Джордж Лейн – Краткая история. Монголы (страница 44)
Рассказывают, что Туг-Тэмур пожелал видеть документы о себе и своем правлении, которые хранились историками в академии Ханлинь, пойдя против традиции, которая ограничивала доступ к ним лишь кругом отобранных официальных историков. Несмотря на то что главные чиновники боялись пойти против приказа императора, некий нижестоящий чин бросился под ноги Туг-Тэмуру и молил прислушаться к академии, объяснив, что сохранить ее целостность и объективное и независимое историописание в случае слома традиции будет невозможно. Туг-Тэмур был столь поражен словами этого мелкого служащего, что согласился сохранить дальнейшую секретность и неприкосновенность деятельности института.
Потенциальные административные заслуги Туг-Тэмура были полностью перечеркнуты его бессовестными и всевластными министрами Эль-Тимуром и Баяном, которые возглавляли также
После того как Хошила на незначительный срок прервал правление Туг-Тэмура в 1329 году, ему потребовались поддержка и признание со стороны других ханств Чингисидов, и с этой целью он разослал возглавляемые князьями царские посольства с дарами; их задачей было получить признание его суверенитета. Щедрые дары получили в Золотой Орде и в государстве Хулагуидов, достались они и хану Эльчигидею, который активно поддерживал Хошилу (Мин-цзуна). Намерение Туг-Тэмура состояло в том, чтобы смягчить гнев Эльчигидея из-за подозрительной смерти его друга Хошилы вскоре после восхождения на юаньский трон. Эльчигидей правил Чагатайским улусом и наследовал брату Кибуке и отцу Дуве. Впрочем, его правление было недолгим, и другой брат Дува-Тимур сверг его в 1329 году.
Сохранились записи о четырнадцати даннических миссиях из западных ханств под властью Абу Саида, Узбека, Эльчигидея и Тармаширина к юаньскому двору Туг-Тэмура. В их число входит отправка 170 русских пленников чагатайским ханом Чанкши, который в ответ был одарен драгоценными камнями. Согласно текстам, в Ханбалыке в это время существовала русская община, и известно, что Туг-Тэмур создал из ее членов русский полк, известный как «верная русская императорская гвардия». Его расположение к русским было хорошо известно, и русских пленников к его двору присылали как хан Золотой Орды Узбек, так и правители Могулистана. Туг-Тэмур сумел получить поддержку остальных чингисидских ханств; хотя эта поддержка и была совершенно несущественной, ее хватило для того, чтобы произвести впечатление на европейские державы. Папский меморандум относительно
Великий хан Катая (Китая) – один из самых могущественных царей мира, и все крупные властители этой страны являются его вассалами и воздают ему почести; и в особенности три великих императора, а именно: император Армалек (Альмалик), император Буссай (Абу-Саид) и император Узбек (Узбег). Эти три императора посылают год за годом живых леопардов, верблюдов, кречетов и, кроме того, огромное количество драгоценностей своему господину Каану. Этим они признают его своим суверенным повелителем[265].
Согласно анналам, смерть Туг-Тэмура совпала по времени с землетрясениями и природными катаклизмами, предварившими падение монгольского господства в Китае.
Ринчинбал, или юаньский император Нин-цзун, был посажен на трон матерью, которая стала регентшей, несмотря на поползновения главного министра Йен-Тимура, который благоволил своему собственному протеже. Шестилетний Нин-цзун стал самым молодым и самым недолговечным ханом империи Юань; он умер вскоре после восшествия на престол, которое последовало за смертью его дяди Туг-Тэмура. Он освободил трон для своего старшего брата Тогон-Тэмура – последнего из девяти преемников Хубилай-хана.
Тогон-Тэмур-хан, или юаньский император Шунь-ди, был последним правителем империи Юань до того, как остатки ее армии и двора бежали на север, чтобы устроиться в первой столице хана Угэдэя – Каракоруме. Его правление было долгим, но хаотичным, и он стал свидетелем усиления беспорядка и недовольства по мере того, как меньшинства поднимали восстания, а оппозиция начинала собираться вокруг будущих вождей империи Мин[266]. У Чжу Юаньчжана, основателя Мин, имелись военачальники-мусульмане вроде Лань У, который поднял против монголов мятеж и разгромил их в бою.
