Джорджия Бинг – Молли Мун и магическое путешествие во времени (страница 2)

Лестничное окно было особенно высоким, и сквозь него струился в дом бледный январский свет. Щурясь и прикрывая глаза ладонью, Молли вгляделась в белый фургон, стоящий на подъездной аллее. На боку фургона красовалась надпись:

Рядом возился, вынимая из мешка садовые инструменты, один из сотрудников фирмы в форменном жёлтом комбинезоне. Вокруг дома всегда было полно «жёлтых людей», как называла их про себя Молли, которые подстригали кусты и лужайки в Брайерсвилль-парке и следили за клумбами. С большинством садовников Молли уже успела познакомиться, но только не с этим старичком. Он появился впервые. У него были большие усы, фиолетовая чалма и смешные тапочки.

Откуда-то снизу залаяла Петула.

– Иду, иду.

Молли уселась на перила и заскользила вниз, заодно проверяя эхо:

– Пету-у-ула!

– Петула… у-ула… – закрутилось вокруг неё эхо.

Предок Молли, великий гипнотизёр доктор Корнелиус Логан улыбнулся ей с портрета. Доехав до первого этажа и соскочив с перил, Молли подобрала с пола три камушка, брошенных Петулой, пожонглировала ими, уронила, а затем направилась через просторный холл на кухню.

Петула не пошла вслед за Молли. Стоя в холле, она принюхивалась к странным запахам. Очень необычным, экзотическим запахам, исходившим от нового садовника. И не особенно приятным – под ароматом перца и пряностей таился страх. Петула попыталась сообщить о своём беспокойстве Молли, но безрезультатно. Тявканье и попытки лизнуть её в губы девочка восприняла как просьбу поскорее приготовить что-нибудь вкусненькое.

Поэтому Петула решила залечь у себя в корзинке под лестницей и покараулить входную дверь.

Запрыгнув в корзинку, она выкинула наружу игрушечную мышку и отыскала самый симпатичный камушек для сосания. Потом долго топталась на сбитой в комок подушке и, лишь прокрутившись раз пять вокруг собственной оси, утоптала её так, как надо.

Наконец, устроившись, Петула погрузилась в размышления.

Человек в саду мог быть опасен для Молли. А если это так, то кто её спасёт? Ждать помощи от женщины бессмысленно – она вела себя в точности как один лабрадор, после того как он свалился в реку и чуть не утонул.

Петула причмокнула камушком. Она нашла его в большой комнате на втором этаже, под кроватью. Это был необычный камушек, он напоминал тот, что Молли носила на шее. Петула знала, что с помощью своего камушка Молли умеет останавливать время. Интересно, а у неё так получится? Потому что тогда она сможет защитить Молли от опасности…

Петула тоже немножко умела гипнотизировать. В Лос-Анджелесе ей удалось загипнотизировать ручных мышек. Она также видела и чувствовала, как Молли останавливала время. На взгляд Петулы, дело было не таким уж сложным. И сейчас, когда за окнами бродил этот подозрительный тип, следовало попробовать свои силы.

Не переставая сосать кристалл, Петула попыталась сосредоточиться. Потом уставилась на игрушечную мышку, гипнотизируя её. И тотчас же по телу разлилось, защекотало в лапках тепло – ощущение, всегда сопутствовавшее процессу гипноза. Но Петула решила, что это ощущение неправильное, ведь, когда Молли останавливала время, в воздухе всегда веяло холодком. Собачка так напряжённо уставилась на мышь, что заслезились глаза.

Ничего не произошло. Но Петулу это не смутило, она была чрезвычайно терпелива. И продолжала пробовать.

И вдруг началось. Кончик хвоста похолодел, ушки задёргались. Холод постепенно распространялся на задние лапы, и хвост превратился в ледышку, и шёрстка как будто покрылась изморозью. Петула не отрывала глаз от мышки. Камушек во рту заледенел так, что ломило зубы. Но… часы в холле по-прежнему громко тикали… Петула сверлила мышку взглядом. Во рту было как в морозилке – а часы всё не останавливались.

Неожиданно с кухни донёсся аромат жареных сосисок. Петула выплюнула камушек на подушку и вытерла пасть лапкой. Видимо, остановить время не так просто, как кажется.

Выставив передние лапы из корзинки, Петула потянулась и зевнула. Пожалуй, стоит заглянуть на кухню и перехватить сосиску-другую, решила она. А потом можно будет продолжить тренировку.

До Молли в доме жил её дядя-гипнотизёр Корнелиус Логан. Он не любил готовить сам, предпочитая нанимать повара, и поэтому кухня имела чрезвычайно запущенный вид. Там стояли старая почерневшая плита с двумя грязными, покрытыми изнутри ржавчиной духовками, мойка с отбитой эмалью и древний холодильник, который, включаясь, трясся и ревел как зверь. С потолка спелыми пыльными гроздьями свисали медные горшки. Да, эта кухня не отличалась чистотой операционной, но зато здесь всегда было тепло и уютно. Молли она очень нравилась.

Девочка распахнула дверь в сад. В духовке запеклись тосты с помидорами, на плите поджарились сосиски и яичница, стол накрыт. Пора звать маму.

– Ма-а-ама-а-а! – громкий крик эхом разнёсся в прохладном утреннем воздухе.

