Джонатан Келлерман – Выживает сильнейший (страница 56)
— Пойду приготовлю еще чаю. Вы не откажетесь? У меня свежая мята, обнаружил целые заросли за домом.
— С удовольствием, — поблагодарил я.
Он вышел, и Майло кивнул на компьютер:
— Каков вопрос, таков и ответ — все мусор… Ты похож на Арафата, Алекс, со своей щетиной, настоящий дикобраз.
— С утра помчался в библиотеку, не было времени побриться.
— Так зарости за полдня? Опять принимаешь тестостерон?
Ухмыльнувшись, я продемонстрировал ему бицепс. Майло устало улыбнулся.
С подносом в руке вошел Даниэл. По комнате разлился тонкий аромат мяты. Я сделал глоток и набрал номер своего офиса.
— Привет, док. В самый раз — вам уже звонил клиент. Некто Лорин Буковски из… похоже, «Менсы». Хотя ему требовался Эл. Секретарша, она у нас новенькая, пыталась его поправить, но он настаивал, что вы — Эл. Странные у нас пациенты, доктор Делавэр, но, в конце концов, это ваше дело.
— Именно так. Что сказал мистер Буковски?
— Дайте-ка взгляну на записку, у новенькой отвратительный почерк… вроде бы он
— Дальше, дальше, Джойс.
— Если ваш дурной вкус толкает вас к… не пойму,
— Все?
— Сказал, чтобы больше не звонили, вы ему не интересны. Какая наглость, а?
— Ужасная. Но может, у него были на то свои причины?
— Довольно резкие суждения, — проговорил Майло, записав имя звонившего.
— Теперь кому-то стало ясно, что мы разыскиваем «Мету». Прости, Майло.
— Зато теперь мы знаем, что книжная лавка заслуживает внимания. — Он повернулся к Шарави. — Как насчет того, чтобы прощупать этого Буковски и мисс Ламберт по твоим нелегальным каналам?
Даниэл поставил кружку с чаем на стол и придвинул к себе клавиатуру. Через секунды на экране появилась строчка: «Лорин А. Буковски, проживает в Лос-Анджелесе, на Коринф-авеню, 90064».
— Вест-сайд, — заметил Майло. — В шаге от полицейского участка. Можем нанести ему визит.
— Так когда мне отправляться в «Спазм»?
— Подожди, сначала я хочу проверить Буковски.
— Если он сообщит что-нибудь интересное, — заметил Шарави, — то поход доктора в книжный магазин может оказаться более результативным.
— То есть?
— Если «Мета» до сих пор проводит свои заседания, почему бы не поприсутствовать на одном из них? Доктор наук — прекрасная кандидатура. Алекс может сделать вид, что…
— Выбрось это из головы, — категорично заявил Майло.
— Как скажешь. — Шарави кивнул.
— И не вздумай сунуться туда сам, суперинтевдант.
— Я? — Даниэл улыбнулся. — Внешность не соответствует.
— Это относится и к твоим людям.
— Моим людям?
— Как я уже сказал: забудь. Никаких шпионских операций у меня за спиной.
— Как скажешь.
— Как скажешь? Так просто?
— Так просто.
Проговорив эту фразу почти шепотом, израильтянин впервые выказал какие-то эмоции: золотистые глаза чуть сузились, около рта пролегла едва заметная складка.
— Я прилагаю все усилия, чтобы помочь, — мягко проговорил он.
— А я по натуре скептик и пессимист, — отозвался Майло. — Меня настораживает, когда все идет слишком гладко.
Стиснутые челюсти Шарави разжались, на губах появилась механическая, как по нажатию клавиши, улыбка.
— Я опять усложняю твою жизнь, Майло?
— Зачем ломать ход событий?
— Мне нужно что-нибудь съесть. — Даниэл покачал головой.
Он покинул комнату, и Майло рассеянно ткнул большим пальцем в сторону корзины для бумаг.
— Постараюсь переговорить с Буковски сегодня же. И позвоню родителям Понсико. Хотелось бы надеяться, что его самоубийство не уводит нас в сторону.
Он поднялся, заходил по комнате. В маленьком домике было хорошо слышно, как Шарави возится на кухне.
— Если бы я сходил в магазин, стало бы ясно, как вести себя с мадам Ламберт. Может, удастся вытянуть у нее что-нибудь о «Мете».
— Алекс…
— Самым непринужденным образом. Допустим, киллер — один из «Меты», но это еще не превращает всю их контору в сборище убийц. На заседании я смог бы увидеть их всех и…
— Оставь эту затею, Алекс.
— Почему?
— А как ты думаешь?
— Потому что ее предложил Шарави?
Майло развел руками.
— На редкость неудачный ответ. Десять штрафных очков.
— Эй, Майло, я говорю совершенно искренне.
— Послушай, — он опустил вздернутые плечи, рассмеялся, — я хочу обезопасить тебя, а ты лезешь на рожон. По-твоему, это очень остроумно — сунуть свой нос в гнездо высокомерных снобов, один из которых может оказаться серийным убийцей?
— Не думаю, что присутствие на одном-единственном собрании членов клуба представляет для меня какую-либо опасность.
Майло не произнес ни слова.
— К тому же, сдается мне, присутствие Шарави беспокоит тебя настолько, что вместе с водой ты готов выплеснуть и ребенка, — продолжал я.
— Здорово. — Он энергично растер щеки. — С одной стороны он, с другой — ты… Убежден, что он и тут напихал своих микрофонов.
— О'кей, молчу. Извини.
Майло скорчил гримасу. Улыбнулся. Захохотал, принявшись кружить по комнате.
— Чем я здесь занимаюсь? Для чего? Да, да, ты прав — мне
— Понимаю. Но их будет еще больше, если мы не найдем ничего нового по убийствам.