Джордан Питерсон – Карты смысла. Архитектура верования (страница 40)

Старшие боги в целом только размножаются и буйствуют. Они «тревожат Тиамат, снуют, суетятся»[232]. Непрекращающийся разгул расстраивает божественных родителей. Тиамат и Апсу сговариваются пожрать своих детей. Это обычное мифологическое явление; оно повторяется в преданиях о Яхве, Ное и Великом Потопе. Боги рождают Космос и непрестанно пытаются уничтожить его.

Однако Эйа прознал о сговоре, убил Апсу и добавил оскорбление к своему злодеянию – построил дом на его останках (и назвал его «Апсу» в насмешку или в память о своем прародителе). В этот дом он приводит невесту – Дамкину, которая вскоре дает жизнь Мардуку, герою истории, «мудрейшему из мудрых»[233], исполненному величия («благоговея, мать его питала»[234]). Эйа очень обрадовался, увидев сына:

Весельем и радостью наполнилось сердце. Он воспринял его совершенство, Наградил его божьей силой двойною. Он ростом велик, среди всех превосходен, Немыслимо облик его совершенен — Трудно понять, невозможно представить. Четыре глаза, четыре уха! Он рот раскроет – изо рта его пламя! Он вчетырежды слышит мудрейшим слухом, И всевидящи очи – все прозревают! Средь богов высочайший, прекраснейший станом, Мышцами мощен, ростом всех выше! «Малыш мой, сыночек! Малыш мой, сыночек! Сыночек-солнце! Солнышко божье!»[235]

Мардук обладает метафорическими свойствами сознания. Его чувственные способности обострены, слова обладают созидательной и разрушительной силой (преобразующей мощью огня). Он прежде всего бог Солнца и ассоциируется с оком, зоркостью, просветлением, рассветом, рассеиванием тьмы и победой над ночью (или, точнее, занимает то же самое понятийное пространство).

В разгар этих событий – заговора, смерти и рождения – Ану (дед Мардука, отец Эйа) сотворил четыре ветра. Они вздымают волны на поверхности вод, в которых обитает Тиамат со своей свитой, первичными/матриархальными мелкими божествами (ранее неизвестными). Это новое вторжение переполняет чашу терпения праматери, и без того огорченной буйством своего потомства и смертью мужа. Тиамат решает раз и навсегда избавить Вселенную от несносных (вторичных/патриархальных) старших богов и создает ужасающее «войско»:

Неотвратимое множит оружие, исполинских делает змеев! Остры их зубы, их клыки беспощадны! Она ядом, как кровью, их тела напитала, В ужас драконов свирепых одела, Окружила нимбами, к богам приравняла. Увидевший их – падет без силы![236]

Разгневанная Тиамат – неизвестное, устрашающий и разрушительный хаос – производит одиннадцать видов чудовищ, чтобы одержать верх в битве (в том числе гидру, дракона, огромного льва, свирепого пса, человека-скорпиона и демона бури). Она избирает перворожденного по имени Кингу, чтобы тот правил ими, и вручает ему «таблицы судеб»[237], обозначая его возвеличивание и приход к власти. История продолжается:

Тиамат приготовилась вступить в битву с богами, своими отпрысками. Чтобы отомстить за Апсу, она сотворила великое зло. Эйа узнает о приготовлениях Тиамат к бою. Оцепенев от страха, он предается молчаливому унынию. Поразмыслив и успокоившись, он отправляется к Аншару, своему прадеду, И рассказывает ему все, что задумала Тиамат[238].

Как вы помните, Эйа расправился с Апсу. Хотя последний довольно скупо описан в «Энума элиш», ясно, что он является супругом Тиамат. Мужчина-спутник богини неизвестного – это, безусловно, божество известного (либо его «прародитель» и подчиненный – Познающий). Именно известное служит защитой от неизвестного (и неважно, присутствует понимание этого или нет). Эйа убивает Апсу, то есть бессознательно лишается защиты.

Эйа можно сравнить с той частью человечества, которая (в своем невежестве) вечно презирает, подрывает и пытается уничтожить традицию, не понимая ее необходимости или природы. Те, кто бессознательно защищен от внешнего мира «стенами культуры», могут принимать в штыки ограничения, которые накладывают эти стены, и неосмотрительно разрушать их. Сокрушение устоев, замаскированное под борьбу за свободу, освобождает дорогу ужасающему неизвестному. Великая Мать – страшная сила при отсутствии патриархальной защиты. «Энума элиш» прозрачно намекает на эту важную мысль. Такое положение дел схематично представлено на рисунке 20.

Рис. 20. «Смерть» Апсу и (повторное) появление грозной Тиамат

Аншар ужасно расстроен известием о гневе Тиамат. Он просит Эйу, победившего Апсу, выступить против праматери. Эйа терпит заслуженное поражение, и Аншар посылает вместо него Ану. Но он тоже разбит и возвращается охваченный ужасом. В отчаянии и последней надежде Аншар и Эйа призывают Мардука, молодого бога солнца:

Эйа приглашает Мардука в свои покои. Он рассказывает ему свой заветный план: «Мардук, выслушай отца, обдумай мои слова. Сын мой, ты утешение родительскому сердцу. Как только будешь готов к битве, подойди к Аншару. Смело молви слово и выступи вперед. При виде тебя он утешится». Слова отца пришлись по душе [Мардуку]; Он приблизился и встал перед Аншаром. Сердце Аншара наполнилось радостью. Он поцеловал его в губы, и страх отступил. «Аншар, не молчи, отверзи уста свои; Я пойду и исполню все, что ты пожелаешь! Какой муж смеет выступить против тебя? Это женщина, Тиамат, подняла на тебя оружие! Радуйся, отец мой и создатель. Радуйся! Скоро ты наступишь на горло Тиамат! Радуйся же, отец мой и создатель. Радуйся! Скоро ты наступишь на горло Тиамат!» Аншар отвечает: «Сын мой, кладезь извечной мудрости, Усмири Тиамат священным заклятьем»[239].

«Волшебные слова» Мардука (помните, он говорит огнем) ясно и обоснованно называются одним из самых мощных орудий в битве против сил хаоса. Аншар продолжает:

Лети вперед на грозной колеснице бури! […] …поверни ее вспять! Бог солнца обрадовался слову отца; сердце его возликовало, И он сказал отцу своему: «Повелитель богов, властитель их судеб, Если я стану вашим мстителем, Падет Тиамат, а вы будете жить.