Джонатан Келлерман – Плоть и кровь (страница 42)

— Вы решили использовать ее в качестве ассистента из-за привлекательной внешности?

— Не только. Поведение и ум тоже нас поразили. Она была чрезвычайно сообразительной. Эксперимент включает в себя ряд правил, которые меняются от ситуации к ситуации, и сообразительность очень кстати.

— Какого рода правила?

— Где встать в комнате, что говорить, чего не говорить, невербальные сигналы. У нас всегда наготове что-то вроде сценария — если испытуемый скажет то-то, ему нужно ответить то-то. И когда ничего не нужно говорить. Мы используем специальную комнату, где на полу расположена сенсорная решетка, подключенная к компьютерам. Таким образом можно четко отслеживать местоположение и движения людей в комнате. — Даггер прервался. — Вам ведь неинтересно?

— Вообще-то интересно.

— Если честно, это все, что я могу рассказать. Лорен была красивой, умной, способной следовать инструкциям, заинтересованной и пунктуальной. — Даггер поднял глаза к потолку, потом опустил. Правой ладонью накрыл левую, колени задрожали.

— В чем проявлялась ее заинтересованность?

— Ей нравилась психология. Она собиралась и дальше работать в этой области, связать с ней свою судьбу.

— Она делилась с вами планами?

— Лорен упомянула об этом во время собеседования, — ответил Даггер и снова быстро взглянул наверх. Человек с образованием Даггера должен знать о подобных признаках не совсем честного ответа, и все же это его не остановило. Колени доктора задрожали сильнее, над верхней губой выступили капельки пота.

Майло писал что-то в блокноте, опустив глаза.

— Значит, если вкратце, вы помещали Лорен в компьютеризированную комнату и наблюдали, как на нее реагируют мужчины?

— Да.

— Как долго они находились в комнате?

— Это один из параметров, которые мы варьировали: продолжительность, температура, музыка, одежда.

— Одежда? Она примеряла какие-то наряды?

— Не наряды, просто меняла стиль одежды, цвет. В случае с Лорен она приносила собственную одежду, а мы уже выбирали, что ей надеть.

— Что значит «в случае с Лорен»?

— Это была ее идея. Она сказала, у нее обширный гардероб, и предложила воспользоваться им в наших целях.

— Похвально, — отреагировал Майло.

— Я ведь уже сказал: Лорен была заинтересована в работе. Пунктуальна, надежна, внимательна к деталям. Кроме того, у нее были задатки настоящего исследователя — она очень любознательна. Многие говорят, что хотят стать психологами из-за амбициозного желания помогать людям. В этом, конечно же, нет ничего плохого. Но Лорен шла дальше. У нее был пытливый ум аналитического склада.

— Вы говорите так, словно хорошо ее знали.

— Она работала у нас четыре месяца.

— Начиная с лета?

— Да, с конца июля. Мы давали рекламу во время летней сессии.

А ведь Лорен еще не училась в университете в то время… Я решил промолчать.

— Значит, мисс Тиг была разумнее других студентов. При этом она была еще и старше многих, — сказал Майло.

— Верно. И даже на фоне своих ровесников она выделялась.

— Она работала все четыре месяца полный рабочий день?

— У нее был скользящий график. Мы проводим исследования, как только наберем достаточно испытуемых. В среднем мы работали половину рабочего дня — иногда больше, иногда меньше.

Даггер вытер губы тыльной стороной ладони. Его колени перестали дрожать. Видимо, рассказывая подробности о работе, он успокоился.

— Как вы сообщали Лорен, чтобы она пришла?

— По пейджеру.

— Когда вы в последний раз звонили ей на пейджер?

— Точно не припомню. Хотя, если вы позвоните завтра в ньюпортский офис, я позабочусь, чтобы там подготовили карточку учета.

— А почему в ньюпортский, а не офис в Брентвуде?

— Офис в Брентвуде еще новый и пока не работает.

— Значит, вы отправляли Лорен сообщение, и она приезжала?

— Да.

— А сколько «подсадных уток» вы используете в данном эксперименте?

— Еще двух женщин и одного мужчину. Они не знают друг о друге. И никто не знал Лорен. Мы соблюдаем чистоту эксперимента.

— Со сколькими испытуемыми работала Лорен в той комнате?

— Не могу вам сказать.

— Почему? Ведь это не конфиденциальная информация?

— Не думаете же вы, что я вручу вам список участников эксперимента? Мне очень жаль, но я действительно не могу этого сделать. Детектив, я не учу вас исполнять вашу работу, но все же уверен — существуют более эффективные способы расследовать дело.

— Например?

— Не знаю. Просто эксперимент не имеет никакого отношения к убийству. Господи, от одной только мысли, что кто-то разрушил такую кипящую энергией жизнь, становится тошно.

Майло встал, прошел мимо Даггера и остановился возле стеклянной стены. На юго-западе небо покрывалось клочками облаков.

— Прекрасный вид, — сказал он. — У вас с Лорен были личные отношения?

Даггер скрестил пальцы на руках. Опять быстро посмотрел наверх.

— Нет, если не считать личными отношениями то, что иногда мы ходили выпить чашечку кофе.

— И часто вы пили вместе кофе?

— Пару раз. Несколько раз. — Даггер побледнел. — После работы.

— Только вы и Лорен?

— Иногда к нам присоединялись и другие сотрудники. Особенно когда мы поздно заканчивали работу и все хотели есть.

— Но обычно вы были вдвоем?

— Я бы так не сказал, — произнес профессор натянуто. — Мы ходили в ресторан, а там, сами знаете, и другие люди бывают.

— Какой ресторан?

— Скорее разные кофейни. «Асиенда» на бульваре Ньюпорт, «Корабли» и другие.

Даггер разъединил руки, повернулся на стуле и встретился взглядом с Майло.

— Я хочу подчеркнуть: у нас с Лорен не было сексуальной связи. Если вам так уж необходимо охарактеризовать наши отношения, то они больше походили на отношения студента с преподавателем.

— Вы разговаривали о психологии?

— Да.

— О каких аспектах психологии?

Даггер продолжал смотреть на Майло.