — Похоже, ты проиграла. Неужто я снова испортил твой спектакль?

— В сказаниях сокрыта великая сила. — Посох провидицы теней скользнул вперед, чуть не проломив ему череп, и хирургеон зашептал хозяину на ухо, накачивая его стимуляторами и боевыми наркотиками. Его движения стали более стремительными и плавными. Жезл пыток столкнулся с посохом арлекинши, и та, задыхаясь, отшатнулась. Остальную часть труппы между тем безжалостно убивали или делали с ней что-то еще более страшное.

Арлекины явно были застигнуты врасплох. Наверное, они рассчитывали, что сила, позволявшая им избегать обнаружения в других местах, будет действовать и здесь. Или, возможно, просто стали чересчур самоуверенными, убежденные, что все будет происходить строго в рамках повествования.

— Так что же это за история? Какую сказку ты рассказываешь? Быть может, она что-то теряет в переводе? — Мощным ударом он заставил противницу распластаться на полу и стал надвигаться на нее. — Ну что ж…

— Это еще не конец, — прошипела Ходящая-по-покрову; она вскочила на ноги, с большим трудом уклонившись от зеленой молнии, и исчезла, растворившись во мраке. Считаные секунды Фабий всматривался в темноту, а после обратил внимание на подергивающиеся тела, лежащие вокруг него.

— А по-моему, он самый. — Он врезал одному из арлекинов по голове, разбив его жутко ухмыляющуюся маску, и воздел скипетр, готовясь расколоть череп ксеноса.

— Постой. Теперь они принадлежат мне, и на них не должно быть ни царапинки. — Из затененного алькова, постукивая посохом по гладкому полу в такт шагам, вышел Тразин. — Хотя что с ними делать, я пока не знаю.

— Может быть, они покажут тебе представление? — предложил Фабий, опираясь на жезл. — Не могу вообразить ничего более изысканного, чем запечатлеть их посреди действа и оставить постановку навеки незавершенной.

— Ты жесток, но гениален в своей жестокости. — Тразин издал резкий смешок. — Я подумаю об этом в свободное время.

Он огляделся по сторонам:

— Один из них сбежал.

— Это лишь одна из их многочисленных раздражающих привычек. Надеюсь, ты не поставишь это мне в вину? — Фабий снова взглянул на тела и вдруг вспомнил, как арлекины пожертвовали сородичами на Лугганате, чтобы заманить его в ловушку. Идущая-под-пеленой утверждала, что настоящая битва впереди. По какой-то причине они хотели, чтобы он вернулся на «Везалий». Не было ли их поражение всего-навсего уловкой для достижения такого результата?

Тразин махнул на него рукой:

— Ладно. Сейчас можешь идти. Я с нетерпением жажду узнать, сколько времени у тебя займет возвращение на поверхность.

Байл замялся, стараясь выкинуть из головы провидицу теней. В конце концов, сейчас у него были задачи поважнее, требующие сосредоточения.

— Ты обещал мне безопасный проход.

— Да, но я не обещал доставить тебя куда-либо.

Фабий насупился.

— А как же генодесятина?

— А что с ней? У нас был уговор — их свобода в обмен на твою. Генодесятина по-прежнему моя. Будь уверен, здесь она в безопасности.

Повелитель Клонов помрачнел.

— Могу ли я предложить за нее что-нибудь?

— Например?

— Все что угодно, просто скажи.

Некрон застыл и мгновение спустя ответил:

— Себя.

Апотекарий облизнул губы.

— В смысле?

— Мне нужен ты, Фабий. Нужен для моей коллекции. Как указывалось в изначальном соглашении. У тебя ведь есть несколько клонов на борту судна, что в настоящее время находится на орбите, не так ли? Я хочу получить одного. — Тразин оперся на свой посох, пародируя пленника. — А еще слепок твоего блестящего, исключительного ума, коим ты тоже, мне известно, располагаешь. Я получил искреннее удовольствие от нашей беседы и желаю продолжения.

Фабий колебался. Довольно низкая цена, но вместе с тем слишком высокая, как ему казалось. Его беспокоила не столько потеря тела, сколько утрата самого себя. Своей копии, запертой навсегда в этом безмолвном мире.

Тразин посмотрел ввысь.

— На твоем месте я бы принял решение поскорее. В твое отсутствие дела не стояли на месте. Вот, сам послушай.

По его жесту в галерее эхом зазвучала передача с вокс-частоты «Везалия». Глаза Фабия расширились, когда он услышал звуки выстрелов и крики умирающих.

— Флавий, — процедил он. Независимо от намерений Эйдолона, у Алкеникса, очевидно, имелись свои планы. Байл посмотрел на ксеноса. — Идет. Я отдам тебе часть себя в обмен на генетическую десятину. Но я предоставлю тебе нейронную копию, только если ты гарантируешь, что мой корабль останется в моих руках.

Долгие мгновения Тразин разглядывал его. Затем он наклонился вперед, и глаза его вспыхнули задором, странным для такого существа:

— Прекрасно. Мы заключили выгодную сделку.

Игори подскочила и воткнула нож в шею покачивающегося космодесантника. Тот, ругаясь, отшатнулся от нее; она выстрелила ему в лицо из сюрикенного пистолета, и с влажным стуком враг упал навзничь. По всей командной палубе мутанты и неолюди дрались с астартес. Последние уступали числом, но сражались с маниакальным рвением — острова керамита в океане плоти.