Приход к власти Тогон-Тэмура совпал со смертью Эль-Тимура, и начало его правления отмечено самовластием первого министра Баяна. Тогон-Тэмур опасался усиления министра и не желал повторить судьбу своих предшественников, поэтому решил избавиться от визиря. При помощи Тогто, обиженного племянника Баяна, тот был смещен в ходе государственного переворота. Несколькими годами позднее, в 1344 году, Тогто был вынужден уйти с поста первого министра. Тем не менее он успел закончить работу над историями Ляо, Цзинь и Сун и получил титул Цин-вана, обеспечив упоминание своего имени в исторических сочинениях.
В детстве Тогон-Тэмура обучал китайский монах, который научил его читать и писать по-китайски, а также заставил выучить наизусть большое количество классических текстов. По всей видимости, будущий хан был смышленым мальчиком и мог даже сносно заниматься каллиграфией. Однако этот смышленый мальчик стал избалованным и развратным последователем культовых и тантрических практик, которым научили его тибетские монахи. Правда, китайцы относились к тибетским тантрическим искусствам с большим подозрением, считали их сомнительными и развращенными, а потому сохранившиеся красочные описания следует читать с долей скепсиса.
В годы правления Тогон-Тэмура участились природные бедствия: имеются записи о засухах, голоде, землетрясениях и наводнениях. В отсутствие действенных мер по облегчению страданий населения недовольство выросло и повсеместно распространились мятежи. В 1351 году хан восстановил в должности первого министра отставленного шестью годами ранее Тогто, чтобы разобраться с восстанием Красных повязок, которое к 1354 году, когда министр наконец взял его под контроль, стало общенародным. Опасаясь, что теперь Тогто может излишне усилиться, Тогон-Тэмур отправил его в отставку и обратился за поддержкой к местным военным вождям.
В 1357 году восстание потрясло портовый город Цюаньчжоу, который благодаря размерам и влиянию своего мусульманского населения был известен как Зайтун, что по-арабски значит «оливы»[267]. Цюаньчжоу был главным торговым центром, который связывал Китай с жизненно важным Путем пряностей из Индийского океана к Персидскому заливу. Этот маршрут служил альтернативой сухопутному Шелковому пути, который оставался открыт военным и политическим опасностям. Верные хану войска смогли подняться на стены города, и персы-мятежники были разгромлены; погибло 10 000 тысяч бойцов.
21 марта 1357 года, согласно «Истории Юань», восстали и заняли Цюаньчжоу «тысяченачальники правоверных солдат» Сайф ад-Дин и Эмиль ад-Дин. Последующая запись утверждает, что 24 мая 1362 года Сайф ад-Дин из Цюаньчжоу занял дорогу на Фучжоу, но был вытеснен и разбит Яньчжи Бухуа, сановником фучжоуского отделения Секретариата. Сайф ад-Дин, отступая с остатками своей армии, морем вернулся в Цюаньчжоу и захватил этот портовый город. В то же время Динчжоуский тракт охранял Чэнь Юдин (Ю ад-Дин), другой сановник фучжоуского отделения Секретариата. В конце концов этот верный сторонник империи Юань, прибывший из Цюаньчжоу в 1366 году, подавил так называемое Восстание испахов. Имеются сообщения о крупных жертвах среди гражданского населения. По-видимому, восстание было плохо скоординированным и, вероятно, незапланированным: нет свидетельств контактов между двумя главными вождями восставших и минским военачальником Чжу Юаньчжаном.
История мусульманской общины Цюаньчжоу относительно хорошо документирована благодаря наличию большой мечети, которая (что нехарактерно для мечетей Восточного Китая) выстроена в западноазиатском стиле, а также благодаря большому количеству хорошо сохранившихся надгробий, многие из которых содержат детали биографий и