Мама… Молли до сих пор было странно произносить это слово вслух.

– Лю-у-уси! За-а-автракать! – крикнула она снова.

Мимо просеменила Петула и скрылась в саду. Собачка сообразила, что сосиски ещё слишком горячие – имеет смысл прийти попозже, когда они поостынут.

Через пять минут Люси уже сидела на кухне, полной дыма, поскольку тосты у Молли подгорели. На Люси по-прежнему был плащ, накинутый поверх ночной рубашки, и мокрые от росы кроссовки на босу ногу. На столе перед ней стояла большая тарелка с роскошным завтраком, но в глазах её не было радости – лишь мимолётная улыбка скользнула по губам, а потом на лице разлилось всё то же уныние. Трудно было поверить, что эта женщина – мастер по гипнозу, такой она казалась вялой и безвольной.

– Хочешь кетчупа? – поинтересовалась Молли, вгрызаясь в своё любимое лакомство – бутерброд с кетчупом.

Покачав головой, Люси откусила кусочек тоста – помидор съехал с хлеба и шлёпнулся ей на колени, но она не обратила на это никакого внимания. Она продолжала тупо жевать – словно следуя инструкции о том, как правильно пережёвывать пищу, – и разглядывать трещины на потолке.

– Ты себя неважно чувствуешь? – осторожно спросила Молли. – Может, выпьешь соку? – Она взяла со стола стакан с концентрированным апельсиновым соком. – Здесь только сахар, вода да немного мякоти. Он тебя сразу взбодрит. Это мой любимый напиток.

Люси снова покачала головой.

– После завтрака ты почувствуешь прилив сил и вообще тебе станет веселее, – продолжала уговаривать Молли.

Люси, шмыгнув, утёрла платочком нос, и Молли почувствовала, что начинает раздражаться. Неужели всё так уж плохо? В конце концов, Люси не единственный человек, чья жизнь была разрушена. Но Молли ведь не жалуется! Она не опускает руки, хватает жизнь за рога и движется вперёд. Почему же Люси не может вести себя так же? Разве для счастья ей недостаточно Молли? Впрочем, возможно, Молли ей не так уж и нужна.

И тут долго копившаяся печаль вдруг, как трясина, разверзлась под ногами, и Молли погрузилась в неё с головой. Всё просто отвратительно. Наконец-то она вместе с мамой, и ей должно быть хорошо и уютно. Но рядом сидела совершенно чужая женщина в ужасном настроении – Люси напоминала ей чёрную тучу на горизонте, которая вот-вот разразится грозой. Уж скорее бы. Скорее бы вся эта горечь пролилась дождём и Люси снова стала бы нормальным человеком.

Молли бросила взгляд на мамину тарелку. Они обе сидели и смотрели на нетронутую яичницу.

Но, к счастью, Молли быстро пришла в себя. Она хорошо знала по собственному опыту: всё зависит от того, как сам себя настроишь.

Молли не позволит втянуть себя в мамину тоску.

– Люси, ты должна взять себя в руки, – проговорила она, вдруг почувствовав себя скорее мамой, чем дочкой. – Ты что, собираешься всю оставшуюся жизнь прожить несчастной? Извини, что я об этом говорю, но нам с Петулой от этого мало радости. Петула теперь от тебя шарахается, потому что, когда ты её гладишь, ты всегда так жалобно стонешь… а я… я тоже больше не могу. Хватит грустить. Завтра приезжает Праймо, он тебя хорошо понимает, ведь Корнелиус и у него украл годы жизни. Так что вы сможете с ним об этом поговорить. И ещё Лес приезжает, помнишь? Он тебя развеселит.

Люси отхлебнула чаю, и тонкая струйка стекла у неё по подбородку. «Как ей это удаётся?! – возмущённо подумала Молли и тут же заметила, что сама заляпала всю футболку кетчупом. – Но это совсем другое, – решила она. – Такое впечатление, что внезапное пробуждение от гипнотической спячки что-то нарушило в Люси, как будто у неё сели батарейки».

Молли стало не по себе. Как она может сравнивать собственную маму с машиной, с автоматом? Она ведь живой человек, у которого нервный срыв!

Девочка вскочила. Ей было необходимо выйти отсюда и глотнуть свежего воздуха. Она просто задыхалась рядом с Люси. Когда же приедет Рокки? С ним Молли сразу полегчает.

– Пойду поболтаю с новым садовником, – буркнула она. – Увидимся позже.

Молли распахнула входную дверь и выскочила на крыльцо. На том конце дорожки стояла Петула – её как раз гладил новый садовник. Молли улыбнулась. Как приятно видеть нормального человека, который любит животных и ведёт себя дружелюбно.

Но тут случилось что-то очень странное – и страшное. Раздалось громкое БУМ, и Петула с садовником растворились в воздухе.

Глава третья

– Давай обсудим это ещё раз. – Праймо Клетс отошёл к стене библиотеки, поправляя манжеты сшитой на заказ голубой рубашки и пытаясь придать себе обычный деловой вид, но против обыкновения чувствуя себя не в силах разобраться с проблемой. – Петула стояла на дорожке и… – Он крутанулся на одной ноге, скользнув кожаной подошвой по персидскому ковру. – А ты уверена, что это была Петула, а не какая-нибудь другая собака?